Пишу и плачу... от смеха

Присоединяюсь к новому флэшмобу от Ведьмы из Полусказки (https://author.today/post/953161). 

Вообще, забавные фрагменты у меня бывают и в серьезном. Но раз уж у меня есть повесть в жанре юмористического фэнтези, то пожалуй, логично взять первый фрагмент именно оттуда, правда? 

Так что начнем мы с разговора сразу после весьма неоднозначной эротической сцены. 

— Еще скажи, что тебе не понравилось, — хмыкнул Дейл, чуть отстраняясь и любуясь ею, как художник своим шедевром.

— Это неправильно, — повторила паладинша, и на этот раз её голос звучал немного тверже.

Дейл заметил, что метка на её запястье потихоньку наливается лазурным светом.

— Ты не должен был пользоваться моей слабостью.

— Я никому ничего не должен, Эйтрина, — серьезно ответил разбойник, — Никому и ничего.

Но она лишь покачала головой:

— Каждый из нас связан своим долгом. Ты не исключение.

Разбойник поморщился:

— Ты вот сейчас своим пафосом испортила весь чувственный настрой. Так что давай уже переходить к следующему пункту нашей встречи.

— К следующему?..

Эйтрина вновь покраснела.

— Но… Я не могу… Я еще…

Глаза Дейла округлились от удивления:

— Ты о чем подумала, извращенка?!

— Я не извращенка! — возмутилась паладинша.

— Ну да, — закивал Дейл, — У тебя всего лишь твердеют соски от мысли о том, что тебя сейчас может изнасиловать какой-то грязный разбойник в пещере. Наверняка с каждой Праведной Дочерью Богов такое хоть раз бывало.

Эйтрина отвела глаза.

— Ты не понимаешь. Я… я сама не понимаю, что со мной творится. Но раньше ничего такого со мной не бывало. Паладины не испытывают… такого. Никогда.

Она в упор посмотрела на Дейла:

— И что бы это ни было, в этом виноват ты.

Дейлан рассмеялся:

— Виноват, виноват, даже божественные силы склоняются перед моим несравненным обаянием. Можешь меня за это отшлепать… точнее, сможешь, если я решу тебя развязать.

Кажется, эти слова помогли паладинше немного сконцентрироваться. Взгляд ее стал тверже и холоднее.

— Не богохульствуй, — предупредила она, — И развяжи меня наконец!

— И не подумаю, — Дейл уселся поудобнее, опершись подбородком об руки, — Сейчас я задам тебе несколько вопросов. И хочу, чтобы ты ответила на них честно. Считай это приказом, если еще помнишь про клятву мне подчиняться, или просто соблюдением клятвы не обманывать и не предавать… Или сколько там клятв должны требовать одного и того же, чтобы ты прислушалась.

Впрочем, сам он рассчитывал совсем на иное. Разгоряченная, особо чувствительная после пережитого, выбитая из равновесия, — сейчас Эйтрина была совершенно не в состоянии владеть собой. Любая эмоция была почти что написана на её лице.

Дейл всегда любил совмещать приятное с полезным.

— Я никогда не вру, — ответила девушка.

— Будем считать, что я тебе верю, — откликнулся Дейл, — Тогда вот первый вопрос. Как давно ты работаешь на лорда Драхена?

Паладинша вздернула нос.

— Я не работаю на него. Он обратился в столичное командорство с просьбой о помощи. Он сказал, что на его караваны нападают, и он подозревает использование черной магии. Я не знала, что за этим стоишь ты.

— Надо же, какое удачное совпадение, — фыркнул разбойник, — И с поисками камня Бедствий это, разумеется, совершенно никак не связано.

— Какого камня? — переспросила девушка.

И к удивлению, Дейла, спросила искренне. Она не знала, о чем речь. Не знала определенно.

Не может женщина после оргазма настолько убедительно врать.

— Так, — Дейл прищелкнул пальцами, — Давай начнем с начала. Почему ты вообще за мной увязалась? Не потому что ищешь… то, что я мог, подчеркиваю, мог украсть у Драхена?

С большим запозданием он понял, что напрасно упомянул камень Бедствий. Почему-то он был уверен, что Эйтрина ищет именно его, — и более того, знает, где он. Так концы сходились просто идеально.

Но она сумела его удивить.

— Я искала метку.

— Метку?

Дейл нахмурился. Эйтрина же кивнула:

— Метку в виде двух кругов, пересеченных четырьмя спицами. Я ездила по городам и весям, спрашивая всех и каждого о ней.

— И нашла, — обреченно ответил он, уже понимая, что влип.

— Клеймо у тебя на плече. Оно имеет именно такую форму. Когда во время нашего поединка на мосту твоя куртка распахнулась, я увидела это. Тогда я и поняла, что должна принести тебе клятву верности, защищать и…

— Прокрути, — прервал её Дейл, — А ты не думала, что клейменых преступников по стране могут быть десятки и сотни? И где-то там, далеко, нужный тебе носитель такого клейма грустно дожидается тебя, заблудшая душа, нуждающаяся в спасении…

Эйтрина тяжело вздохнула. По мере того, как лазурная метка на ее запястье наливалась светом, её реакции становились спокойнее, а дыхание размереннее.

— Дейл. Я могу казаться в чем-то наивной. Но я вовсе не дура. Я подняла архивы и все проверила. Это не клеймо, которое ставят каторжникам за какое-либо преступление. Это что-то другое. Так как ты получил его?

«Здесь я веду допрос, а ты отвечаешь», — хотел было возразить разбойник.

Но к собственному удивлению, ответил:

— Я не помню. Оно осталось у меня с того дня, когда я потерял семью. Очнулся уже с ним. А теперь давай к делу. Вот, допустим, теперь у меня нет оснований говорить, что ты не выполняешь своего обещания мне подчиняться. Пусть с моей помощью, но все, что я тебе приказывал, ты выполнила. В каком-то смысле, после того, как помог тебе исполнить священный обет, я могу даже считаться твоим духовным наставником.

Глаза Эйтрины удивленно распахнулись, и она рассмеялась невеселым, хриплым смехом:

— Духовным наставником?! Ты? То, что ты сделал, это что угодно, только не наставничество!

— Ну почему же? — возразил Дейл, — Я научил тебя чему-то новому. Помог испытать опыт, которого ты не испытывала прежде. Разве не этим занимается наставник?

Паладинша вновь покраснела, вспомнив сей «опыт».

— Нельзя называть это так! Просто нельзя! Наставник должен вести своего ученика к развитию и просветлению, а не… смущать его разум греховным.

— Ну так я и веду, — пожал плечами разбойник, — К развитию. Расширяю, можно сказать, твой кругозор. Знаешь, Эйт, ведь желающих научить тебя быть паладином найдутся толпы и без меня. Но ты не только паладин. Ты еще и красивая молодая девушка, и это тоже не стоит сбрасывать со счетов.

— Мне пятьдесят, — насупилась паладинша.

— Ты на столько не выглядишь. И вообще, я совершенно убежден, что в двадцать лет ты была еще большей занудой, чем сейчас.

На этот пассаж она не ответила. Какое-то время оба молчали. И хоть и хотелось Дейлу придумать более… деловую тему, все-таки сказал он то, что думал в этот момент:

— Понимаешь, не надо сводить свое существование к чему-то одному. Да, ты паладин. Защищаешь слабых, почитаешь богов и прочая, прочая. Но ты и девушка. А девушке нужно нечто совсем иное.

— И ты полагаешь? — медленно спросила Эйтрина, — Что как девушке, мне нужно, чтобы какой-то разбойник совал мне свой язык… туда, куда нельзя?

Дейл пожал плечами с деланным безразличием:

— Извини, принца или героя под рукой не оказалось. Пришлось все делать самому.

— Да при чем тут принц или герой! — взвилась паладинша, — Речь вообще не об этом! Я вообще не должна была чувствовать ничего подобного!

— Но почувствовала, — безжалостно ответил Дейл, — И что будешь делать с этим теперь? Устранишь свидетеля своего позора? Уйдешь в монастырь еще на двадцать лет? Или останешься со мной, попробуешь изучить эту сторону себя и заодно все-таки выполнить свой священный обет.

Несколько секунд она молчала.

— Я останусь с тобой. И выполню свой обет. Я больше не нарушу твоих приказов и не обращу на тебя клинок.

— Ловлю тебя на слове, — ответил Дейл, — И думаю, могу тебя развязать.

— …но ты должен пообещать…

— Я никому ничего не должен, — прервал её разбойник, — И тем более не должен давать обещаний, которые не собираюсь выполнять. Что ты вообще за паладин, что людей к бесчестию толкаешь?..

Эйтрина лишь тяжело вздохнула. Когда же он наконец развязал веревки, торопливо вскочила и первым делом ухватила тунику.

— Я разрешал тебе одеваться? — осведомился Дейл.

Девушка застыла на мгновение и неохотно положила тунику обратно.

— Я не запрещаю, если что, — пояснил разбойник, — Это был просто вопрос.

— Перестань наконец играть словами! — возмутилась девушка, все-таки надевая тунику.

— Дай подумать… Нет, — ухмыльнулся Дейл.

И проводив взглядом скрывающиеся под тканью соблазнительные изгибы тела, добавил:

— Это слишком весело. И то, как ты на это реагируешь, тоже.

Растягивать шоу Эйтрина явно не собиралась. Привычная быть в постоянной боевой готовности, она одевалась быстро. Доспехи, впрочем, пока надевать не торопилась.

— Что мы будем делать дальше? — спросила она, как бы невзначай проверяя, чтобы туника не открывала ни малейшего пятнышка голой кожи.

— Дальше…

Дейл задумался.

— Я так понимаю, опыта в налетах на торговые караваны у тебя нет.

Паладинша вспыхнула:

— Я…

— Это был риторический вопрос, — прервал её Дейл, — Давай сделаем так. Сейчас я буду разбираться с добычей с этого налета. А ты просто обеспечишь мне комфорт.

— Комфорт?..

Эйтрина огляделась по сторонам.

— По-твоему, к этой дыре вообще применимо слово «комфорт»?

Дейлан немного даже обиделся за свое убежище. Ну да, не королевские хоромы. Но чтобы прямо дыра?..

— Поверь мне, красивая девушка всегда может привнести комфорт в жизнь одинокого мужчины.

Глаза паладинши полыхнули от гнева.

— Я для тебя какое-то украшение?! — спросила она.

— Почему «какое-то»? — возразил Дейл, — Ты лучшее украшение, что мне когда-то удавалось привезти из налета. А еще хочу напомнить, что если ты меня сейчас зарубишь, это будет нарушением твоей клятвы.

Девушка выдохнула и отпустила рукоять кригмессера.

— Так что ты хочешь, чтобы я делала, пока ты сортируешь награбленное? — спросила она.

Дейл оглядел её с ног до головы и неторопливо, вальяжно, растягивая слова произнес:

— Ну, например, я приказываю, чтобы ты сделала мне м…

— Только попробуй! — выпалила девушка, вновь хватаясь за клинок.

— …вообще-то, я хотел сказать «массаж», — отметил Дейл, — Но ход твоих мыслей мне нравится.

(с) "Грани чести", глава "Немного откровенная" https://author.today/reader/453172/4379210