копия удаленной модераторами рецензии на "Время неблагих" Далина

Автор: Ярослав

Отзывы и критика

ну не могут некоторые не удалять нетипичные рецензии

вы поняли о чем я...

----------------------------------------------------------

Важно!
часть иллюстраций с сервера Миджорни
если вы их не видите -- решите этот вопрос известным способом

если вы еще не читали книгу -- прочтите другую рецензию.

https://author.today/work/595585 (книга и там есть рецензии)

-----------------------------

каждый раз открывая чью-то рецензию,
я заранее боюсь нудных и претенциозных размышлений...
не буду так делать -- по заветам Алисы -- только разговоры и картинки

Жанр

Это моя шаржевая обложка к первому тому...
Но примерно так и есть: под налетом янг-эдалт фентези
моментами проглядывает давящий ужасом ~~нуар~~ гримдарк

Но не бойтесь читать -- там красиво.
И по мозгам не ездят

Я потому и решил многие иллюстрации
делать в арт-нуво / арт-деко
Как в концентрации эстетики

Сюжетные ходы

внутри, за дверью — празднично освещённый холл, экзотические растения, просто деревья цветущие в кадках. И по мраморной, наверное, лестнице спустилась небывалая бледная леди с волосами белыми, как снег, и глаза у неё как бледный лёд, а сама вся в чёрном шелку — как актриса из светоленты про прекрасную любовь или картинка из книги древних легенд.
У меня даже мелькнула мысль: если это правда жена Шельда, то как же он ухитрился влюбиться в маму? Мама невероятно милая, очень, очень милая, но в смысле красоты… ну, не то… если честно.
А Шельд сказал, почти весело:
— Познакомься, Крыса: наследник престола.

Далин как взрослый и опытный автор,
плюет на надоевшие шаблоны и скучные ожидания.

Собственно это один из признаков мастерства --
выйти за пределы и сделать это красиво.

Спасибо.
Ценим.

вид из комнаты сводных сестер.
Предположительно быстрый набросок главного героя

Да-да — вид из окна на парк с деревом и руинами
если у вас из детской другой вид -- подумайте о перемене жилья

вход в парк, разбитый вокруг королевской резиденции
Но довольно об архитектуре

Драматизм. Иное

Выше звезд, выше слов
вровень с нашей тоской

Автор ведет свою линию на высоких нотах скрипки

т.е. конечно, да-да —
ничего принципиально нового,
особенно сейчас когда жанр фентези истоптан...
Но...

Лезвие скальпеля рдело, как спираль разгорающейся лампочки. И как только я его взял, меня будто подняло что-то — Дар полыхнул по всему телу, полетел по жилам, как жидкий огонь.
И я запел «Вышней волей» — просто как в храме, стараясь только ничего не забыть и не перепутать, чтобы Эскелю вдруг не стало худо. Лэрик и Глейза шевелили губами, наверное, тоже про себя молились, Эскель стоял передо мной совершенно потерянный, и я подумал, что ничего, наверное, не выйдет.
Но я спел: «И раскрой небеса… и освободи…» — и вот тут-то оно и началось.
Откуда-то сверху, через свод каземата, пал столб света, как солнечный. На Эскеля. И я увидел, как он меняется.
Как у него на голове рана пропала, а потом плечо само собой встало на место, и как у него лицо разгладилось, будто отпустила старая боль — и я прямо вместе с ним почувствовал, как его постоянный смертный холод тоже отпускает, как он отогревается в этом свете…
Я допел молитву — а Эскель стоял в этом луче, и у него такое лицо было, будто он очень хотел уйти и не хотел уходить разом. Тогда я сказал:
— Вы, пожалуйста, идите, куда вас зовут, мессир Эскель.
— Боюсь за них, — сказал он еле слышно.
— Я за ними присмотрю, — сказал я. — Я обещаю.

если бы в Святой Земле был журнал ~~Nature~~ "об этом"
то обложки могли бы выглядеть так

О сюжете еще раз

радость есть особая мудрость

Конфликт в книге, предельно экзистенциальный

густо замешанный на экстатику

Он весь, всё его тело, лицо, одежда, состоял из тонких, как иглы, сияющих лучиков. Худенький хорошенький мальчик лет двенадцати, с длинными кудрявыми волосами — весь светящийся, весь золотой, с ужасно милой улыбкой…
От которой у меня почему-то озноб по спине дёрнул.
— Ты кто? — спросил он весело. — Ты что тут делаешь? Тут никогда живых не бывает.
Голос у него был чуть сипловатый. Так, может, оживший плюшевый медведь бы говорил. Милый-милый светящийся парень, просто блуждающий огонёк какой-то — но смотреть на него было просто жутко, хоть ты что.
— Я Валиен, — сказал я. — Я человек. А ты?
— А я хозяин путей за зеркалом, — гордо сообщил светящийся. — Меня зовут Оуэр. Приветик!
И протянул мне руку.
Даже и не придумаешь, как это описать. Он протянул мне руку сквозь стекло, бесплотную, из одного только света — и она светилась в полумраке лаборатории. А я вдруг дико испугался, что до его руки сейчас дотронется Эскель. Почему-то вдруг остро и ярко понял: дотронется — тут же и конец ему!

Так я первый раз и увидел, как они используют благодать по-настоящему, целенаправленно, для конкретного дела. Зрелище было фантастическое, настолько удивительное, что я не понял сразу, отчего толпа не кинулась на колени вместе с жандармами — чудо же! Но почти тут же сообразил: это я не глазами вижу, а Даром.
Этот искристый световой поток. Он, наверное, впрямь шёл с небес, но становился мне виден только чуть выше крыши мотора. Он шёл через крышу, через руки моих августейших, через тело несчастного парня — его глаза были закрыты, лицо подёргивалось, словно в мелких судорогах, а голова мерцала, как матовое стекло, за которым горели свечи. То у виска ярче, то на лбу ярче… А грудь, которой касался Лэрик, светилась сквозь одежду, более равномерно, красноватым, как светятся пальцы, если смотреть сквозь них на яркий свет.

чего в книге нет

джаза нет...
исторически не сложился
хотя шансон должен быть

пусть и не в Святой земле а где то на морских берегах

ну ладно, сумма

меня таки спросят:
о чем эта книга?
что хотел сказать автор?

как жить, что бы святу быть,
или краткий курс молодого некроманта

впрочем, последнее слово можно подставить любое

---------------------

из минусов

несколько опечалила не раскрытость темы сестер

— Ясно, что теперь отец хочет хвастнуть драгоценным Даром Валиена. Так и каждый бы на его месте! Он просто за нас боится, понимаешь? А если впрямь война, а вот случись что-то с отцом — и что с нами будет? На завод работать пойдём, куда-нибудь в военную алхимию — десять лет и морды нет, да?
— Фу-у! — тут же выдала Рафка. — С чего бы?
— С того, что в доме должен быть мужчина. В идеале — чтобы мог передать Дар по наследству, — договаривала Лекса, уже поднимаясь по лестнице. — Вот маме повезло, она вышла замуж за папу. А если бы её не взял одарённый, и хороший дом бы не помог.