Субботний отрывок

Решила тоже присоединиться к бессрочному флешмобу от Марики Вайд 

Правда книга у меня еще в черновиках, но бодро пишется, уже готовы шесть глав, есть точное представление куда все движется, поэтому и рискую выложить кусочек. Это продолжение моего Озера

Молчание реки

На рассвете все собрались возле управы. Роли загонщиков и охотников были распределены еще вчера. Всем стрелкам выдали по автомату.

- Поставьте сразу на одиночную стрельбу, а то очередь выпустите зараз, и охотиться будет нечем. - предупредил Рогочий.

Вскоре к управе подтянулись военные - десять человек с автоматами. Рогочий остался в управе — кто-то должен был держать связь.

Стрелки подходили к оврагу у реки, в котором была замечена собачья стая пешком, с наветренной стороны для чего транспорт оставили поодаль. Заняв позиции, приготовились ждать.

Степаныч знал местность как свои пять пальцев. Он расставил стрелков вдоль реки, выше по течению от того места, где нашли Захара. Ещё пятеро во главе с капитаном должны были пройти цепью от дороги к воде, поднимая всё живое.

— Как услышите шум — готовьтесь, — сказал Степаныч, забираясь в седло мотоцикла. — Пойдут на вас.

Лютый и Огнен заняли позицию у старой вербы, метрах в двадцати друг от друга. Утро было тихим, туман стелился над водой. Где-то далеко, в балке, уже кричали загонщики, били в сковородки стараясь поднять как можно больше шума.

Первой из камышей выскочила тощая серая сука. Она неслась прямо на Огнена, прижав уши, с бешеной скоростью. Он выстрелил почти не целясь — промахнуться с десяти метров было сложно. Собака кувыркнулась через голову, дернулась несколько раз и затихла.

Следом, из кустов, брызнули сразу три — два кобеля и ещё одна сука. Они бежали на стрелков, оскаленные пасти, бешенные глаза и встопорщенная на загривках шерсть, показывали, что просто так они не сдадутся. Почти одновременно прозвучали два выстрела, собаки упали, орошая землю кровью. Третий пес зарычал, пригнулся к земле, готовясь к прыжку. Но третий вычрел оборвал и его жизнь. Слева от них послышались выстрелы и ругань.

— Уходят! — крикнул кто-то.

Кто-то матерился, кто-то командовал: «Не дайте им уйти в камыши!»

Раздались выстрелы справа, потом снова слева, потом наступило небольшое затишье, был слышен только шум и свист загонщиков. Неожиданно раздалось рычание сбоку, Лютый едва успел среагировать и выстрелить, но пес уже успел прыгнуть, уже мертвым он сбил Романа и он, чертыхаясь отбросил тушу животного, которое когда то было защитником и другом человека, но волею случая стало его врагом. Огнен выстрелил в еще одного пса, но только ранил. Собака заскулила и метнулась в камыши.

Огнен перехватил автомат, шагнул в камыши, целясь туда, где мелькнула рыжая шерсть. Собака сидела в воде по грудь, тяжело дыша, и смотрела на него. Глаза были не бешеные — усталые, смотрели на него с какой-то человеческой укоризной. Огнен на мгновение задержался. Выстрелил, глаза животного потухли, из-под брюха в воде потянулась красная струйка.

Лютый подошёл, тяжело дыша. От реки доносились крики загонщиков — там тоже стреляли. Постепенно всё стихло.

Капитан вышел на берег, злой и взмокший. Подсчитали: отстреляли двадцать пять собак, сколько ушли неизвестно.

— Теперь попробуй найди остальных, — сказал капитан, сплевывая. — Но думаю они пока не опасны .

Огнен стоял над убитой сукой. Тощая, рёбра наружу, на боку старый шрам. Не волчица. Просто собака. Он ничего не сказал, только перевернул автомат стволом вниз и пошёл к старому ПАЗику, на котором их привезли сюда.

Молча положили автоматы и разобрали заранее приготовленные лопаты. Копали молча, потом скинули в яму трупы животных, принесли несколько мешков негашенной извести насыпали сверху, после так же молча забросали яму землей, выполняя не приятную но необходимую работу.

В кустах раздался жалобный плачь, раздвинув ветки, увидели щенка, серого, похожего на волчонка, недавно открывшего глаза он испуганно прижимал уши и взахлёб скулил напуганный незнакомыми звуками и запахами. Несколько человек подняли стволы и отпустили, не в силах сделать последний на этой охоте выстрел. Лютый в два шага оказался рядом и подхватив малыша под мягкое пузико, прижал к себе. И ни на кого не глядя пошел к машине. Мужики с некоторой долей благодарности и облегчением смотрели ему в след.

В автобусе один из мужиков протянул руку к щенку и спросил Романа.

- Можно?

Тот кивнул.

Мужчина осторожно подхватил его, раскрыл пасть, посмотрел нёбо, одобрительно хмыкнул и вернул обратно.

- Добрый охранник будет, злой. Как назовешь?

Лютый пожал плечами.

- Не решил ещё.

Мужики радостно загомонили наперебой предлагая собачьи клички. Огнен почесал щенка за ухом, тепло улыбнулся и тихо спросил.

- Оставишь?

Лютый так же тихо ответил.

- Оставлю. Саньке другом будет.

Вернувшись в управу отчитались об облаве, после почистили автоматы и сдали обратно. Седоусый степенный дядько Игнат принял оружие, тщательно сверив инвентарные номера и придирчиво проверив качество чистки. Некоторых заворачивал обратно, дочищать.

Так незаметно время подошло к полудню. Рогочий оставил в управлении дежурных, остальных отпустил по домам.

- Как бы не пришлось Егору щенка искать. - сказал Огнен, увидев встречающего их возле калитки мальчика. - Я в детстве тоже собаку хотел, любую.

- Дядько Роман, а где вы щенка взяли? А как его зовут? Вы с ним на бандитів будете охотиться? - завалил вопросами ребенок, и потянулся погладить собаку. Тот доверчиво потянулся к мальчику и лизнул его пальцы.

Лютый только усмехнулся.

- А как же. Я же полицейский, а собаки у меня не было, вот теперь будет.

- А як його звать?

- Не знаю еще. Ты бы как назвал? - на ходу беседовал с Егором Роман. Мальчик на минуту задумался, смешно наморщив нос, и радостно выпалил.

- Серко. Вiн же серый, як раз під колір.

ЗЫ не кидайтесь тапками, имитировала суржик, на сколько ума хватило.