А как вы обозначаете в книгах сон это или предсмертное состояние?

Артур истекал кровью столько раз за последние дни, что уже сомневался, осталась ли она у него вообще. Сознание погружалось всё глубже в тяжёлый сон. Что делают бывшие инквизиторы? — думал он. Сможет ли он закончить свою задачу и довести Лилит до безопасного места?

«Маловероятно», — отозвался где-то внутри знакомый голос.

Лилит, кажется, звала его — откуда-то сверху, издалека. Он поднял взгляд и не увидел ничего. Вокруг была темнота. Живот больше не болел, только в левом глазу покалывало — но это было неважно. Артуру стало всё равно, кто это говорит. Всё вдруг потеряло значение.

— Вставай, — донёсся голос.

Возникли образы: он видел яму с Ткачами, видел расстроенную Лилит, вспомнил, как она смотрела на него обиженно, будто это он виноват во всех бедах. Может, так и было?! Но он ничего не мог сделать, ни на что повлиять.

Он вспомнил её девочкой. Вспомнил, как они втроём укладывались на ночь в приюте и делили одеяло: Эрик всегда раскрывался, и Лилит заботливо следила, чтобы брат не мёрз. Тогда её взгляд был другим. Она лежала рядом с Артуром, и он ощущал тепло её тела, вдыхал запах дыма от её волос. Эрик ворочался и не давал им спать. Артур почти чувствовал запах половиц, старое дерево и сырость.

— Рыжик, ложись обратно, — услышал он голос Лилит, она обращалась к брату, но тот поднялся с пола, повернулся к Артуру и смотрел на него широко раскрытыми глазами, а потом детским голосом закричал что есть мочи:

— Вставай, недоумок!

Артур смотрел на него, не понимая, снится это ему или происходит наяву. Эрик подошёл вплотную, схватил за воротник, не переставая орать, — и наконец маленькая рука ударила Артура по щеке, и ещё, и ещё.

Артур открыл глаза.