Вероника Гао, будем знакомы!
Автор: Писательство
Приветствую, опятки! Меня зовут Вероника Гао, но вы можете звать меня Вероника Гао.
Как и все собравшиеся, я являюсь поклонницей великого и незабвенного сенсея Лавкрафта. Но, как можно догадаться, это не единственное моё достоинство. Основное моё достоинство – солидная коллекция книг про фей и завидное обилие плюшевых жаб, но это совсем другая история.
Вообще, я до мозга костей рабыня кинематографа. И истинная цель моего пути — туда, куда летят подгнившие помидоры недовольных зрителей. Да-да, однажды я сниму фильм, и тогда…
С одной стороны, хочется попасть на обзор к Комедиану, а с другой стороны… Тоже самое с Ричардом. С одной стороны, круто попасть в выпуск «Записок Ричарда», а с другой стороны, туда попадают только три типа людей, ни одним из которых я не являюсь и, очень надеюсь, являться не стану.
Иными словами, однажды я ворвусь в отечественную киноиндустрию, и тогда… Трепещите!
Ибо я великий и ужасный трудоголик, который мешает образы и мысли Станиславского, Миядзаки и Бетт Дэвис! Дорогие будущие коллеги, вы поняли намёк. Отсыпайтесь, пока я постигаю очередное запретное искусство.
О чём мы говорили?
Точно! О Лавкрафте!
Впервые моё знакомство с творчеством сенсея произошло в 2018 году в книжном магазине, где я получила свою первую работу. Тогда, на утренней смене, пока покупателей не было, я взялась читать какой-то сборник под противной зелёной обложкой.
Стоял жаркий летний день, играла спокойная музыка, в торговом центре, сквозь прозрачные окна которого проникал солнечный свет, суетились люди, а я покрывалась холодным потом…
Нет, не солнечный удар и не отравление просроченными крендельками вызвали те симптомы, а до сих пор очаровывающий и ужасающий рассказ «Крысы в стенах».
Лишь однажды после я испытывала подобный очаровывающий ужас, но «Крысы в стенах» навсегда остались моим личным каноном истинного и неподдельного ужаса.
Точно! Ещё у меня должны выйти две книги в бумаге.
Первая «Нондан Токкэби», которая выйдет под именем Пак Бом в издательстве Mainstream, о чём я вечно забываю. Почему так получилось – не знаю.
Если кратко говорить о сюжете… Это безбожная фантазия на тему восточных сказок. Одна почтенная сударыня на конкурсе всяких восточных сюжетов (где мой опус вошёл в десятку) сказала:
«Паназиатчина/восточноазиатская мешанина».
Благослови Господь Бог эту мудрую женщину, которая благодаря незамутнённому взгляду обличила писательский путь мой в слова.
Мешанина — вот ради чего я живу и твАрю.
Да, сюжет поистине намешан! Корейский злой дух токкэби прибывает куда-то под (лучший город в мире, между прочим) Владивосток, для того чтобы отомстить своему старому знакомому, который успел давным-давно помереть вместе со своим сыном и внуком.
Вместо них всех придётся отдуваться правнучке.
Лавкрафтовщины здесь нет, но зато есть мораль:
Не тыкать в драконов палками, пока те (драконы) мирно спят.
Пользуюсь случаем и хвастаюсь кусочком обложки. За эти шляпы я готова присядку плясать!
Кому не терпится отведать величие и бестолковость древних сделок: вам сюда.
Второе моё детище, которое я породила в сомнамбулическом поиске гуманизма, – «Журавлиный след» – должен выйти в почтенном издательстве Клевер.
«ЖС» – фэнтези-перевёртыш на основе поздних русских сказок, где рассказывается о вполне обычных и закономерных событиях (похищение жениха и последующая месть разбушевавшейся невесты) в несовсем обычных декорациях и нравах потустороннего мира. Весёлое приключение с множеством сказочных деконструкций.
Академисты-фольклористы, бегите-спасайтесь.
Моя фантазия там разбушевалась на славу!
Официальной обложки у книги пока ещё нет, лавкрафтовских мотивов тоже, но в этой истории за гуманизм и дело мира бесстрашно борется сатира!
(Ради этой книги я прочла сотни тысяч русских сказок. Во сне мне являлись мухоморные и злыднивые младенцы, чтобы потребовать оставить их в покое. Посему книгу требую только любить и обожать.)
Если кому любопытно – милости просим!
Следить за моими сплетнями можно здесь и здесь:
Присоединяйтесь. Будем шутки шутить.
За лягушек и двор сажаю на кол!
Вроде бы всё.
Но нет.
Речь идёт о цифрах, и третья книга – неоготика, прости, Великий Ктулху, в советских декорациях величайшего города в мире – Владивостока.
Суть дела в том, что в пионерском лагере случился пожар. Померло народу аж пятьдесят штук, а выжила только одна противная девчонка. Расследовать всё это дело приезжает женщина с параноидальным бредом с элементами кверулянтства или метафизической интоксикации, но это уже совсем другая история.
Никаких ссылок не будет, никаких картинок, ибо история сия ещё побурлит в богомерзком котле авторской редактуры месяца два, а потом отправится на суд мудрых и талантливых жен литературы.
Если повезёт, с этой своей неоготикой блесну в серии «Смерть в пионерском галстуке», где уже вышло много шикарных книг.
Кто ещё не читал «Пионеры не умирают» Елены Булгановой и Ольги Кудрявцевой, быстро всем читать! Там шикарный трикстер и всякие немецкие жуткие байки! Что вообще может быть лучше жутких баек и трикстров?
Фух.
Знакомство прошло успешно.
Можно наконец-то снять маску приличной женщины и явить миру свой истинный облик.
Драгоценные участники!
Шутки шутками, но среди ваших работ нашлось немало настоящего проклятого жемчуга лавкрафтовского ужаса, и это не может не радовать моё страстное сердце!
Вы прекрасно показали, что литературные традиции, оставленные нам нашим незабвенным и великим сенсеем, не только не померли где-то в бездне времён, но по-прежнему живы, здоровы и бодро ползают по стенам, обращая всех нас в сам кошмар.
Было много крайне любопытных рассказов, которые вообще не стали придерживаться заветов Лавкрафта и пошли своим странным, местами ещё более странным путём. Но это уже совсем другая история, о которой я, вполне возможно, ещё расскажу на своих личных страницах. Некоторых из вас я ещё препарирую отдельно.
А пока — всё!
Празднуем. Гуляем. Радуемся.
Потому что после такого количества древних богов, безумцев, чудовищ, тёмных тайн и вещей, которые лучше было не трогать руками, остаётся констатировать только одно:
ВСЕЛЕНСКИЙ УЖАС РОДИЛСЯ! Врубайте музыку, культисты! Приглашаю всех на богомерзкий вальс.
Спасибо всем участникам. Вы принесли на этот конкурс много прекрасного безумия.