Можно ли забрать чужую боль и не сломаться?

Рассказ «Лучший друг» Андрея Вайтеховича получился необычным. Начинаем мы с довольно милой сцены знакомства двух мальчиков, а заканчиваем… смертью. Как говорится, приехали. Причём чем дальше читаешь, тем сильнее меняется само восприятие происходящего.

Но давайте обо всём по порядку.

В начале мы знакомимся с Димой — довольно одиноким ребёнком, которому явно не хватает внимания родителей. Мама постоянно работает, отец переносит свою жёсткость и властность с работы домой, а большую часть времени мальчик предоставлен самому себе.

И именно тогда появляется Лёша:

«— Привет. Можно с тобой поиграть?

Дима вздрогнул. У входа в спальню стоял мальчишка лет десяти».

Уже само первое появление мальчика вызывает вопросы. Входная дверь заперта, Дима не понимает, откуда взялся незнакомец, но почему-то заранее знает его имя. Правда, быстро находит этому удобное объяснение: когда-то у него уже был друг Лёша, который переехал в другой город, а новый знакомый просто кажется на него похожим.

Мне понравилась эта деталь. Она сразу даёт понять, что с новым другом что-то не так, но при этом не кричит читателю в лицо: «Смотрите! Мистика!»

А вот дальше мне немного не хватило самого развития этой дружбы.

«— Я Дима. Давай в солдатиков.

Мальчики сдружились. Лёша приходил когда Дима оставался один».

Получается довольно резкий скачок: секунду назад Дима ещё с подозрением смотрел на неизвестно как проникшего в квартиру мальчика, а следующим предложением они уже друзья.

Мне здесь хотелось хотя бы немного увидеть их первую игру. Не обязательно растягивать знакомство на несколько страниц, но небольшая сцена позволила бы показать, как первоначальная настороженность Димы постепенно проходит. А уже после неё спокойно перейти к тому, что прошло какое-то время, мальчики сдружились, а Лёша начал регулярно приходить в гости.

Тем более эта дружба — одна из главных составляющих всего рассказа.

Следующий важный эпизод происходит в день рождения Димы. Вместо долгожданного праздника мальчик становится свидетелем страшной семейной сцены, после которой буквально за одну ночь теряет обоих родителей.

Отец узнаёт об измене матери, избивает её, уходит из квартиры и позже погибает в ДТП. Мать запирается в ванной и совершает самоубийство.

И вот здесь мне, пожалуй, сильнее всего не хватило самого Димы.

События страшные. Особенно для ребёнка. Но его эмоциональное состояние показано довольно скупо. Мы узнаём, что он «забился в угол и зажал уши ладонями», потом проходит двадцать минут, отец уходит, Дима прячется на кухне, а спустя какое-то время идёт к ванной.

Фактически мы получаем последовательность произошедших событий, но мне хотелось именно почувствовать, что в этот момент происходит с мальчиком. Потому что дальше именно эта ночь становится центральной травмой всей его жизни.

Особенно сильно это могло бы сработать перед сценой у ванной:

«— Не иди туда.

Дима вздрогнул и резко обернулся. Позади него стоял Лёша. В глазах бледного друга застыл дикий, первобытный ужас».

Здесь Лёша уже явно понимает, что ждёт Диму за дверью, и пытается его остановить. Но мальчик всё равно идёт к матери, видит кровь и теряет сознание.

А просыпается уже в больнице.

«— Я помогу тебе, — вяло улыбнулся он».

После этого Дима больше не помнит ни родителей, ни дом, ни произошедшее.

И вот здесь образ Лёши начинает восприниматься уже совсем иначе.

Первоначально я думала, что перед нами просто некий призрачный мальчик. Возможно, душа умершего ребёнка или какая-то другая сверхъестественная сущность.

Но чем дальше читала, тем меньше Лёша воспринимался мною именно как призрак.

После больницы Дима попадает в хорошую приёмную семью, начинает новую жизнь, взрослеет. А Лёша всё это время остаётся рядом. Правда, появляется всё реже и при этом постепенно меняется внешне:

«Его вид внушал тоску: кожа окончательно побелела, глаза глубоко запали и потеряли блеск, нос стал острым как нож. Он казался бледной тенью самого себя».

И здесь мне снова не хватило их взаимодействия.

Жизнь Димы довольно быстро проносится перед читателем: приёмная семья, подростковый возраст, первая любовь, расставания, взрослая жизнь, одиночество. А ведь параллельно со всем этим существует Лёша.

Если бы мы увидели ещё несколько сцен между ними в разные периоды жизни Димы, финал, мне кажется, стал бы значительно сильнее.

Потому что постепенно выясняется: Лёша не просто поддерживал своего друга.

Он буквально забирал его боль.

После очередной ссоры с девушкой достаточно было одного прикосновения:

«Он просто дружески хлопал Диму по плечу и вся боль мгновенно улетучивалась. Накатывало невероятное, почти противоестественное спокойствие».

И именно здесь для меня рассказ окончательно перестал быть историей о мальчике и его призрачном друге.

Почему-то «Лучший друг» очень сильно напомнил мне мультфильм «Ваше здоровье» 1965 года. Там состояние главного героя отражается через отдельного персонажа — его здоровье. Его никто больше не видит, но по тому, как этот персонаж меняется, мы наблюдаем, что человек делает с самим собой.

Вот и Лёшу я в итоге восприняла похожим образом — скорее как олицетворение психологической защиты Димы.

Он словно отдельная часть самого героя, которая забирает то, с чем тот сам не способен справиться: сначала воспоминания о смерти родителей, потом подростковые переживания, обиды, неудачные отношения, стресс, одиночество.

И каждый раз Диме становится легче, а Лёше — хуже.

Результат такой «помощи» постепенно проявляется и в самом характере героя:

«Подобная легкость не прошла бесследно. Полная эмоциональная сухость привела к тому, что к сорока годам Дима так и не обзавелся семьей».

По сути, Дима так и не научился нормально проживать боль. Ему не приходится справляться с ней — её каждый раз забирает кто-то другой.

И здесь уже совершенно иначе воспринимаются слова Лёши ближе к финалу:

«— Я хотел забрать всю твою боль. Чтобы ты не оставался с ней один. Но я ошибся... Так ошибся... Прости меня».

Он действительно хотел сделать как лучше.

Получилось, как всегда.

Лёша всю жизнь защищал Диму от боли, но одновременно лишал его возможности эту боль прожить. Всё неприятное не исчезало — оно просто копилось.

А потом вернулось разом.

«И он вспомнил. Абсолютно всё».

И организм просто не выдерживает.

Вот эта идея мне как раз понравилась больше всего.

Причём если действительно воспринимать Лёшу как некую психологическую защиту или созданного сознанием Димы «второго себя», то мне немного не хватило причины именно для его первоначального появления.

Сейчас он появляется довольно внезапно — ещё до главной трагедии в жизни мальчика. Да, Дима одинок, ему не хватает внимания, он разговаривает с игрушками, то есть предпосылки для появления воображаемого друга есть. Но мне кажется, эту связь можно было сделать ещё выразительнее.

Например, если бы перед появлением Лёши произошла какая-то эмоционально тяжёлая для Димы ситуация, после которой ему действительно понадобился бы кто-то, способный принять его переживания на себя.

Тогда вся линия от первого появления Лёши до финального «Я хотел забрать всю твою боль» замкнулась бы ещё сильнее.

Хотя здесь сразу оговорюсь: возможно, автор вообще не вкладывал в героя подобный психологический смысл. Может быть, Лёша действительно является отдельной мистической сущностью, душой или чем-то ещё.

В итоге впечатление от рассказа у меня осталось двоякое. История вроде бы завершена, но вопросов после неё остаётся достаточно — и именно это неожиданно сыграло ей в плюс.

После финала мне даже захотелось перечитать рассказ ещё раз. Уже зная концовку, начинаешь иначе смотреть на Лёшу, его поведение и изменения, и моя собственная трактовка этого персонажа только укрепилась.

При этом мне было бы интересно почитать и другие версии — психологические, мистические или совсем иные. Так что мне правда любопытно: а кем после прочтения стал Лёша для вас?