Советский триллер "Злой дух Ямбуя": в тени "Дерсу Узала"

Один из «Тотальных диктантов», в котором мы принимали участие, был посвящен известному писателю, путешественнику и знатоку Дальнего Востока Владимиру Арсеньеву. Соответственно, вникая в тему, я посмотрела фильм «Дерсу Узала» и несколько документальных фильмов об этом человеке, но целостной картинки о личности Арсеньева так и не сложилось: сплошные нестыковки. Зато новостная лента стала «кормить» меня фильмами про советских путешественников.

На фото — обложка книги «Злой дух Ямбуя», автор — Григорий Федосеев. Картинка заимствована в Интернете, автор мне неизвестен.
Советский триллер «Злой дух Ямбуя» был снят в 1978 году. Видимо, это была некая мода на фильмы в стиле «Дерсу Узала», снятый в 1975 году, и тоже про СеверА. Я не собиралась смотреть этот фильм, но реально, пять минут вялого любопытства к «Злому духу Ямбуя…» и все, уже не оторваться. Фильм длительностью 1 час 29 минут смотрела три вечера, настолько он соответствует понятию «отличный художественный фильм». «Злой дух Ямбуя» можно бесконечно пересматривать.
Действие происходит в Восточной Сибири (1949). Отважные интеллигентные советские геодезисты ценой сверхусилий создают карту севера-востока нашей страны. В один из сезонов один за одним в лесотундре пропадают люди, никакой мистики — просто в округе завелся медведь-людоед. Местные оленеводы-эвенки соглашаются помочь «нашим», одно из условий — просят отдать им лайку по кличке Загри. Глухой старик-эвенк находит медведя, медведя ранят, медведь убегает и тонет в болоте. Все спасены. Скрепя сердце, главный герой отдает своего друга-собаку эвенкам, эвенки уходят в тундру, а геолог — к себе домой. В последний момент эвенки отпускают Загри и тот догоняет хозяина. Сколько же в этом линейном, понятном и простом сюжете намешано смыслов! В отзывах породу Загри называют «просто лайка», но, конечно, сказать что Загри — просто лайка, это очень польстить всем «простолайкам». Загри — восточносибирская лайка, и, судя по тексту, можно сказать точно. В первоисточнике, одноименной повести Бориса Бунеева, указано, что эта разновидность восточносибирки — эвенкийская лайка (в СССР всех имеющихся лаек сложили в кучу, и разделили на 4 породы — русско-европейская, карело-финская, западно-сибирская и восточно-сибирская, что привело, с одной стороны, к потере отдельных популяций, с другой — вывело русских лаек на международную арену, позволило описать, стандартизировать и популяризировать. Это был целый политический детектив, но это уже другая история). В отзывах я нашла, что собаку-актера звали Тункас и он был реально работающей собакой.
Что вы видим в кадре? Исключительно красивого, талантливого, уравновешенного, не очень крупного кобеля сухого сложения, легкого, подвижного, «лютого к зверю» и абсолютно лояльного к людям. Исходя из моих познаний, к 1978 году в реальной Сибири лаек не отбирали по красоте. Если собака уродилась дурой — пускали в расход. Все. Т.е. Загри-актер адекватен, потому что это качество оценивалось и поддерживалось охотниками. Поддерживается ли адекватность охотничьих собак в модели современных выставок? Если с адекватностью не сложилось, наймут тренера. Важно, чтобы у экспонента были соответствующие рост, вес, мех, ушки, глазки и легенда про дикое происхождение в придачу.
Второе, что в хорошем смысле режет глаз и рождает тоску, то что Загри-Тункас — легкий и сухой. Сегодня на его роль точно выбрали бы маламута (очень крупная северная ездовая порода) размером с небольшого теленка для «выразительности»
Третье — как легко и продуктивно двигается Загри, как много красивых движений в кадре, оператор явно любуется животным. Смотрела бы и смотрела.
Четвертое — как собака «работает» по зверю. Очень узнаваемо («по-лаечьи»), аккуратно, настойчиво, позывисто — зависть берет. И никаких растерзанных трупов кадре, охота показана красиво, акцентами, со смыслом.
Пятое — про образ волка. В восточносибирских лайках, как известно, есть большая примесь волчьей крови. Видимо, волки зашли и в Загри-Тункаса. Интересно, что фильм не породил волну моды на восточносибирских лаек или помесей волков, или я не знаю об этом, а вот кличка «Загри», оказывается, популярна среди лайчатников. Видимо, жизнь в 1978 году была более безопасна и еще не родилась подсознательная потребность окружать себя дикими волками.
Итак, о смыслах и посылах фильма «Злой дух Ямбуя», какими их увидела я.

Сюжет смахивает на документальное изложение. Люди живут и решают свои задачи: охотятся чтобы кушать; помогают друг другу потому что они люди; к проблемам относятся философски — вот сьел медведь напарника, ужас ужасный, но это не повод бросать коллег в беде и великую идею освоения земель. Реалистичность картинки без крайностей — без любования или жестокости. Фильм пахнет лесом, болотом, зверьем. Сова пролетела, соболек пробежал, лисичка мелькнула, в речке помылись, дровишек нарубили, а котелок — божественная ценность («котелки в тундре не бросают»).
Эвенки кушают жареную голову медведя, по очереди отрезая ножом от медвежьего черепа куски мяса. Противно по сути? Безусловно. Но… эти люди могут выжить в тундре без электричества, денег, Интернета, а мы вряд ли выжили бы в таких условиях. Эвенки — не мы, у них свой уклад, в который нельзя вмешиваться.
Эвенки — не наши младшие братья и не люди из космоса, они просто другие. Эти территории вошли в состав СССР в 40-е годы, то есть буквально — накануне событий в фильме. Сначала герои говорят на своем языке, зрителю никто не делает никаких переводов. Постепенно в сюжете проявляется помощь старой эвенкийки, отлично говорящей по-русски. Что объединяет героев фильма и делает возможным их сотрудничество? Русский язык. Учи русский язык, и тебя поймут, и тебе помогут. Уважительное равноправное сотрудничество без эксплуатации и без возвеличивания. Да, в реальной жизни так было не всегда. Но кино — это же концепт, идеология, это желательная модель общественных отношений, внедряемых в сознание советских граждан, и с большим успехом.
Фильм вполне себе в жанре хоррор (ужасы), но вся мистика в фильме находит реальное объяснение, что очень по-советски. Такое вот продвижение науки в сознание жителей тундры.
«Старикам надо меньше кушать, чтобы дольше прожить», «У эвенков нет закона, чтобы не помогать другим». Не хочешь помочь — обьясни. Не хочешь обьяснять — не обьясняй. Если у тебя есть еда, а у другого ее нет — поделись. Если у тебя есть ружье, а другим угрожает медведь — помоги, даже если тебе страшно, даже если это не твоя проблема. Найди медведя, убей медведя. Медведя жалко, но люди — важнее. Собака — друг и товарищ. Собаку надо кормить, лечить, собаку нельзя бить, но глупым собакам места нет. Глупая собака однажды подведет. Люди важнее собак. Собака — вещь, ценность. Обещал — отдай. Но другой стороне можно и не взять… Собака спасла людей, вряд ли герои подумали о чувствах собаки, но о чувствах главного героя явно подумали. Ему собака нужнее. И еще много всего позитивного и социального без директивных указаний и морализаторства. Браво автору, режисеру и советским идеологам.
В фильме вообще много прекрасного этнического и философского содержания. Например, вот ювелирно «прорисована» грань между православием и язычеством. «Что нам твой Христос? Христос где-то далеко, а наши духи здесь», — говорит старая (крещенная) эвенка. В этом крошечном художественном «мазке» все: и борьба советского государства с язычеством, и про ценность традиций, и про ограниченность православия, и про важность религиозного вопроса, и про навязывание идеалов, и про социокультурную адаптацию.

На фото — афиша к фильму Бунеева «Злой дух Ямбуя».

«Пройдёт немного времени, и там, среди городской суеты, в кругу друзей я буду тосковать по тебе, печальный край, и, может быть, когда-нибудь к тебе вернусь…» — пишет автор. И возвращались за запахом тайги, и возвращались …оставив нам образцовую литературу и кинематограф.

Текст написан для проекта «Культурное болото» в апреле 2023, адаптирован автором для АТ.