Мои впечатления от романа Кристофера Трианы «Озверевшая»

Ну что, я всё-таки поднатужился и прочитал «Озверевшую». Да и как было не прочитать этот нашумевший в кругах хоррор-фанатов роман? Сплаттерпанк же, притом, по общему мнению, высочайшего качества, а потому обязательный к прочтению для любого писателя ужасов, если он или она желает утвердиться в жанре сплаттерпанка или, как я, в жанре экстремального хоррора.

Ну что сказать... Триана, конечно, мастер своего дела, и роман у него запоминающийся. Но не скажу, что он меня как-то по особенному потряс. Я в своё время пересмотрел множество сплаттеров, — и итальянских, и (особенно) немецких, и (в меньшей степени) американских. Повидал всякое, что называется. К примеру, у одного из моих любимых режиссёров, Андреаса Бетмана, в фильме «Exitus interruptus» (2006 г.) можно увидеть вещи, не менее забористые, чем те, о которых нам повествует Триана. Или, скажем, фильм итальянца Джо Д'Амато «За пределами тьмы» (Beyond the Darkness) — несмотря на то, что снят он в 1979 году, там, что называется, шок на шоке сидит и шоком погоняет. Также я имею представление почти обо всех фильмах, что главная героиня романа Ким Уайт заказывала на Amazon, включая «Некромантика», «Пылающую луну» (кстати, очень эффектный фильм, лучший у Иттенбаха), «Сербский фильм» и «Подопытную свинку». По всему поэтому шокировать меня запредельной жестокостью и кровавыми спецэффектами — трудно. «Озверевшую» я читал не как обычный читатель, а как, простите за пафос, собрат Трианы по перу, — с холодной головой и спокойным сердцем, надеясь чему-то научиться у прославленного американца, чему-то такому, что я мог бы в дальнейшем использовать в своём собственном творчестве. Один раз, правда, слегка затошнило во время чтения, но и то потому только, что я опрометчиво сел читать за обедом, — захотел совместить пищу телесную и духовную.

Научил ли меня чему-нибудь Триана? Да, безусловно. Ну хотя бы тому, что в сплаттерпанке и экстремальном хорроре никаких экивоков быть не должно. Не надо так, как Передонов, — намёками, полунамёками, эзоповым языком, в расчёте на то, что читатель непременно задастся вопросом: а что означает вот это место? А уж как поймёт, вот тогда испугается до колик в животе! Нет, так не надо. А надо, как у Трианы, — прямо и в лоб. Откровенно о сокровенном. Не таясь, гордо и во весь голос. In yer face, так сказать. Вот тогда и получится настоящий сплаттерпанк. Чему ещё я научился у Трианы, говорить не буду, а то AT меня забанит .

На «Озверевшую» существует множество отзывов. Отмечают, что роман читается очень легко. Это действительно так. И тем не менее, вступив во вторую часть «Озверевшей», я почувствовал усталость. И даже не столько от романа, сколько от главной героини. Бесконечные я-я-я — «я села за руль», «я расстегнула пуговицу», «я моргнула», «я схватила нож»... Я тоже люблю писать в первом лице, но одно дело рассказ, и другое — целый роман. Хотя вполне возможно, что моя усталость — чисто психологическая, как после длительного общения с реальным психопатом (такие люди действительно очень сильно выматывают душу). Финал «Озверевшей», хоть и порадовал сумасшедшим кровавым фейерверком, принёс облегчение: наконец-то развязка, наконец-то всё закончилось!

Ещё одна причина, по которой мне было не очень интересно читать, — это склонность Ким Уайт (её фамилия, безусловно, значащая: white — белая; чистая, невинная) к далеко идущим интригам. Она просчитывает свои ходы на десять шагов вперёд, без устали расставляет психологические ловушки окружающим её людям, сталкивает их лбами и т.д. и т.п. Я сам не интриган, все эти ухищрения мне абсолютно претят, и читать о них, честно говоря, — неинтересно.

То, что Ким творит в романе, наводит на мысль о её тяжелейшем психосексуальном расстройстве. Иногда Триана рассказывает о таких вещах, что просто диву даёшься: как это человек может проделывать такое без ущерба для собственного здоровья? Но потом вспоминаешь об Эде Гине, сержанте Франсуа Бертране и понимаешь — может, ещё как может. Видимо, у психопатов и физиология какая-то своя, особенная.

Триана превосходно знаком не только с жанровым кино, но и с историями известных серийных и массовых убийц. Мы находим у Ким черты и каннибала Джеффри Дамера, и некрофила Эда Гина, и сексуальной психопатки Джейн Топпан, и «девочки с винтовкой» Бренды Энн Спенсер. Своё повествование Триана строит по канонам эксплуатационного жанра. Мужские персонажи у него нарочито схематичны, упрощены. Их интересы не распространяются дальше дешёвого пива на вечеринках и связей на одну ночь. Их единственная функция в романе — выступать в качестве жертв. Это не есть недостаток, так принято в сплаттерах. Во многих фильмах, например, эпизодические роли для молодых привлекательных девушек сводятся к тому, чтобы раздеться в кадре и тут же быть жестоко убитыми.

О первой жертве Ким, учителе Бобе Блэкли, кто-то на ФантЛабе презрительно отозвался: «дурак», «растлитель малолетних». Глупости. Никакой он не дурак и тем более не растлитель, не педофил. Он просто несчастный человек, которому не повезло с женой. Всё есть у него — и работа хорошая, и достаток в доме, и дочь-умница, а вот счастья в лично-интимной, мужской жизни — нет... Именно Симона своим поведением толкает мужа в смертельные объятия Ким, именно она в конечном итоге разрушает свою семью.

Не согласен также с теми, кто считает, что «Озверевшая» не несёт в себе ничего, кроме безудержного желания автора шокировать читателя самыми дикими проявлениями психологического и физического насилия. Роман Трианы достаточно глубок по содержанию, в нём затронуто много тем, в которых современному обществу небесполезно было бы разобраться. Перечислять их все слишком долго, а я и так уже много всего понаписал здесь . Скажу лишь, что, в отличие от некоторых других рецензентов, я не углядел в «Озверевшей» проблемы «отцов и детей». В том, что в психике Ким всё пошло наперекосяк, виноват не отец. А вот кто виноват, — вопрос интересный. Я склонен думать, что никто особо не виноват, такая уж Ким родилась, просто до поры до времени желание убивать и насиловать (да-да, вы не ослышались) дремало в ней и ждало момента, чтобы вырваться на свободу. А с другой стороны, меня не покидает чувство, что на месте Ким легко могли оказаться и Эми, её подружка, и Дакота (другая подружка), и те мальчишки, что безжалостно травили беззащитную Кейтлин, дочь мистера Блэкли. В этой связи вспоминаются слова итальянского режиссёра Лилианы Кавани по поводу своего фильма «Ночной портье», вызвавшего возмущение бывших узников фашистских концлагерей. Кавани тогда сказала: «В каждом из нас сидит маленький фашист». Читая Триану, понимаешь, что доля правды в этих вызывающих словах есть. Беда в том, что Ким далеко не исключение, она лишь одна из многих. А уж в чём причина появления таких людей, — жестокое и лицемерное человеческое общество или дурная наследственнось, — Триана не объясняет. Пусть выводы делают читатели, и у каждого они будут свои…

И последнее. В современном обществе — и у них, и у нас — почему-то принято считать, что убийцей и, особо подчеркну, насильником, педофилом может быть исключительно мужчина. Триана показывает, что это — глубокое заблуждение. Но вряд ли его голос будет услышан…

Вот такие получились впечатления от прочтения. Многое ещё можно было бы сказать о романе Трианы, но — я устал. И так писал эти заметки три недели, урывками .