Черноозеро

Начала выкладку небольшой повести "Черноозеро" продолжение приключений Насти и Ника (первая книга "Тайна старинной усадьбы"), долго я не могла продвинуться дальше второй главы, но наконец-то история будет дописана.

Ощущая себя цирковым силачом и одновременно воздушным акробатом, я, едва удерживая две трёхлитровые банки в руках, шипя от напряжения и ругаясь сквозь зубы, вылезла из погреба, не очень-то ловко балансируя на старенькой скрипучей лестнице с пятью перекладинами, помнившей юной ещё мою бабушку. Пыхтя, как паровоз, поставила банки на пол, поспешно вылезла из погреба и закрыла тяжеленую крышку, вцепившись в верёвочную ручку. С трудом переведя дыхание, по одной перенесла банки на стол, плюхнулась на табуретку, мутным взором оглядывая добычу — консервированные помидоры и компот с клубникой внутри.

Руки дрожали, ко лбу прилипли волосы, м-да, мне бы доставать банки по одной, но лень было дважды подниматься и спускаться с лестницы. Да и лезть в погреб стоило перед тем, как полдня намывала дом сверху донизу в приступе маниакального припадка проведения внеплановой генеральной уборки, а не после. Боже мой, и это первый день долгожданного отпуска! А я уставшая, грязная и вымотанная. И всё потому, что у Ника отпуск начинался с опозданием в два дня, и я решила немного заняться домом, м-да! Молодец, Настя! План перевыполнила.

Я вздохнула, повела зябко плечами и покосилась на закрытую крышку погреба. Мои мысли сами собой перескочили на другую тему. Там внизу, в сумерках, мне постоянно казалось, что рядом кто-то стоял. Дурное ощущение, но оно ввинчивалось в позвоночник холодом, а в душе поднималась необъяснимая паника. Лампочка в погребе перегорела, и я, чтобы отыскать нужные банки, подсвечивала фонариком на смартфоне, после сунула его в карман и поднималась в рассеянном свете, льющимся из кухонного окна.

— Расклеилась совсем, соберись, погреба испугалась, надо же, — недовольно буркнула я, глубоко вздохнула и продолжила: — Главное, притащила вкусняшки к ужину. Осталось доползти до плиты, нажарить картошки и терпеливо ждать своего голодного парня с работы, — смиренно протянула, со вздохом ухмыльнулась и закончила с нотками ехидства: — Хорошо, что завтра готовить его очередь.