Золотая голова! (с)

Обожаю блондинов. Вся их палитра у меня в книгах представлена широко. Несу хвастаться. Чем они хуже рыжих? )) 

Нюк Альнитак Стратитайлер! "На рыдване по галактикам", "Волки глубокого космоса". Бортинженер "Дерзающего", нынче - лейтенант Корпуса Косморазведки. Шалопай, но умеет мобилизоваться в критических ситуациях. Дважды уже по стечению обстоятельств становился исполняющим обязанности капитана, и исполнял их на пять с плюсом. Вихры светлые, глаза серые. И конопатый! Обожаю. Пардон, в поцелуях солнышка, конечно же. 

ТАИС-921, она же - Тася, она же - Таисья Алдановна. Перепрограммированный секс-робот, исполняла на борту "Дерзающего" роль повара и горничной, впоследствии получила из шаловливых Нюковых лап свободу воли, фиганула каре, сменила цвет волос, глаз и профессию )) Стала фитнес-инструктором. Блондиниста в первом томе космосаги и в начале второго. 

Старый звездный волчище Варг Норвинд Вегус, капитан первого ранга Корпуса Косморазведки, бывший бойфренд Тасеньки и тиран Нюка, действующий. Как из куска льда его на родной Варгане вырубили: 

Блондинисты в этой истории и первенцы вселенной - адорианцы. В частности - принцесса Альдидолея. Волосы белоснежные, лица кошачьи, глаза - от сиреневого до розового. С ними у меня вот такие милые мультяшные иллюстрации.

Скромный отрывок о встрече цивилизаций: 

Тем временем из нависшего над площадью корабля вниз по лучу величественно снисходят сияющие полупрозрачные фигуры в развевающихся полупрозрачных же одеждах. Белоснежные волосы струятся по узким плечам — и не разберешь сразу, где там принцы, а где принцессы, хотя адорианцы точно двуполы.

— Явились — не запылились, — в полнейшей тишине выдает вдруг Варг, похоже, не питающий особого трепета даже перед могучей сверхрасой. — Теперь понятно, кто в гипере дыр, как в ергайской потаскухе, во все стороны навертел, куда порядочные транспортники проваливаются, зиркову и вашу матушку растак!

Блондиниста и робо-нянюшка Нюка, вырастившего сиротку экспансии с рождения. 

— Добро пожаловать в мое птухарово гнездо, — самоиронично пригласил парень, обернувшись к слезающей с аэроцикла Соколовой, но в этот момент ее голубые пуговки округлились до размера иллюминаторов, а мелкие, но крепкие кулачки грозно сжались.

— Беги, я ее задержу! — крикнула она, подпихивая друга назад к транспорту.

— Куда беги, кого задержу? — искренне удивился он.

— У тебя там дардаирская пантера! — заорала Ярка, на полном серьезе готовясь к бою. Черная дыра подери…

— Это няня, — вздохнул Нюк.

— Какая няня?!

— Моя! Ярк, успокойся. Это Нами — она робот. Никаких пантер. Извини, я просто забыл предупредить, что она этот… антропоморф*, а не гуманоид.

— Метеоритный рой тебе в корму! — зашипела Соколова, ширнув его в бок кулачком, чтоб добро зря не пропадало, значит. — Что ты еще забыл мне сообщить, мийсийский лепетун-забывайка с черной дырищей вместо файлов памяти?!

— Ваше злодейшество — новая королева Адориана! Корона в карантине болтается, — огрызнулся тот, потирая ушибленное место. — Ты должна мне новую почку, мелкий кучерявый террорист.

Дверь на террасу распахнулась, гибкая фигура нянюшки выскользнула на площадку, и Нюк поспешно вернул на лицо улыбку. Напрягаться для этого ему не пришлось.

— Здравствуй, мой мальчик, — своим гортанным мурлыкающим голосом произнесла она, оглядев обоих светлыми глазами с тремя продолговатыми зрачками в каждом. — Здравствуйте, Ярка. Нюк предупредил, что вы не любите, когда вас называют полным именем. Не ожидали, что у меня такой облик?

Нянюшка улыбнулась, обнажив крупные клыки. Высокая, сильная, а все полимерное тело покрыто мягкими волосками, такими же серебристыми, как ее глаза. Скуластое лицо раскрашено ритуальным узором. В больших низко посаженных ушах позвякивали ряды колец, на крепких запястьях и щиколотках — браслеты, короткая тога из искусственной шкуры рапанга переливалась на солнце. Дардаирская «пантера» в традиционном наряде и украшениях, как она есть, только без плазменного копья. И убивать и свежевать она их вовсе не собиралась.

С удовольствием обняв Нами, Нюк прижался щекой к ее бархатистой кошачьей скуле и аж зажмурился от удовольствия. Тот, кто тебя вырастил с любовью: родитель или нет, человек или не совсем — это особая связь навсегда.

Теперь о блондинах в "Дороге мёртвых" и "Береге мёртвых". Их там вообще хоть косой коси! Из четверых военных, к которым примкнули Блу и Вивьен, трое - блондины. Наиглавнейший - их командир лейтенант бронетанковых войск армии США Дарен Керри. Блондинист до бумажного, глаза светло-голубые. 

 Мехвод сержант Майкл Донован (кратковременный бойфренд Блу) - светлорусый (слева на картинке, лень уже было за оттенок с Бо бодаться, тем более - сепия), глаза серые. Ладошку за ключиками тянет стрелок-санитар Саймон Тейлор (бойфренд и в последствии муж Вив) - светло-золотистые волосы при светло-карих глазах. 

Сзади испуганно Вивьен выглядывает - прехорошенькая американская девчонка а-ля Барби, с золотистыми локонами и голубыми глазами. Блу ее у мертвяков отбила и взяла с собой, когда по Джорджии путешествовала. Стилистка, парикмахер. 

Каро с любопытством обнюхивает девчонку и на всякий случай демонстрирует свои великолепные зубищи. Впрочем, без особой злобы, просто для порядка. На вид ей лет… восемнадцать? Хрупкая, прелестная, с прекрасными голубыми глазами и светлыми кудряшками, собранными в аккуратную прическу, которая растрепалась в бою и придает теперь страдалице еще большей прелести. Ей-богу, кукла Барби по сравнению с этой девой-в-беде просто собака сутулая. Будь на моем месте мужик — тут же влюбился бы. К счастью, я — не он, и бдительности не теряю.

И даже малютка Элис - сирота пяти лет, которую Каро обнаружил в шкафу пустого дома на втором году ЗА - голубоглазая куколка со светлыми локонами, буквально маленькая копия Вивьен. 

— Эй, есть здесь кто-нибудь? — спрашиваю я. — Не бойтесь, мы не причиним вам вреда.

Тихое шур-шур из стенного шкафа дает последнее направление. Каро упирается в створки носом, шумно принюхиваясь, и оглядывается на меня через плечо. И нет в его взгляде никакой агрессии. Просто любопытство — и все. Догадка уже прошибает меня холодным потом, и Глок я опускаю дулом в пол, но все равно предупреждаю совершенно автоматически:

— Сейчас я медленно открою шкаф. Пожалуйста, не делайте резких движений.

И когда дневной свет, падающий через пыльное окно, проникает внутрь, оттуда на нас вытаращивается перепуганными голубыми глазенками крохотный человеческий детеныш. Мурзилка у него чумазая, светлые кудрявые волосенки спутаны, футболка с какой-то мультяшной зверюшкой далека от свежести. Худые лапки прижимают к груди замызганного розового зайца. Непонятно даже — девочка это или обросший мальчик? Малыш не кричит, просто молча плачет — по лишенным привычной детской округлости щекам тихо ползут крупные слезы.

— Привет, солнышко, — как можно ласковее произношу я, спешно заталкивая пистолет в кобуру и присаживаясь перед ребенком на корточки. — Как тебя зовут? И где твои папа или мама? Не бойся меня, пожалуйста. Меня зовут Блу. А это — Каро.

Тот тянется обнюхать дите поближе, но я аккуратно отодвигаю его огромную башку в сторонку:

— Погоди… видишь, малыш нас боится. Не бойся, детка. Собачка добрая.

Не будем пугать кроху злыми волками из сказок. Малявочка молчит. От жалости у меня перехватывает дыхание, на глаза наворачиваются слезы. Один. Такой крохотный, один среди этого всего!

— Иди ко мне, — предлагаю я, протянув руки. И ребенок — кажется, все же девочка — неожиданно быстро подается навстречу и впивается в меня, как детеныш обезьянки, оставшийся без мамы. На вид ей года четыре, и она такая худенькая, что поднимаю я ее без малейших усилий. Господи, кожа и косточки! Птичка. Где же, черт подери, взрослые?! Хотя бы один! Ребенок давно не ел и явно обезвожен. Ладно… будем решать проблемы по мере их поступления. Сначала нужно ее напоить и накормить. А уж в выхаживании истощенных сироток кое-какой опыт у меня имеется.

Ну, как-то так. А еще ж русых полно! Отдельная любовь. Но всех в один флеш не впихнешь, обойдемся самой светлой линейкой оттенков )) 

А теперь несите своих блондинчиков, хвастайтесь, а я полюбуюсь ))