Интервью с автором

Виктория Роа даёт сегодня интервью.

1. Как вы думаете, стоит ли сравнивать свое творчество с чужим и почему?

Я бы сказала так, сравнивать себя нет, а изучать других да.

Сравнение с другими это всегда сравнение своего черновика с чужой финальной версией. Вы не видите, сколько раз автор (с которым вы себя сравниваете) удалял черновики, хотел бросить свой роман, сколько ночей не спал, сколько раз ему говорили "это никому не нужно". Вы видите только обложку и проигрываете не автору, а иллюзии. Я сравниваю себя только с собой вчерашней, а других я читаю. Так что нет, не сравнивайте. Не меряйте своё сердце чужим пульсом.

2. Какие критерии у необратимой популярности писателя?

(Слава приходит и уходит, а необратимость это когда ты становишься частью в людях. Вот критерии, по которым я бы это проверяла популярность, это не догма, а просто мои ориентиры.

1

. Фразы, образы, имена персонажей уходят в люди. Их цитируют, не помня автора.

2.

 Когда новые писатели не могут не отталкиваться от тебя, даже если спорят, даже если отрицают твой вклад в литературу. Ты становишься такой интересной точкой отсчёта. Это надёжнее любых рецензий, как мне кажется, которые ровным счётом ничего не говорят об авторе.

3.

Тебя не только помнят, а к тебе возвращаются. В разном возрасте находят новое. Книга растёт вместе с читателем. Это признак того, что ты написал не про моду, а про человека, про эмоции, про чувства.

4.

 Если завтра исчезнут все рекламные бюджеты, соцсети, премии и конкурсы, тебя всё равно будут искать. По памяти, по обрывкам, по самиздату. Необратимая популярность не нуждается в подпорках.

5. 

Тебя нельзя игнорировать. Даже те, кто тебя не любит, вынуждены с тобой считаться (даже если ты отрицательная фигура их воображения) Равнодушие вот что убивает. Необратимый писатель остаётся даже в качестве противника (и обычно надолго).

Представьте, что все книги писателя исчезли. Что останется? Если останутся цитаты, пересказы, персонажи, споры, подражания - популярность необратима. Если ничего это была просто удачная временная кампания.

 3. Назовите три вещи, без которых вы бы чувствовали себя более комфортно во время написания книг.

Это опасный вопрос

  Потому что комфорт, как правило, плохой союзник, но если честно, я бы назвала три вещи, без которых мне дышалось бы легче за написанием текстов.

1.  Внутренний цензор. 

Тот, кто сидит на плече над ухом и шепчет: "Это уже было", "Это слишком личное", "Тебя не поймут". Без него я бы писала быстрее и, возможно, смелее, но именно он иногда спасает от банальности. Так что комфортнее да. Лучше не всегда.

2. Спешка. 

Ощущение, что надо успеть, что время уходит, что другие уже написали больше и лучше, а ещё моё любимое "сроки", которые не горят, но ты поставила себе рамки закончить до определенного дня, месяца. Без неё я бы позволила себе медлительность, которая нужна моим сюжетам и это было бы не про лень, а про способ слушать текст и персонажей.

 4. Разочарование в людях помогает писать?

Скорее нет, чем да. Когда я разочарована в людях, я перестаю их видеть и тогда мои персонажи становятся плоскими. Они превращаются в обвинительный акт, можно сказать в карикатуру. Я знала здесь авторов, которые гордились своим разочарованием, но читателю не нужно ещё одно доказательство, что мир умер. Ему нужно доказательство, что даже в этом умершем мире всё ещё можно дышать. Так что нет. Разочарование в людях не помогает писать.

 5. Сколько книг можно прочесть за месяц?

Вот что я знаю точно, за месяц можно прочесть столько, сколько вы сможете прожить, даже если лёгкие рассказы. Я не доверяю людям, которые хвастаются списками прочитанного. Обычно они читают не для того, чтобы понять, а для того, чтобы отметить галочкой очередной пункт своего читательского дневничка. Я бы назвала норму одна-две книги в месяц.

 6. Как завершить свою книгу, от которой успел устать?

Полюбить своих персонажей заново. В первый раз ты их не любил, а придумывал. Это совсем другое чувство. Это голод, азарт, похоть творца. Ты был готов отдать за них всё: сон, покой, вечер с семьей. Ты прощал им плохие диалоги и верил, что они гении. А потом ты написал половину книги и они стали твоими соседями по коммуналке. И книга, которую ты дописываешь через силу, это чувствует. Она становится холодной. Полюбить их заново значит дать им ещё один шанс, как и людям в жизни. И когда ты это сделаешь, ты почувствуешь, как книга снова начинает дышать, вместе с ними, вместе с тобой, а это всё, что нужно, чтобы дойти до конца.

 7. Какое оптимальное количество знаков должно быть регулярным при написании книги?

Я скажу так,  у меня есть личное правило - глава не может быть меньше 40 тысяч знаков. примерно 6 тысяч слов, то есть 20-25 страниц. Это мой порог и если глава меньше, она для меня ещё не глава, а сцена. Только на таком пространстве для меня персонаж может совершить ошибку, испугаться, передумать и снова соврать, иначе всё слишком быстро. Так что знаки это плохая мера.

8. Как в писательстве может помочь лень?

Лень охраняет нас от графомании. Лень это же не когда ты лежишь на диване и смотришь в потолок. Это когда ты сидишь за столом, смотришь на чистый лист редактора и понимаешь, что всё, что ты сейчас можешь написать, это мусор. Как итог - ты это всё равно удалишь.

9. Быть писателем, значит быть интровертом?

Нет. Это значит быть человеком, который умеет выдерживать одиночество.  Можно быть экстравертом до кончиков ногтей и всё равно запираться в комнате на сутки, потому что иначе книгу не написать. Можно быть интровертом и не написать ни строчки, потому что боишься остаться наедине с собой. Так что знак равенства тут не работает.  Иногда самый громкий экстраверт пишет самую тихую книгу. Потому что внутри него тоже есть тишина, которую люди почему-то не замечают.

 10. Продолжите фразу - Нет ничего лучше в книге, чем...

чем ощущение, что автор писал её для тебя. Не для критиков, не для премий, не для рецензий и хвалебных отзывов. Для тебя. Он не знал твоего имени, но он знал твои чувства. Это обман, конечно, ведь он писал для себя, но это лучший обман на свете. 

Благодарю вас от всей души за интервью, это было очень интересно! Классно, когда главы могут получаться такими объемными. Считаю, это искусство. Приятного вам четверга!