Субботний отрывок: каретный тест-драйв

Там, на заднем дворе, стояли они. Кареты, ради которых четверо дроу  тащились через полгорода в дрянную погоду. Одна белая, а вторая –  чёрная. Томори вначале не заметил между ними других отличий. Зато  остальные, кажется, заметили. Рэйшен обошёл каждую карету, открыл и  закрыл двери в ней. Томори услышал тихие щелчки.

– Ну, что скажешь? – нетерпеливо спросил Меуриг.

– Дверцы хорошие. Закрываются легко, плотно, – Рэйшен качнул корпус белой кареты.

Мастер-каретник вздрогнул. Бедняга! Томори ничем не мог ему помочь, разве что посочувствовать.

– Гляньте, как мягко качает! – Рэйшен потянул Томори и Мадога за рукава. – Похоже, это и есть новинка в конструкции, да, мастер?

Мастер-каретник  начал что-то говорить, но его уже никто не слушал: Рэйшен, Мадог и  Меуриг полезли куда-то под корпус кареты и принялись горячо спорить. До  Томори доносились какие-то непонятные слова:

– Ремни! Цепи! Перетрётся!

– Кожаные хомуты на стальных дугах! Зимой растянутся!

– Да нет же, глянь, как прочно! Вон, швы внахлёст!

Рэйшен,  не глядя, дёрнул кузов ещё раз. Карета качнулась и больно чиркнула  краем Меурига по макушке. Тот взвыл, а Рэйшен с Мадогом бессовестно  заржали.

– Колёса, колёса смотри! Проходимость...

Томори тоже послушно посмотрел на колёса. И что в них такого? Колёса как колёса. Обиты сталью.

– Да нет, в грязи зимой завязнут! – с видом знатока проговорил Меуриг.

–  В какой ещё грязи? – возмутился Рэйшен. – Эли велела мостить улицы! Не  будет никакой грязи! Проедет! Дайте мне обивку внутри глянуть! Кожа или  нет?

– – Подбивали конским волосом и дублёной кожей, дар Рэйшен.  Не промокает, не дубеет на холоде, – мастер-каретник уже понял, кто к  нему пожаловал.

Рэйшен тем временем забрался внутрь и осматривал  внутреннее убранство кареты. Он провёл ладонью по сиденью, похлопал по  подушкам и даже принюхался к стыкам.

– Недурно! – похвалил он.

– Благодарю, – ответил каретник. – Сработали на совесть.

Меуриг простукал корпус второй, чёрной кареты, а Мадог изо всех сил качнул её.

– Глянь, какая сталь! Закалка...

– Прошу вас, почтенные, поосторожнее! – испугался мастер. – Одна из этих карет уже выкуплена важным человеком...

–  Чего? – Рэйшен выскочил из белой кареты так быстро, что Томори даже не  успел заметить его движение. – Каким ещё важным человеком? Кто в этом  городе важнее баронессы?

– Ни-никто, дар Рэйшен...

– Вот то-то же! Лошади есть у тебя?

– З-зачем?

– Ход хочу проверить.

Каретник  замялся. Томори понимал, что мастеру совсем не хочется давать новенькие  кареты шальным дроу, но и возразить им он не смеет. Пока каретник  мялся, неподалёку послышалось конское ржание.

– То, что надо! – шумно обрадовались Рэйшен и Мадог.

Меуриг исчез в темноте, но скоро вернулся, ведя в поводу двух лошадей.

– Подойдут? Запрягаем?

– О, красотки! – Рэйшен с видом знатока осмотрел обеих и важно кивнул. – Щас прокатимся.

Томори видел, как побледнел мастер-каретник. Он кликнул мальчишку-помощника и шепнул ему:

– Лети в баронский дом, падай в ножки баронессе, пусть она своих демонов отзовёт!

– А если она откажет?

– Плачь, сапоги ей целуй, умоляй... Понял?

Мальчишка кивнул и тенью скользнул в раскрытые ворота. Томори решил, что Рэйшену и остальным знать об этом необязательно.

Лошади уже были запряжены. Надо же, как быстро! Значит, Рэйшен и впрямь смыслит в каретах!

– Томори! – крикнул Рэйшен. – Давай ко мне! Садись внутрь!

Томори  со вздохом прошёл к нему. "Лучше бы пиво пили!" Дверца кареты открылась  с тихим щелчком. Томори осторожно забрался внутрь. В карете пахло  кожей, маслом и ещё чем-то незнакомым.

– Что ты собираешься делать? – спросил он у Рэйшена.

–  Прокатимся. Ты же раньше в каретах не ездил? Вижу, что не ездил. Мадог!  Эй, Мадог! Хватай Меурига и погнали отсюда вдоль городской стены до  Оленьего уступа! Там развернёмся – и назад!

– Там места мало, чтобы вдвоём развернуться! – крикнул в ответ Мадог.

Рэйшен демонически расхохотался:

– Слабаки! Вам со мной не тягаться!

Томори слышал, как ответил Меуриг:

– Садись давай, мы ещё посмотрим, кто тут слабак! Погнали, Мадог! Сделаем их!

Снаружи  до Томори доносился голос мастера-каретника: он просил о чём-то  "почтенного дара Рэйшена". Но "дар Рэйшен" по-разбойничьи свистнул,  хлестнул лошадь, и Томори от резкого рывка повалился на спину. Он успел  сжаться, как перед ударом, но удара не последовало: обивка оказалась  гладкой и мягкой. Томори слышал, как лошадиные копыта застучали по  брусчатке мостовой и приготовился к тряске по булыжнику. Однако ход был  лёгким и плавным. Карета поскрипывала и покачивалась, и ни одной кочки  Томори так и не почувствовал.

Рэйшен и Мадог свистели поочерёдно,  подавая друг другу условные сигналы, значения которых Томори не понимал.  Две кареты – белая и чёрная – летели вдоль городской стены вровень друг  с другом. В окно Томори видел, как Меуриг, с дерзкой улыбкой приоткрыв  дверцу, наполовину высунулся на ходу, и сырой ветер трепал его светлые  волосы.