Воскресный абзац и звёздочка

Зомби-апокалипсис почти закончился, но напоследок хочу снова поучаствовать с ним во флешмобе Екатерины Овсянниковой. Постаралась выбрать из финала отрывок без спойлеров. Ну почти без спойлеров. И чтобы два раза не вставать, расскажу про заявку на «Рекомендовано АТ». Оказывается, допускается самовыдвижение, поэтому я выдвинула свою повесть «Убить Музу». Если захотите поддержать лайком или комментарием, буду признательна: https://author.today/post/765264?c=43020549&th=43020549

А теперь она сама пришла сюда, чтобы сделать ему сюрприз. Мысли мгновенно пронеслись в его голове, и он вскочил на ноги.

– Женя! Ты выжила! Я так рад тебя снова видеть!

Он обнял девушку, почувствовал тепло её тела и биение сердца. Но через секунду понял, что она дрожит, как осиновый лист. Странное выражение, которое он слышал от Жени, само пришло на ум, когда она затрепетала в его объятиях. Мартин отпустил её и спросил:

– Что-то не так?

Лицо её побледнело, подбородок дрожал. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, как будто до смерти испугалась. Никогда раньше ему не доводилось видеть на её лице выражения такого несомненного ужаса. Даже когда Женя вернулась в лагерь вендатов и влезла прямо в загон к зомби, она выглядела спокойней. Несколько секунд девушка тяжело дышала и не могла выговорить ни слова, а потом сказала дрожащим голосом:

– Я тебя не помню.

Мартин отступил обратно к стене. Теперь он понял, почему Женя так испугалась. Наверно, потеря памяти – это последствие ранения, но он никак не ожидал, что окажется для неё совершенно незнакомым человеком.

– Прости, пожалуйста, что напугал тебя, – сказал он. – Я Мартин, ты была моим проводником и помогла мне дойти до Торонто. Мы встретились…

– Подожди, Мартин, – прервала она его. – Я многого не помню, возможно, это психологический блок на травмирующие воспоминания. Врачи считают, что лучше не форсировать события, а позволить памяти восстановиться постепенно. Если ты расскажешь мне самое главное, то остальное я смогу вспомнить сама.

Она почти овладела собой. Голос её снова звучал уверенно, только руки слегка тряслись.

– Главное? – растерянно переспросил Мартин.

Он не знал, как выбрать самое главное из их общих воспоминаний. Точнее, из тех воспоминаний, которые раньше были общими, а теперь хранились лишь в его памяти. Женя так много сделала для него. Перед глазами проплывали картины прошлого: её улыбающееся лицо, серебристый свитер и бриллиантовые клипсы. Запах барбекю в заросшем саду, сочные куски мяса и её шутки. И как она научила его защищаться от «барби» с помощью мелодии песни, хотя сама совершенно не разбиралась в музыке.

– Расскажи мне о моей смерти, – попросила она. – Ты ведь считал меня погибшей. Что именно произошло?