Марафон от Мэри стил.Глянцывый листопад
Автор: Ева Куклинакогда у меня блоги остановились на отметки 500,Мне настолько понравилась эта цыфра, что я решила, что больше не каких блогов.
Но тут я увидела марафон от Мэри стил:
я не удержалась, чтобы не поучаствовать.
Вы читайте, а я пошла жареную картошку проверять, а то у меня подозрение, что она или подгорает, или нене жарреться. Жареные блюда это не моё, они у меня не получаются. Или сгорают или вариться.
Отрывок:
Надеюсь этот отрывок подойдёт.
Старик слегка надавил на защиту мальчишки, чтобы узнать больше, и на этот раз ему удалось продавить её на краткий миг. В эмоциях он уловил любопытство, лёгкую тревогу и желание получить лавку в личное пользование. Его открытость настораживала, с одной стороны, а с другой — в ней сквозило желание довериться. Старик ещё больше нахмурился; на лбу проступила глубокая морщинка. Хвост хозяина лавки отбивал какой-то ритм о пол, выдавая нервозность владельца целительской клиники. Во всём этом он читал главный посыл, который сквозил сквозь каждый жест и взгляд: властность и право повелевать. Детская наивность могла быть создана, чтобы ввести его в заблуждение. Чем больше он наблюдал за непрошеным гостем, тем больше убеждался, что мальчишка его терпит, и, если захочет, просто заберёт лавку — и никто ему ни слова не скажет. В связи с этим возникал вопрос: кто этот малыш на самом деле? Ему совершенно не нравился вывод, который напрашивался сам собой.
Целитель задумчиво посмотрел на омов, достал из кармана голубой зарядосвет и, показав омам, стал ждать. Они всполошились, возбудились, загудели, решая, кто полетит к мастеру зверей. Тогда он достал синюю мяту. Рейн Остеротес увидел, как пятьдесят омов переглянулись, покачнулись вперёд-назад, давая согласие. Но, прежде чем сорваться, они посмотрели на Рейна, и он кивнул им, позволяя покинуть рой. Пять десятков омов наперегонки устремились к целителю. Наследник трона покачал головой, как будто перед ним были малые дети. Омы зависли перед владельцем лавки.
Старик стоял прямо, взгляд был сосредоточен, а руки плавно оживали в воздухе. Сначала целитель зверей поднял указательный палец вверх — чёткий, уверенный жест, чтобы привлечь внимание. Омы переглянулись, зашуршали и стали внимательно следить за руками целителя.
Кирокс убедился, что все внимательно смотрят на его жесты, и продолжил. Мастер сжал руки в кулаки, дал осознать этот жест и продолжил вести разговор. Он монотонно три раза стукнул кулаками друг о друга. Омы кивнули: этот жест означал «работа».
Руки и плечи мастера зверей были расслаблены. В кулаках не было агрессии или угрозы. Он просто констатировал будничный процесс работы. Хотя разыгрывать этот спектакль раздражало мастера: со своими старыми омами он разругался, они ушли навсегда, а с новыми всегда было сложней работать — каждый ом сам себе на уме. Хотя при мальчишке они ведут себя смирно, словно опасаются его… Мысль додумывать он не стал, но факт запомнил.
Кирокс выдержал короткую паузу перед следующей серией жестов, давая время осознать сказанное. Омы загудели, переговариваясь между собой, но он их не понимал. Омы были главной загадкой хаоса: откуда они взялись и почему речь становится доступна только при их непосредственном участии? Таким вопросом задавались многие: учёные пытались их изучать, но тщетно. Только старики что-то знали и молчали, а когда их спрашивали напрямую, у них сразу появлялись неотложные дела. Те, кто жил миллиард лет, явно что-то знали — и боялись говорить.
Кирокс отогнал непрошеные мысли. Когда омы перестали шушукаться, он продолжил. Едва заметно кивнув, обозначил, что готов показывать дальше. Мастер-целитель зверей сложил пальцы в щепоть. Когда омы заинтересованно подались вперёд, он медленно поднёс щепоть к губам, словно в ней лежал кусочек хлеба или чего-то вкусного, и сделал вид, что жуёт, наслаждаясь едой. Чтобы окончательно донести смысл, он сначала сгорбился от усталости, а потом сел за стол, положил перед собой тарелку, вилку и нож и сделал вид, что приступил к трапезе. На этом его спектакль закончился. Он внимательно наблюдал за омами. Жаль, омы не обучены грамоте: на языке рун с ними было бы проще и быстрее договориться, но, к сожалению, они понимают только жесты. В хаосе много хаоситов, которые не знают рунописи.
Омы переглянулись между собой и повернулись на сто восемьдесят градусов, оказавшись к Кироксу спиной. Их внимание было приковано к кому-то в глубине роя.
«Патриарх омов, что ли, с ними? Хотя в такой стае не может не быть матки или патриарха», — задумчиво подумал он и стал ждать. И не ошибся: вперёд выплыл трёхмерный ом с белым пламенем внутри. Он немного повертелся, красуясь перед зрителями, и отрастил крошечные ручки. Задумчиво покружившись на месте, ом начал своё представление.
Рейн наблюдал за всем этим с большим интересом. Он мог приказать омам служить целителю зверей, но ему доставляло удовольствие видеть, как мастер мучается. «А всего лишь надо было отнестись уважительно», — подумал про себя наследник трона.
Главный ом уверенно обвёл ладонью свою стаю, потом поднял руку — знак, что скажет важное. Кирокс коротко кивнул: понял. Патриарх продолжил.
Резким движением он повёл ладонью из стороны в сторону — это значило «нет». Чуть наклонился вперёд — так омы подчёркивали несогласие. Мастер зверей нахмурился, но не отводил взгляда.
Патриарх трижды стукнул кулаком о кулак — жёсткий отказ работать. Кирокс замер, ловя каждый жест. Ом указал на запястье — «сейчас». Потом раскрыл ладонь и сделал вид, будто кладёт в неё что‑то, — понятно без слов: нужна предоплата.
Ом начал загибать пальцы на правой руке. На пятом пальце он сложил пальцы второй руки в нолик — вышло «пятьдесят». Кирокс снова кивнул.
В завершение ом скрестил мизинец и большой палец — этот знак означал процент.
— Мы готовы работать за пятьдесят процентов предоплаты, — сказал трёхмерный ом.
Старик, наблюдавший за этой пантомимой, нахмурился и медленно кивнул — он понял условие. Не говоря ни слова, он достал из кармана связку ровно пятидесяти синих мят. Его морщинистые пальцы аккуратно отсчитывали каждую штуку и выкладывали их на стол перед омами. Взгляд оставался строгим: сделка заключена, слова не нужны — всё решено языком жестов.
Принц хаоса терпеливо ожидал окончания переговоров. Он наблюдал за пантомимой целителя и омов, пока сделка не была заключена. Омы набросились на мяту, а когда закончили трапезу, сделали почётный круг, зависнув над головой Кирокса.
Целитель зверей облегчённо выдохнул и обратился к Рейну:
— Родители знают, что вы хотите приобрести лавку? — поинтересовался строгим голосом целитель.
— Знают, — подтвердил Рейн.
Старик ещё сильнее нахмурился:
— Вынужден вам отказать.