Избушки иногда не то, чем кажутся. Отрывок из книги "Рейнир. Парадокс лжеца".
Автор: Дмитрий Мардаровский
– Избушка-избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом. – вырвалось у меня практически помимо воли.
Что за ерунду я несу?
Но от моих слов домик неожиданно пришел в движение. Он медленно повернулся на сто восемьдесят градусов, и моему взору открылась дверь, над которой красовалась игривая надпись «Дом еды».
Я как завороженный глядел на избушку, в который раз уже ловя себя на мысли, что существует неслабая такая вероятность, что на самом деле я лежу сейчас где-нибудь в доме скорби и пускаю слюни, бессмысленно пялясь в стену, а все происходящее мне попросту грезится.
Тем временем избушка приветственно распахнула дверь, которая приподнялась вверх, а не в сторону, как все нормальные двери. Я осторожно посмотрел в дверной проем. За ним не было ничего видно кроме потолка внутри помещения, поскольку, как я уже говорил, избушка была приподнята над землей. Я смог разглядеть, что дверной проем сработан довольно неряшливо. Из досок торчали коричневые ржавые гвозди приличного размера.
По всей видимости я слишком долго рассматривал домик вместо того, чтобы зайти внутрь, поскольку здание начало проявлять признаки нетерпения и переминаться на своих птичьих лапах. Раз уж я попросил его повернуться дверью ко мне, то по идее должен был войти внутрь.
Но заходить мне совсем не хотелось, ведь избушка вела себя как живое существо. Кроме того, ржавые гвозди в дверном проеме при более пристальном рассмотрении напоминали скорее мелкие желто-коричневые зубы.
– Хм-хм… – произнес я извиняющимся тоном. – Прости, друг… Подруга… Не знаю, кто уж ты там. Но я, наверное, зря тебя потревожил. Знаешь, я передумал заходить. Ну все, бывай. Пока!
Я помахал избушке рукой и развернулся, чтобы пойти прочь от жутковатого птицедома. И только краем глаза заметил, что из двери вынырнуло что-то розовое. Я мигом распластался на земле, а надо мной, окатив меня каплями липкой слюны, пролетел громадный язык.
Так вот почему там было написано «Дом еды». Только вот еда по всей видимости – это я!