Присоединяюсь к горячему флешмобу

Вокруг снова стоял полумрак тихого бара, хотя память смутно подсказывала, что она ушла оттуда пару часов назад. Курьер не глядя потянулась за новой порцией виски – но вместо прохладного стекла пальцы ощутили неожиданное – тёплую кожу еще чужой руки, накрывающей стакан.

Она удивлённо посмотрела на место столкновения и подняла глаза. И всё поняла.

Он обошёл стойку. Это было лишнее – все равно вернуться предстояло туда же. Но это был ритуал. Гостеприимство хозяина.

Подал ей руку, помогая спуститься с высокого стула и, не отпуская, сделал первый шаг назад.

Их короткая прогулка окончилась в комнате за баром. Свет уличного фонаря проливался в окно, рассыпался искрами на боках разноцветных бутылок, матово выхватывал из темноты стенки деревянных ящиков.

Дверь мягко закрылась, отрезая их от окружающей реальности.

Он поднёс напиток к ее губам, все еще удерживая его в своей руке и чуть наклонил – аккуратно, точно, чтобы она смогла выпить ровно половину. Остаток выпил сам и поставил уже ненужный стакан на ближайшую полку.

А потом прикоснулся к ней, легко, двумя пальцами, ровно посередине лба, в точке, выстрел в которую способен убить.

Она почувствовала, как прикосновение скользнуло вниз, вдоль ее профиля. 

По переносице. Через приоткрытые губы. Через подбородок и чуть вбок, вдоль шеи, где в его пальцы несколько раз ударил ее уже взбесившийся пульс.

Он рисовал ее, очерчивая границу, собирая, будто без этого она могла померкнуть, раствориться, исчезнуть в свете фонаря. По плечу. Вдоль руки, вниз – и на мгновение остановился на поясе перед последним… не движением. Рывком.

И в этот момент она поняла, что уже давно забывает дышать.

Глубокий, длинный выдох будто ударил по ногам… и она с колотящимся сердцем проснулась на жесткой металлической койке.