Потревоженное лихо или Дело № 247/А 08

Лавкрафтовская псевдодокументалистика ("Шепчущий во тьме") и исповедь ("Пёс") со смачным лавкрафтовским стилем ("Пёс" и "Показания Рэндольфа Картера", "В склепе") и лавкрафтовким местячковым хоррором ("Заброшенный дом", "Ужас старого кладбища", "Ведьмин лог", "Цвет из иных миров", "Показания Рэндольфа Картера"), нет космогонии, и пахнет "Твин Пиксом" / "Секретными материалами", но похоже на "Перевал Дятлова". https://author.today/work/621553

Мы вошли в лес, и хотя солнце было высоко, тени между стволами сосен сгущались, образуя те синеватые, почти осязаемые полосы мглы, которые я успел заметить ещё в первый день моего пребывания здесь. Поначалу дорога не представляла затруднений – мы шли по тропе, которая, по словам Романа Шакшина, вела прямо к старому кладбищу, и я не ощущал ничего, кроме обычного для этих мест влажного холода, поднимающегося из оврагов. Однако спустя, как мне кажется, около получаса, тропа начала петлять, извиваясь между стволами с той неестественной, почти намеренной неправильностью, которая свойственна не природным образованиям, а скорее лабиринтам, созданным рукой, стремящейся запутать идущего. Вскоре она исчезла вовсе, словно кто-то сознательно стёр её с лица земли, оставив нас посреди безликой чащи, где каждый ствол казался точной копией предыдущего, а каждый шаг, как я с ужасом начал осознавать, уводил нас не вперёд, а в сторону, в глубину того самого леса, о котором местные жители говорили с таким трепетом, как говорят о вещах, не подлежащих обсуждению. 

Мы заблудились. Я употребляю это слово не в переносном, но в самом прямом, физическом смысле, ибо мы не просто потеряли направление – мы утратили способность ориентироваться в пространстве, и само время, как мне казалось, начало течь иначе, замедляясь до вязкой, тягучей медлительности, в которой минуты растягивались в часы, а часы сжимались в мгновения. Солнце скрылось за тучами, и даже компас, который Антон носил на цепочке, показывал хаотические, ничем не объяснимые значения, словно вращающаяся стрелка не могла найти север, словно само магнитное поле земли было нарушено присутствием чего-то необъяснимого.