Котики в Тёмном Пламени: Оборотни

В мире «Тёмного Пламени» много разумных рас. Одна из них — оборотни. Их собственный миф о сотворении — Легенда о Сэлле и Эннаре:

…Детьми Сэллы называли оборотней. По легенде, дочь Мораг, богиня луны Сэлла полюбила смертного по имени Эннар и приняла человеческий облик, чтобы быть с ним. Мать Тьмы была против, но дочь любила, и потому препятствовать не стала. Но когда возлюбленный Сэллы умер, Мораг сделала так, чтобы он больше никогда не рождался в теле разумного существа, чтобы предотвратить саму возможность дальнейшего их общения. Но любовь Сэллы была столь сильна, что она находила своего возлюбленного и в зверином обличье, проживая с ним краткий олений, волчий, медвежий или ещё чей-нибудь век. 

Дети, рождённые от их союза, стали оборотнями, по желанию принимая человечий или звериный облик. И Мораг смирилась с выбором дочери и даровала Эннару бессмертие, сделав хранителем Садов Илфирина, где души людей проводили некоторое время перед новым воплощением. А потомки Сэллы и Эннара, смешивая свою кровь с людьми и животными, постепенно утратили дар перевоплощения. Чем дальше, тем реже рождались оборотни, и они уже не могли управлять собственными превращениями…

Спустя тысячелетия Сэлла и Эннар — две самые яркие звезды на ночном небе.

А оборотни… Оборотни почти истреблены, немногие уцелевшие живут среди людей, прячась во время полнолуния в укромных местах.

Это таверна Урсуса — предводителя оборотней. Она находится в Сером Городе Айры, который люди именуют Крысиным гнездом. 

А вот это — Нимма, очаровательная девушка, у которой в полнолуние отрастает хвост:

— Я – Нимма, — представилась девушка.

— А я — Даррен, — юноша улыбнулся. — Что, такая как ты, делает здесь?

— То же, что и все, — улыбнулась Нимма, показав крепкие белые, вполне человеческие зубы. — От луны прячусь.

Она поднялась и бесстыдно задрала юбку, продемонстрировав отсутствие нижнего белья, стройные ножки и длинный пушистый собачий хвост.

— Добро бы лисий или хотя бы кошачий был, — вздохнула она, опустив юбку и усевшись на место. — А то и показать стыдно, дворняжкой обзывают.

А это — Урсус, которому очень нелегко говорить по-человечески во время полнолуния:

— Ус-стал, — сказал Урсус, придерживая рукой дрожащую челюсть. — Ним-ма-ты-ска-жи.

Даррен только сейчас заметил, как при каждом звуке напрягается мощная шея Урсуса, и вдруг понял, почему: медвежья глотка не приспособлена для членораздельной речи. Оборотень буквально собирал человеческие слова по слогам из рычания, и от этого его речь звучала низко, рокочуще и монотонно.

Ну и как же без котиков:

— Ах да, полнолуние же, — сочувственно кивнул Даррен, подавив смешок, и, заметив, что явно сменивший гнев на милость маленький человечек трётся об его сапог, спросил. — А он тоже обо… дитя Сэллы?

— Ну да, только обычно он кот, а в полнолуние человеком становится.

— Да? — с некоторым сомнением Даррен погладил человечка по голове и тот довольно заурчал. — А почему такой маленький?

— Да сколько мяса в том коте, — хмыкнула Нимма. — На что хватило, в то и превратился.

Если что — сам Даррен — новообращённый вампир и в таверне оборотней оказался вместе со своей наставницей, потому что оборотням нужна их помощь. Сын одного из них похищен и посажен на цепь в зверинце аристократа. И лишь вампиры могут незаметно проникнуть туда и освободить его.

Ну, а чем дело кончилось? Читайте «Тёмное Пламя. Том 2» и узнаете.