Рецензия на "(не) Просто безбашенный" Максим Арх

Рецензия на «(не) Просто безбашенный» Максим Арх

Этот текст с высокой вероятностью сгенерирован нейросетью. Если даже автор что-то правил руками, правка была косметической: подчистить, подклеить, поменять пару слов. Суть от этого не меняется. Перед нами не военная проза и не попаданчество в сколько-нибудь серьёзном смысле, а сляпанный на живую нитку текст, который больше похож на описание плохой игры. Причём не «игры про войну» с претензией на историчность, а дешёвой аркады, где герой — бессмертный чит, враги — болванчики, а сюжет — цепочка уровней: пляж, лес, дорога, мост, деревня.

Главная беда даже не в том, что автор не имеет представления о боевых действиях. Главная беда в том, что ИИ тоже не имеет о них представления, а автор это никак не компенсирует. В итоге тактика, поведение солдат, организация охранения, реакция на шум, ночные действия, работа с оружием — всё это существует не в реальности, а в вакууме плохого боевика. Немцы у автора ходят по лесу ночью, прочёсывают чащу, ведут огонь наугад, не выставляют нормального охранения, не контролируют мост, спят на посту, теряют людей и не делают выводов. Немцы, ночью прочёсывающие лес, — это уже глупость в кубе, но автора она нисколько не беспокоит. Он просто идёт дальше по сюжету, потому что ему нужно, чтобы герой очередной раз кого-то эффектно вырезал.

Герой — отдельная катастрофа. Он в одиночку снимает пулемётный расчёт, вырезает пост на мосту, захватывает пленных, читает немецкие карты, разбирает МП-40 на ощупь, знает немецкий, накладывает жгуты, предугадывает тактику, стреляет без промаха и после каждого подвига выслушивает восхищённое «ну ты и безбашенный». Это не персонаж. Это игровой чит-код. Рядом с ним все остальные нужны только для того, чтобы удивляться, перевязывать, таскать носилки и вовремя говорить: «А откуда ты это знаешь?» Автор пытается закрыть дыру легендой про ОСОАВИАХИМ, но легенда не работает: отличник ОСОАВИАХИМа не может не глядя разбирать немецкий пистолет-пулемёт, которого он в глаза не видел, и не может в одиночку вырезать охрану моста, потому что в реальности это не уровень «отличника», а уровень подготовленного диверсанта с опытом.

Враги — ещё хуже. Они не просто слабые. Они существуют только для того, чтобы герой их убивал. Часовые курят, зевают, светят фонариком в воду и не проверяют мост. Конвой ведёт пленных без нормального охранения. Немецкий отряд на привале не замечает группу раненых красноармейцев в пятидесяти метрах. После пропажи поста никто не поднимает тревогу вовремя. Это не противник, а декорация. Если убрать немцев и поставить на их место манекены, ничего не изменится.

Язык текста тоже выдаёт происхождение. Тут вам и «быстрые углеводы», и «взрыв энергии», и «нетривиальная ситуация», и «частично раскрываюсь», и «легенда», и «работать с тем, что есть». Боец 1941 года так не говорит. Он не рассуждает про жир, который растягивает подъём энергии, и не называет своё поведение «легендой». Это язык современного попаданца, а точнее — язык нейросети, которая сшивает военную фактуру с околоигровыми штампами. Отсюда же постоянные «не просто…, а…», «не столько…, сколько…», «в прямом и переносном смысле», «и так прикинул и так». Отсюда же ошибки вроде «врял ли», «не смотря на карту», «не долго», «помочь Ваньку» и внезапно появившийся Дашкевич вместо Дацкевича.

Женский персонаж тоже стыдливо сведён к функции. Маша сначала плачет, потом её чуть не насилуют на пляже, потом она перевязывает, потом снова плачет, потом снова перевязывает. Характера нет. Мотивации нет. Она нужна только для того, чтобы подчеркнуть жестокость врага и дать герою возможность проявить «психологическую поддержку» через дыхание. Всё это выглядит не как литература, а как набор галочек: женщина в отряде — есть, раненые — есть, знамя — есть, немецкая карта — есть, мост — есть.

Композиция — это вообще набор уровней. Пляж. Первая ночь. Дорога. Колонна. Мост. Деревня. Каждая глава — очередная миссия, где герой последовательно «решает проблему»: снять пулемёт, перебить мотоциклистов, захватить пост, перейти болото. Между миссиями — короткий отдых, диалог, объяснение, почему герой такой умелый. Потом снова миссия. Это не роман. Это walkthrough.

Отдельно хочется сказать про «немцы ночью прочёсывают лес». Это даже не ошибка. Это демонстрация того, что автор не понимает, как работает ночной бой в лесу. Ночью в лесу никто не «прочёсывает» чащу отделением, не ведёт огонь наугад по ельнику и не ходит с пулемётом наперевес, не зная численности противника. Ночной бой в лесу — это хаос, потеря управления, ориентировки, свои-чужие, паника и очень ограниченная видимость. У автора же немцы просто приходят, стреляют, получают пулемёт в подарок и уходят. Автора это не беспокоит. Он не проверяет реальность. Он не думает, как это выглядело бы на самом деле. Он просто генерирует следующий эпизод.

Вывод простой. Это не книга о войне. Это не попаданчество. Это не приключенческая проза. Это текст, сгенерированный нейросетью и выставленный на продажу. Автор просто рубит бабло за тексты, сгенерированные нейросетью, и не вкладывает в них ни знания, ни опыта, ни редактуры, ни уважения к теме. Если читать это как пародию на плохую игру, ещё можно найти пару смешных моментов. Если читать это как военную прозу — это провал. Если читать это как литературу — это пустышка.