Старшие

О Мадине и с ней я могу говорить часами. Она мой пример стойкости, ума и здорового начала в человеке.

Начнем с детства. Эту историю я не помню и слава Богу, вы поймете из повествования. Это произошло, когда мы ещё жили в Караганде. Мадина с Абсалямом решили почистить запасы конфет у бабушки. Меня в свой замысел они не взяли, наверное, конфет было мало.

Я стала единственным, живым свидетелем воровства. Мне было четыре годика. Абсалям прознал про мой детский страх перед горячим утюгом.

Взял холодный и выключенный утюг. Загнал меня в угол. Облизнул палец и прикоснулся к утюгу. Быстро убрал палец, как-будто обжёгся. Этого хватило, чтобы я заплакала.

- Никому не рассказывай, что видела, а то обожгу, ты поняла?

Я только кивнула и закрыла ладошками личико, я испугалась железного монстра и пуще заревела.

До Мадины дошло. Она прогнала брата, и мы вместе, обнявшись начали реветь.

Переехав в село. Мы не все были готовы к психологическим трудностям, которые возникли перед старшими.

Папа уехал в командировку, и мама как-то невзначай в обед сказала:

- Зарубите курицу, я пока тесто замешу, сделаю куриный пирог.

- Хорошо, мам, да, мам, - сказали  юные палачи. Мадине было 12 лет, а брату 9.

Они уверенно вошли в сарай и поймали курицу. На заднем дворе они устроили своё мокрое дело. Мадина держала курицу на колодке, а Абсалям занёс топор и...

- Не могу... - Топор завис в сантиметре от шеи. - Давай, лучше ты, - и с надеждой посмотрел на сестру.

- Хорошо, я сейчас!

Мадина подвернула рукава, и топор снова завис перед глазами курицы. И так пять раз: они менялись местами.

Затем Абсалям не выдержал, выругался и вслух произнёс:

- Мужик я или не мужик? Держи её крепче!

И рубанул.

Курица без головы, в состоянии агонии, побежала и покончила с собой, ударившись с разбегу о стену соседского сарая.

Они вышли победителями, но какой ценой!

А мама только крикнула:

- Что вы так долго возитесь? Давайте её сюда!

И забрала их первый трофей.