Руководства для писателей: Урсула Ле Гуин "Парус для писателя"

Сегодня я хочу с вами обсудить книгу Ле Гуин, в отличие от предыдущего мэтра, девушка предлагает нам именно методичку по писательскому мастерству, методичку, составленную ею в процессе преподавания на писательских курсах. Если Кинг в своей книге скорее формирует образ писателя, каким он должен быть, а каким ему лучше не становиться, то Урсула дает шаг за шагом практические уроки, для оттачивания писательского ремесла. Она учит писателя слышать то, что он пишет, ритм произведения, гармоничность или диссонанс; учит грамматике и пунктуации, для меня например стало открытием, что автору не всегда обязательно четко следовать общепринятым правилам расстановки знаков препинания. Учит правильно подбирать длину предложения, правильно пользоваться частями речи, повторами, перепрыгиваниями, концентрацией подбирать выгодную повествовательную точку зрения и работать со скрытым нарративом. 

Читая ее книгу я для себя сделал вывод, что просто просмотреть ее или прочитав, отложить на дальнюю полку до лучших времен - было бы просто вопиющим кощунством. Эта книга создана для другого. Для того, чтобы усердный ученик, пройдя все задания курса стал хоть на чуточку лучше себя прошлого. Пусть немного, но научился пользоваться основными литературными инструментами хотя-бы на базовом уровне. 

Итак, искренне постараюсь пройти все ее уроки данной книги. (Ну по крайней мере попытаюсь):

"УПРАЖНЕНИЕ ПЕРВОЕ: БУДЬ ВЕЛИКОЛЕПЕН
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Напишите прозаический от-
рывок, предназначенный для чтения вслух.
Объем — от абзаца до одной страницы. Исполь -
зуйте звукоподражания, аллитерации, по-
вторы, ритмические эффекты, придуманные
слова и имена, диалекты и любые другие зву-
ковые эффекты, кроме рифм и стихотворных
размеров."

Почти к каждому заданию, Урсула дает возможные варианты тем, на которые можно ориентироваться в упражнении, а также советы к упражнению:

"Пишите в свое удовольствие: представьте, что это
игра. Слушайте звуки и ритм фраз, забавляйтесь
с ними, как забавляется ребенок, извлекая звуки
из простой свирели. Это не упражнение по «свобод-
ному письму», но они в чем-то схожи: я предлагаю
вам ослабить контроль и предоставить возможность
самим словам подсказывать вам путь, следовать их
звучанию, ритму и отголоскам. Забудьте ненадолго
всех, кто твердит, что хорошая литературная манера
должна быть незаметной, а настоящее искусство —
неброским. Покрасуйтесь! Сыграй те разом на всех
прекрасных инструментах в своем языковом орке-
стре.
Если вам так будет проще, напишите рассказ
для детей. Или старомодное обращение к своим
предкам. Голос повествователя может быть лю-
бым. Если вы знаете какой-либо диалект или ак-
цент, используйте их вместо литературного языка.
Не стесняйтесь «говорить» громко или тихо. Ста-
райтесь передать характер действия прерывистым
или плавным ритмическим рисунком. Звучание
слов и ритм фраз подскажут, что должно произой-
ти. Дайте себе свободу, повеселитесь, поиграйте;
используйте повторения, изобретайте новые сло-
ва, не сдерживайтесь.
Помните, что нельзя применять рифму и стихо-
творный размер. Мы пишем не стихи, а прозу!
Не знаю, стоит ли предлагать конкретный сю-
жет для этого упражнения, но если вам нужна под-
сказка, расскажите кульминацию истории с приви-
дениями. Или придумайте свой остров и представь-
те, что идете по берегу, — что происходит?"

Вот моя попытка выполнить ее первое задание:

Ржавый замок лязгнул механизмом. Створка ворот с протяжным воем сдвинулась, словно нехотя пропуская даму вперед. Цепкие колючки репейника так и норовили ухватить ее за края пальто, задержать, остановить, развернуть, но тщетно. Каблучки цокали по выложенной мшистым камнем дорожке, огибая не в меру разросшуюся зелень бывшего сада. Удивительно как за такой короткий срок природа умудрилась отвоевывать у человека его жизненное пространство. Она помнила, как нежной девицей танцевала саду, в окружении затейливых зеленых скульптур и стриженных оградок лабиринта. 

Особняк появился внезапно, даже немного испугав гостью, своими темными провалами окон. По серому камню стен вился вьюнок и дикий виноград. Кровля осела, обнажая свой каркас, но сам камень стен стоял непреклонно твердо, словно старый бывалый седой воин, не желающий покидать своего поста, даже после объявления капитуляции.

Снова дама зазвенела массивным кольцом. Она долго перебирала ключи в поисках нужного. Скрип старого иссохшего стального сторожа и дама наконец вошла. Закутавшись в пуховую шаль поглубже, она поежилась. Внутри с протяжным воем гуляли сквозняки, по крайней мере, дама искренне надеялась, что звуки издавал именно ветер. Не смотря на все слухи о поместье, дама даже думать не желала о том, что она была здесь не одна. В ее памяти, старый дом была теплым и уютным, всегда полным гостей, и друзей семьи. Миновав гостиную, она бережно касалась старых, заросших паутиной портретов ее предков и родни. На одном из них она задержалась подольше. Дядя Рикхам, она помнила как играла в прятки с этим веселым старичком, скача и прячась по всему особняку. Теплые воспоминания защемили сердце и по ее иссохшей щеке соскользнула одинокая слеза. Проследив за ее полетом до самого пола, она с придыханием наблюдала, как капелька в мгновение соприкосновения с полом не разбилась на мириады хрустальных осколков, а закутавшись в серое одеяло пыли превратилась в темно серый шарик, застывший на полу. Поднимая взгляд, дама зацепилась за тусклую бронзовую табличку под картиной. «Рикхам Бенджамин Боул» 1813-1897. Дама, встрепенувшись протерла сначала табличку, а затем и свои глаза, когда надпись так и осталась прежней. 

- Как такое может быть? – если дядя умер еще до ее рождения тогда с кем она играла в детстве в прятки?! 

- Ух, ух, уходиии… - в завывания ветра вклинилось филинское уханье и еще что-то. Волосы на голове дамы зашевелились, а по липкой спине прокатилась ледяная капля пота. Повернувшись на шум, она заметила в конце коридора чей-то силуэт, отчего ноги непроизвольно понесли ее прочь. Со всех сторон на нее были обращены взгляды с семейных портретов, и теперь, то-ли из-за спешки, то-ли из-за нежданного открытия, ей казалось, что взгляды провожают ее, поворачивая лица. Кто сердито, кто осуждающе, а кто и с безразличием, словно пустое место. 

- Прочь! Прочь из дома! Прочь из сада! Прочь подальше! – не стоило ей тревожить былое.

Если у кого нибудь появится желание присоединиться, выполняя задания Урсулы - добро пожаловать в комментарии!