Кот Царап - главная битва за склад

Присоединяюсь к бессрочному флешмобу "Субботний отрывок" от Марики Вайд. 

**********

Отрывок из романа "Одно, другое и третье? Книга 2: Стальные коготки бархатных лапок"   ( 1 глава )

- Фу! Ейка, опять надымил своими заклинаниями! Тебе же папа говорил, что этим лучше в кузнице заниматься! Правда, Царап? - перебил нашу дискуссию веселый радостный возглас пришедшей маленькой Виолы.

Сопровождающий ее кот Царап был полностью с ней согласен. Морщась от резкого запаха, он осуждающе поводил мордочкой по сторонам и недовольный отправился на свой любимый наблюдательный пункт возле лежанки своего друга, императорского магического скорпиона (магриона) Свиза.

- Меня зовут не "Ейка", а Рей, Реймонд Карпентер, - недовольно проворчал я, убирая со стола все лишнее.

- Как хочу, так и называю младшего братишку - ехидно вставила Виола и показала мне язык.

Формально она была права. Хоть ей и было немного больше шести, мне, по-настоящему, было чуть больше трех. Однако, в силу известных событий, я стремительно рос и сейчас уже выглядел на все семь, если не восемь. Виолу это нисколько не смущало - я для нее навсегда теперь стал "младшим братиком Ейкой". Ну а для остальных мы рассказывали матушкину легенду, что столь стремительным ростом я пошел в своего деда - весьма известного авантюриста.

Появление моей, так сказать, "сводной сестренки", означало, что время урока магии подошло к концу и сейчас, после небольшого перерыва, у нас с ней будет урок общеобразовательный.

Хоть Виола и была дочкой нашей домоправительницы Гленды, но в свое время она мне помогла заново освоиться в этом мире, да и, по сути, была моим первым близким другом. Она поддерживала меня, а я, соответственно - ее. И по факту мы были, чуть ли не как сводные брат с сестрой. Впрочем, мои родители не возражали, как и ее мать.

Виола была очень активной, смешливой и весьма деятельной девушкой. Она единственная смогла укротить лесного котенка Царапа, случайно попавшего в наш дом, а тот ее считал, то ли мамой, то ли главой прайда, и беспрекословно ее слушался и постоянно приносил ей подарки в виде свежепойманной мелкой живности. Чему она была не очень рада, но, как говорится, положение обязывало, и посему котенок всегда получал заслуженную похвалу. А добыча потом незаметно убиралась куда подальше, дабы не расстроить ее пушистого рыцаря.

Никому более, Царап, не позволял не только себя погладить, но даже выразить умиление. И если такое имело место быть по незнанию, его презрительный величественный взгляд и утробное ворчание быстро ставило невежду на место.

Впрочем, даже когда мы его нашли в лесу, совсем маленького, потерявшегося и голодного, пришлось спасать его от дикого кабана, на которого он умудрился напасть. Не наоборот.

Видимо, Царап далеко ушел от логова, а невежественный огромный лесной вепрь решил его понюхать и уточнить, годится ли эта мелочь в качестве обеда. За что и получил по морде когтями от возмущенного котенка. Естественно, кабан решил разобраться с обидчиком, но котенок, хоть и был до безрассудства отважным, сражение повел грамотно: возможно, это врожденная интуиция диких лесных кошек, кто знает.

Он отступал в труднодоступные заросли кустов или прятался под поваленные деревья, и когда разъяренный противник просовывал туда свою морду, то снова получал атаку коготками. Далее опять следовало быстрое отступление и занятие следующей выгодной позиции. Он, вероятно, вполне смог бы забраться на дерево и отсидеться там, но это было не в его правилах - врага нужно победить.

Во время этих тактических маневров они выскочили на поляну, где мы с отцом и Свизом испытывали некоторые заклинания. Кабан, не разобравшись, напал на нас, и пришлось его успокоить огненными шарами. Котенок же, нисколько не смущаясь, развернулся и отважно атаковал еще дергающуюся тушу. Когда мы приблизились, он гордо стоял на поверженном враге и отважно рычал (ну реально это, конечно, был тонкий писк), сообщая, что это он победитель, а нам просто разрешили слегка помочь, но делиться своей добычей, естественно, не намерен.

Чтобы сей отважный боец не пропал в лесу (уж больно был маленький), мы его забрали домой. Чему он категорически сопротивлялся. И когда его представили домашним, он первым делом попытался поцарапать Виолу. Но она сразу поставила его на место, вдобавок еще и даровав имя Царап. От таких уверенных, но ласковых действий, котенок сразу определил ее здесь самой главной и стал ее считать своей чуть ли не кошкомамой и безоговорочно слушался и преданно защищал. Про подношения мышей я уже говорил. Но было и продолжение этой истории.

Первое время, по совету одной мудрой женщины, мы старались не пускать кота на улицу - он был дичек. Нужен был определенный срок, чтобы привык к дому и начал его считать своим, да и к людям присмотрелся.

Он сдружился со Свизом - разумным черным императорским магическим скорпионом, который в то время был размером чуть больше самого Царапа.

Поскольку магрион был силен в магии иллюзии, то для развлечения своего нового пушистого друга он создавал ему летающие, прыгающие и бегающие иллюзии всяких жуков и птичек, на которых тот с удовольствием охотился. Свиз же не забывал своевременно убирать "пойманных", таким образом, четко фиксируя каждую победу.

Со временем, особенно после нашего путешествия в столицу, магрион сильно разнообразил количество, вид и скорость создаваемых целей.

К немалому восторгу кота. А когда иллюзии стали не только убегать, но и сами "нападать", да еще и группами и из засады (из-под стула или ящика стола), кот был просто в восторге. Причем он очень быстро учился: как бороться с каждым новым типом противников, какие меры будут против кого эффективны.

Это было весьма полезно как для Царапа, так и для Свиза, позволяя ему оттачивать магию иллюзии до совершенства, что нам впоследствии очень пригодилось в "Звездной битве при Фадо".

Правда, часто после таких игр моя, хоть и весьма немаленькая комната, бывала хорошо разгромлена, и приходилось применять меры дисциплинарного воздействия на разыгравшихся детей, призывая их к порядку.

 На Царапа - жаловаться Виоле, а со Свизом просто обменяться мыслеобразами и вежливо попросить несколько поумерить активность. Тот всегда сразу успокаивался, приносил извинения и наступал мир и спокойствие.

Очень разумный магрион - хоть пока еще и подросток. Но и с ним, как оказалось, тоже все было непросто - очень похоже было, что он имел какое-то отношение к правящему роду Северного Детаниона, что сейчас был охвачен войной с соседями после случившегося загадочного гигантского потопа.

Так вот, когда прошло немного времени, и кот, освоившись в доме, стал выходить во двор магазина, он естественным образом посчитал это законно аннексированной территорией, которая должна быть преподнесена его хозяйке. Но поскольку местность пока была не изучена, Царап принялся наводить на ней порядок. Если на людей он не обращал внимания, то вся остальная живность сразу поняла, что здесь появился новый хозяин.

Первыми это почувствовали окрестные собаки. Двор нашего весьма популярного магазина "Уютный дом" был, естественно, открыт для посетителей. И местные шавки периодически забегали сюда в поисках чего-нибудь вкусного или просто полаяться с соседними стаями на нейтральной территории.

Но не в этот раз. Мелкая стая из пяти особей встретилась мордой к морде, перед входом во двор с котенком дикой лесной кошки.

Ну как котенком - ему еще было меньше года, а размером он был раза в два больше любого кота. Видимо, сказывалась и порода, и отличное питание. Ежедневные тренировки со Свизом и периодически, выпиваемая у него же, заряженная магией вода (что я ежедневно создавал для магриона с целью пополнения его запасов маны), видимо, хорошо сказались на Царапе.

Незадачливый главарь этой своры с радостным лаем повел свою банду в атаку. Как рассказывали потом видевшие это покупатели, буквально за пару мгновений все прихвостни получили хорошие удары когтями и клыками, да так, что были просто вышвырнуты, буквально, далеко за территорию двора. А сам вожак получил шикарную трепку, и как результат - просто безвольно висел, схваченный за шкирку Царапом, жалобно скуля. Кот демонстративно, вперевалку, вышел на середину улицы, таща побежденного, и с презрением выплюнул свою добычу. Стая с визгом, поспешно ретировалась.

То ли собаки как-то могут рассказывать друг другу новости, то ли еще что, но с этого момента любая из них старалась даже близко не появляться рядом. И нередко можно было наблюдать такую картину, когда важный от самодовольства пес, по мере приближения к магазину, опускал уши, хвост, перебирался на дальнюю сторону улицы и на цыпочках, отираясь боком о стены домов, прокрадывался мимо. Поглядывая на грозно стоящего в воротах Царапа и, как бы извиняясь, сообщая тому: "Простите, уважаемый, э-э-э... Кот, я тут совершенно случайно пробегал, не знал, что вы изволили здесь делать променад... Я сейчас же исчезну, чтобы не отвлекать Ваше Котейшество...".

Но это была только первая битва. Ему пришлось столкнуться с более многочисленными и более коварными врагами.

Под "многочисленными" можно считать огромную колонию крыс, что облюбовали расположенный по соседству крупный продуктовый склад. Там их были полчища. Несмотря на всяческие попытки с ними бороться, даже местные коты старались там не показываться. Периодически грызуны пробирались и к нам. Но это было до появления Царапа.

Вначале он их с удовольствием отлавливал, но, видя, что поток незваных гостей не уменьшается, решил разобраться с проблемой в корне. Отследив, откуда к нам приходит эта живность, объявил им войну.

И локальные боевые действия, как рассказывали рабочие склада, Царап провел по всем правилам осады крепостей. Первоначально провел разведку и оценил примерную численность противника, а затем, отлучаясь каждую ночь на склад, как на работу, начал планомерно и целенаправленно уничтожать разведчиков врага, и, таким образом, отрезать его от пищевого снабжения.

Знающие люди рассказывали, что у крыс есть тоже жесткая иерархия. Разведчики - самые слабые или молодые представители, добывают еду, проверяют ее на яд и доставляют командирам и их главной императрице.

А кот их просто отлавливал, дожидаясь появления более "знатных" особ, коим придется уже самим начать выходить, как только станет некого отправлять.

По утрам помещение склада было буквально завалено немалым количеством грызунов, которым не повезло повстречаться с нашим хищником.

 Хозяин склада, который до этого безуспешно пытался решить как-то этот вопрос, оказался человеком мудрым и приказал своим работникам сразу все приводить в порядок и всячески помогать новому неожиданному пушистому союзнику. Его самого не трогать (а то бы он им позволил), но оставлять еду, воду, отодвигать ящики или освобождать те полки, которые захочет исследовать кот.

Более того, со стороны нашего магазина в склад была проложена специальная деревянная дорожка, для удобства посещения. А сам хозяин, узнав, чей это зверь, пришел к нам с благодарностью, принеся всякие деликатесы для Царапа и небольшой презент хозяевам. Также он попросил, если у нас случайно окажется котенок из его потомства, продать за любые деньги. Этого мы ему пока предложить не могли, но он, усмехнувшись, сообщил, что весна близко, поэтому предложение остается в силе.

Итог этой битвы нам удалось наблюдать всем вместе, за нашим семейным ужином. А может, Царап сам специально подобрал это время, чтобы показать всем свои успехи. В столовую, гордо неся что-то большое и длиннохвостое, ввалился кот. Величаво поднятая голова и развивающийся, как победное знамя хвост, говорили о значимости момента. Правда, это сопровождалось еще и несколько недовольным ворчанием, скорее всего, подразумевающим, что пока вы тут спокойно едите, некоторые, не покладая лап, работают в поте лица... мордочки.

При ближайшем рассмотрении его добычей оказалась просто гигантская крыса - видимо, их королева, уничтожение которой ставило однозначную точку в битве за склад.

Отважный герой был достойно награжден и пожалован Виолой в ее личные рыцари, а чуть позже, ему на ошейничек, была добавлена небольшая бляшка-медальон, указывающая, что он теперь является официально зарегистрированным питомцем нашей семьи. Это, вообще-то, делалось крайне редко для кошек, да и то, по слухам, только в столице и исключительно в дворянских семьях.

После этого крысы на складе перестали появляться вообще, хотя, на рядом расположенных, они водились. Изредка могла забегать полевка или еще какая мелочь, что успешно устранялись даже обычными мышеловками.

Но, как и происходит в любых войнах, есть радостные победители, поверженные враги и те, кому чужая победа стоит поперек горла. К таковым можно было отнести банды окрестных уличных котов.

Сами они, ранее, на склад заходить не рисковали, но случайно отбившихся одиноких грызунов отлавливали. А тут, мало того, что кормушка закончилась, так еще и объявился опасный конкурент.

Они решили с этим что-то делать, и в одно, далеко не прекрасное для них утро, спустились с крыш, довольно-таки немалой стаей, дабы разобраться со спокойно прогуливающимся во дворе Царапом.

И совершили сразу две ошибки.

По неписаным кошачьим правилам, сначала их главарь, страшными и долгими завываниями должен морально унизить и запугать противника. Потом, если это не поможет, нужно хорошо поплеваться и пошипеть, а уж после переходить к драке, которые у кошачьих довольно-таки опасны, учитывая их стремительность и беспощадность.

Группа поддержки обычно в этом не участвовала, оказывая скорее моральное давление, но в крайних случаях, могла и помочь, если противник был крупный или их было несколько.

Они рассчитывали, что и на этот раз будет так же. Это был их первый просчет. Царап, вообще-то был лесной дикий кот, хоть мы его и забрали мелким, какие-то основы выживания в лесу он знал. А там правила несколько другие: сперва, по возможности, изучается противник и только потом принимается решение - отступить или напасть. Права на ошибку просто нет.

Ну а вторая - это начинать издавать боевой клич, считая, что это просто предупреждение.

Царап так не считал. Враг на его территории! И он объявил об атаке!

Кот просто, практически молча, ворвался в толпу ошарашенных противников и начал сражаться одновременно со всеми, как привык это делать в играх со Свизом. И в первую очередь максимальное внимание получал наглый крикун-вожак. Кругом летали пух и перья. Ну, насчет перьев, наверное, преувеличение, но пуха было предостаточно.

Услышав вопли во дворе, мы с Виолой, уже догадываясь, что происходит, помчались к месту сражения, чтобы помочь котенку. Но застали только убегающих в ужасе кошек и с трудом ковыляющего с места схватки их еле живого вожака, что размером был никак не меньше Царапа и на порядок его мускулистей.

Однако, фыркающий и плюющийся выдранным у противника пухом, наш кот гордо стоял посреди поля битвы, и утробно презрительно что-то кричал вдогонку позорно бегущим врагам.

А напоследок, повернувшись к ним хвостом, выбил задними лапами из земли большие комки, что, видимо, по-кошачьи, означало высшую степень презрения.

Однако я обратил внимание, что почва, обычно хорошо утрамбованная, слишком легко ему поддавалась, и присмотревшись, увидел слабое сияние, похожее на применение магии земли. Пожалуй, наш котенок скрывает какую-то тайну. Ну, или просто, пьет слишком много заряженной маной воды, что я делал для Свиза. Отчего могли проявиться и некоторые способности. Нужно его будет проверить потом, тем шаром-артефактом.

Как бы то ни было, с этих пор, Царап стал непререкаемым авторитетом среди всей окрестной живности. А истории о его подвигах даже дошли до мэра.

...

Когда мэр в очередной раз появился в нашем магазине, он попросил Виолу познакомить его со столь известной кошачьей личностью. Она радостно притащила Царапа, держа его под передними лапами, так, что тот напоминал большую, спокойно болтающуюся в руках игрушку. Мэр выразил намерение его подержать и она, не подумав, его передала. То ли кот спросонья не понял, куда и зачем его притащили, то ли еще чего, но он не сразу сообразил, что оказался на руках совсем другого человека, который имеет наглость его гладить, да еще и хвалить, насколько он хорош (а то он сам не знал).

Опомнившись, кот сразу начал выцарапываться из нежеланных объятий и наконец, освободившись, оскорблено удалился на кухню.

С тех пор, у них с мэром, при каждом визите последнего, всегда происходили скрытые тихие баталии взглядов, с демонстрацией характеров. И оба, пока, не давали слабину, в этом противостоянии.

...

Мэр, изучив весело болтающую девочку, с еле слышным вздохом, я бы даже сказал обреченно, проворчал: "Да что у них тут за компания собралась, теперь и о коте легенды начали складывать". И махнув рукой, отправился по своим делам.

 Я его понимал. У нас здесь собрались действительно очень необычные персоны, что в дальнейшем могли сильно повлиять на всю геополитику в целом. Тем более, что зима уже скоро заканчивалась, дороги и перевалы откроются, и нас ждет весьма непростой и обязательный переезд в столицу.

Эту тему как-то снова поднял мэр во время одного из своих визитов. Они даже с отцом что-то обсуждали, а потом отец отправился наверх, за какими-то бумагами.

В этот момент, в зале, со своим ежедневным обходом, появился Царап.

-Так... Кот... - нейтрально констатировал появление Царапа мэр.

"Так-кот" услышав знакомый голос и не проявив даже простейшей эмоции на своей мордочке, как-то хитро сменил траекторию движения так, чтобы она совершенно естественным образом вернула его назад в дверь, из которой он только что вышел.

 Но чтобы чего лишнего не понапридумывали себе посторонние, кот давал понять всем своим видом, что так изначально и было задумано, а неожиданно появившийся нежеланный мэр, тут совсем ни при чем.

Перед тем как исчезнуть, они, с мэром, обменялись изучающими напряженными взглядами.

Вероятно, это начало прекрасной дружбы.