Как Денис Аристархович к Ивану Прокофьичу ходил, и кто такой Ака Зощенко

— Ну-с, с чем сегодня пожаловали, любезнейший? — проговорил Иван Прокофьич, встречая меня в коридоре.

— Да вот, — начал я, — автофикшн принёс.

— Чего-с? — Издатель вопросительно посмотрел на меня поверх очков, и мы зашли в кабинет.

— Ав-то-фикшн, последняя мода в европах, Иван Прокофьич, — произнёс я и зарделся. «Знаю, поди, кой-чего на современном».

— Да что вы говорите. Ну-с, давайте взглянем. — Он закрыл дверь и жестом предложил мне стул. Я протянул рукопись. Иван Прокофьич уселся за свой стол с тёмно-зелёным сукном и взялся за чтение.

За окном шумели деревья, скрипели половицы в коридоре, а вдоль стены, озираясь, мышь тащила в зубах кусок чего-то жёлтого. Иван Прокофьич напряжённо вглядывался в жёлтые страницы, вытирая периодически со лба пот белым платком и вздыхал. Иногда он будто хотел рассмеяться, но тут же начавшаяся улыбка сменялась недоумением.

— Ну, — начал он, откладывая рукопись в сторону. — Знаете ли...

Я ждал.

— Любезный Денис Аристархович, это никуда не годится.

— Отчего ж?

— У нас серьезные книги публикуются. Романы. Про любовь, про войну. А вы небылицу какую-то принесли.

— Да отчего ж!?

— Ну вот, например, вы пишите, что однажды залезли на крутую гору и, опасаясь, что не сможете слезть начали звонить родственникам, чтобы знали где вас искать в случае чего.

— Да, именно так всё и было.

— Ну как, скажите, вы могли позвонить с горы? Откуда на горе телефону взяться? Да если бы и поставил кто, кабель суслики бы сжевали за день. — Иван Прокофьич заметил движение мыши, но та не дала себя рассмотреть, скрывшись за шкафом, и он продолжил.

— Или вот, как вы там себя называете? «Принц из созвездия Персея». — Он вопросительно посмотрел на меня, явно ожидая ответа.

— Иван Прокофьич, так автофикшн же, — произнёс я, поднимая указательный палец вверх, к Персею. — Жанр такой:  часть правда, а часть выдумка.

— Вот я и говорю, небылица. — Иван Прокофьич покачал головой, будто собирая мысли в одном месте.

— Давайте вы лучше что-нибудь смешное напишите. Но реальное. А мы опубликуем.

— Юмор — это бегство от реальности, — проворчал я, — а тут хотя бы частично правда.

— Вот и договорились. — Иван Прокофьич улыбнулся и встал, приглашая меня к выходу. 

* * *

Рассказ я всё-таки написал — «Улыбка» называется. Название по крайней мере точно смешное. Но содержание Иван Прокофьичу не понравилось.

Хорошо, в соседнем издательстве фестиваль проходит, вывеска на фасаде — «Ака Зощенко». Там приняли к рассмотрению. Название, правда, странное: «Зощенко» вроде на фамилию похоже, но «Ака» что такое непонятно. Буквы, наверное, отвалились, — «Акакий Зощенко» должно быть. Известный, наверное, человек, раз такое событие его именем назвали. Ну да ладно, главное — сдал. Можно и о делах домашних теперь подумать.