Потомственная ведьма едет покорять Москву

Стук колёс отмеряет последние километры до Москвы. За грязным окном купе бесконечной лентой тянутся берёзовые перелески и серое небо в разводах. Настя сидит и смотрит на свой старый, дубовый сундук с медными накладками, из которого торчат банки с солёными огурцами, пучки сушёной полыни и берёзовый веник.

— Дядя Лёша, не шурши, — тихо говорит она. — Мы уже почти приехали.

Из сундука доносится ворчливое, хрипловатое ворчание:

— Шуршу, потому что не нравится мне это, тут даже печки нет. Эти твои «электрички» вообще без души, Настенька, как консервная банка, ни тебе угла, ни запечника. Суета одна!

Настя улыбается краешком губ, ведь домовой Лёша всегда ворчит, так он выражает свою любовь, что поделать. Она проводит ладонью по крышке сундука, шепчет заговорное слово от укачивания и Лёша недовольно затихает. За окном мелькает последняя деревня, проехали трансформаторную будку и колодец с журавлём, накренившимся набок.

Москва — это большое болото. Бабка так и говорила: «Найдёшь своё болото Настенька, там и пригодишься». Значит, я буду не просто секретаршей, а царевной лягушкой в бетонной чаще, а мой принц сидит где-то там в высоком кресле весь такой строгий в костюме с запонками и усталыми глазами, потому что ищет меня, но ещё не знает об этом.

Как только он меня увидит, так сразу скажет: «Какая вы странная!» Это будет началом всего. Сыграем свадьбу через полгода, будем пить чай с чабрецом, а он повторять: «Настенька, ты меня приворожила», — а я буду молчать, потому что ну приворожила, и что с того?

Поезд замедляет ход и в окне виднеются бетонные коробки панельных многоэтажек, провода и клубы пара из вентиляционных шахт, но чем ближе к вокзалу, тем сильнее Настя чувствует странное давление в груди как будто воздух становится с привкусом пластмассы. Лёша в сундуке возится, чихает и говорит уже совсем тревожно:

— Слышишь? Тут даже домовые не живут, пусто как в холодильнике.

— Ничего, — твёрдо отвечает Настя и завязывает платок туже. — Поехали, дядя Лёш. Работать надо!

Казанский вокзал, запах пирожков, ругань носильщиков и слепящий блеск люстр. Настя выходит из вагона с огромным пакетом в руках, чемоданом на скрипящих колёсиках и на неё все оглядываются. Мужчина в кожаном пальто хмыкает, а девушка в пуховике коротко говорит подруге: «Смотри, динозавр приехал», — её подруга добавляет: «Коса-то, коса, хоть метлой мети».

Настя делает вид, что не слышит, но краем уха всё слышит и улыбается в душе.

«Они думают, что меня можно обидеть! — думает она про себя. — Я вижу, что у той, в пуховике, за спиной синяя тоска прилипла, а у мужика в пальто стойкая порча на зависть. Он сам на себя навёл, когда начальника обхаживал. Москва — это очень специфическое болото, но я разберусь».

Настя ловит такси с усатым мужиком лет пятидесяти, который сидит на месте водителя и открывает рот, чтобы сказать: «Куда ты с баулом, занимаешь весь багажник», но Настя смотрит ему в глаза три секунды и водитель вдруг смеётся, ласково говоря:

— Садитесь, девушка, довезу с ветерком, только вы это... Травами, что ли, пахнет? Приятно, как на сенокосе.

Лёша из чемодана довольно добавляет: «Хоть у одного обоняние есть».

Читать книгу "Корпорожея" полностью ->

(Спасибо большое за лайки и комментарии, которые помогают продвигать книгу)