Жизнь и смерть

«За пять тысяч лет мандалорцы сражались против тысяч армий на тысячах планет. Они изучали языки и заимствовали вооружение и боевую тактику в каждой войне. И сейчас, несмотря на преобладающее влияние чужих рас и отсутствие собственного дома и даже расы, язык мандалорцев не только выжил, но и изменился лишь незначительно; их образ жизни и философия остались нетронутыми; их идеалы и чувства семьи, единства нации только усилились. Не доспехи превращают в мандалорца. Доспехи — лишь внешняя оболочка непостижимой, недоступной души».

— Выдержка из книги «Мандалорцы: личность и язык»

Считалось, что ранняя мандалорская культура, произошедшая от древней расы таунгов, отличалась воинственностью и религиозностью, возникнув внутри общества со сложными законами и обычаями, которые впоследствии стали Канонами чести. Война была формой ритуального поклонения их многочисленным богам, но после опустошения Невуты была обожествлена сама война, и её олицетворением стал Кад Ха'рангир, бог-разрушитель. В мандалорской мифологии Кад Ха'рангир олицетворял возможность перемен через разрушение, и ему вечно противостоял Арасуум, олицетворявший застой и бездействие. По этой причине самые ранние конфликты с участием мандалорцев рассматривались ими как священные войны, а их воины назывались Мандалорскими крестоносцами. Шло время, и когда к концу Великой войны ситхов большинство таунгов погибли, мандалорцы начали принимать в свои ряды представителей других рас, которых считали равными тем, кто с рождения были мандалорцами. Когда мандалорцы транспормировались в над-национальную организацию, объединявшую представителей различных рас и выходцев с разных планет, критерием принадлежности к ней стала общая культура, а не происхождение; мандалорцы верили, что личность определяли её поступки, а не обстоятельства рождения.

Центральное место в мандалорской культуре занимали принципы Резол'наре, или «Шесть действий». Эти шесть принципов определяли, что значило быть мандалорцем, и любой, кто хотел, чтобы его считали таковым, должен был соблюдать их. В соответствии с этими принципами мандалорцами были те, кто носили доспехи, говорили на мандалорском языке, защищали себя вместе со своей семьёй, вносили вклад в благосостояние своего клана, откликались на зов Манд'алора и воспитывали детей в мандалорской культуре. Чтобы уберечь свои традиции от внешнего влияния, мандалорцы придавали большое значение ежедневному неукоснительному соблюдению принципов Резол'наре. Тем не менее, существовали разные интерпретации этих принципов, и по крайней мере одна группа мандалорцев, Новые мандалорцы, иначе истолковала их, отказавшись от личных комплектов брони и верности Манд'алору.

Мандалорцы были кочевым народом, и у истоков такого образа жизни стояли Мандалорские крестоносцы, селившиеся на завоёванных ими мирах. Даже спустя долгое время после завоевания Мандалора мандалорцы придерживались этих кочевых традиций, частично из-за привязанности к старым обычаям, но в том числе и для того, чтобы в случае нападения враги не имели лёгкого способа истребить их всех. Таким образом, мандалорские сообщества рассеивались по всей галактике, и существовало множество мандалорцев, ни разу не бывавших на Мандалоре. Мандалорские семьи, как и мандалорские солдаты, никогда не считали свой нынешний дом постоянным. Высокая мобильность мандалорцев препятствовала накоплению большого количества материальных ценностей, и даже традиционное мандалорское жилище, известное как вех'яйм, было спроектировано так, чтобы его можно было использовать для временного проживания и легко демонтировать или покинуть. В то время как многие культуры с оседлым местоположением отмечали события и фестивали, связанные со сменой времён года на их родной планете, на мандалорцев эти природные явления оказывали меньшее влияние по причине частой смены места жительства. Хотя мандалорцы с Конкорд-Доуна, как правило, отмечали окончание сбора урожая на планете, в целом большинство мандалорцев привыкли отмечать события жизненного цикла, такие как рождение, совершеннолетие, вступление в брак и смерть. Умерших редко закапывали в землю, поскольку кочевникам было трудно содержать кладбища и брать с собой в дорогу тела. Обычно полноценных похорон удостаивался лишь Манд'алор, если тот при жизни не возражал против этого. Мандалорцы предпочитали массовые захоронения и кремацию, при этом пепел кремированных рассеивался, а одна из вещей павшего — чаще всего доспехи — хранилась в качестве памяти о нём; если полный комплект доспехов не сохранялся, можно было оставить его фрагмент, например шлем, перчатки или пластины. Также существовал обычай повторять перед сном имена умерших близких и друзей, чтобы сохранить о них память. Непредсказуемость жизни означала, что большинство мандалорцев извлекали максимум из того времени, что у них было, когда они вместе пели песни, выпивали и проводили время с семьёй. Понятие «эй'хан» означало радость от времени, проведённого с близкими, и одновременно скорбь о тех, кого больше не было в живых.

Древние Мандалорские крестоносцы и их преемники-неокрестоносцы жили войной, обретая славу путём завоеваний. Тем не менее, после окончания Мандалорских войн многие из них стали охотниками за головами и наёмниками, продавая свои услуги тому, кто больше заплатит. Склонность к наёмничеству стала частью мандалорской культуры в последующие тысячелетия её существования, и многие в Галактике не воспринимали мандалорцев иначе, как наёмников. Хотя наёмничество и охота за головами были основным источником дохода для мандалорцев, многие из них освоили и другие профессии. Некоторые мандалорцы зарабатывали на жизнь в качестве оружейников или телохранителей для жителей планет, на которых они поселились. Другие остались в Мандалорском секторе, где работали в мастерских и на фабриках или обрабатывали землю, будучи фермерами. Некоторые мандалорцы на Мандалоре занимались такими обыденными делами, как обслуживание баров и магазинов, а также работали врачами и ветеринарами. Несмотря на широкий спектр профессий, каждый мандалорец был обучен бою, и все они могли в кратчайшие сроки объединиться в армию. В дополнение к распространённому заблуждению, что все мандалорцы были наёмниками, они представали перед не-мандалорцами значительно менее общительными существами, чем было на самом деле. Чтобы избежать конфликта с мандалорцами вне поля боя, рекомендовалось говорить с ними прямо и честно, принимать предложенную еду (предложение еды было большим комплиментом со стороны представителя кочевого общества, часто жившего впроголодь), смотреть прямо в глаза или в горизонтальную часть визора шлема, снимать ботинки, входя в их дом, платить вовремя долги, играть с их детьми, никогда не приставать к мандалорцу противоположного пола, если только индивид не планировал сам стать частью их культуры, и уважать пожилых людей — поскольку любой мандалорец, достигший такого возраста, вероятнее всего, являлся превосходным воином.