Фердиа Леннон. Славные подвиги

«Славные подвиги» называют черной комедией, но в моем понимании это глубоко ироничная и грустная вещь. Здесь много сказано о войне, но в сути своей «Славные подвиги» – антивоенная книга. Книга примирения и поиска общего языка для воюющих сторон. Конечно же, этим языком оказывается искусство. В данном случае – театр.

Вроде бы Пелопонесская война закончилась. Вроде бы Афины потерпели поражение. И вроде бы Сиракузы одержали победу. Военачальников Никия и Демосфена, как полагается, казнили. Пленных афинян, так им и надо, отправили в карьер, они там медленно умирают от голода. Почти в каждой сиракузской семье кто-то погиб в той войне: сын, отец, муж. Пусть теперь враги расплачиваются.

Все бы шло и дальше, как надо, не решись гончар Гелон, обожавший пьесы Еврипида, поставить в карьере древнегреческую трагедию. Роль и обеды обещают тем афинянам, которые вспомнят хоть пару строк из пьес. Находятся те, кто помнит. Даже не пару строк, а большую часть пьесы. Свободные граждане – это, знаете ли, образованные люди. Гелону помогает незадачливый друг Лампон, от лица которого и идет повествование. Эдакие Дон Кихот и Санчо Панса: меланхоличный Гелон, склонный к идеализации и неуместной справедливости, и Лампон, который верно служит своему другу и его идее; шутки Лампона разряжают даже самые мрачные сцены.

Друзья находят деньги, костюмы, организовывают репетиции и даже умудряются собрать публику. Пока идет подготовка, пока афиняне повторяют слова героев Медеи, Ясона, Кассандры, они преображаются. Что-то в них меняется. Да и жизни главных героев Гелона и Лампона тоже меняются. И пленники уже не пленники, и победители уже не победители. Обе стороны – страдающие несовершенные люди. Они противостоят одному врагу: року.

Кстати, рок тут представлен любопытным персонажем: коллекционер Туйренн, хозяин загадочного корабля, по слухам – родом с «оловянных островов». Именно Туйренн появляется в ключевые моменты и помогает героям или ставит их перед жестким выбором. Сам Туйренн говорит, что в одном из его трюмов – Бог. 

Тут сразу две отсылки к Ирландии. Во-первых, автор – ирландец, и, похоже, Леннон сделал Туйренна своей правой рукой, Богом из машины, который вершит судьбы, когда сюжет заходит в тупик. Во-вторых, Туйренн – это персонаж ирландской мифологии, отец сыновей, убивших бога света Луга. Возможно, в трюме Туйренн до сих пор возит этого убитого бога, который и вещает героям их судьбу.

То, как роман написан, создает интересный эффект. Это театр в театре, который ты наблюдаешь из театра. Самый поверхностный и различимый уровень – сюжет, он крутится вокруг постановки пьес Еврипида в карьере с пленными афинянами. Второй уровень – это сами пьесы Еврипида: «Медея» и «Троянки». Третий уровень – это театр, который автор разыгрывает перед читателем, вопреки устоявшимся традициям, не погружая читателя в эпоху, а, лишь обозначив ее, постоянно напоминая, что перед нами лишь сцена. Поэтому у героев современная манера речи и мотивация, поэтому встречаются современные понятия, в быту и на улицах проскальзывают современные детали. Автор явно знал матчасть, но намеренно допускал «сбои».

К финалу все уровни театрального действа сходятся в один посыл: войну нельзя выиграть. Медея мстит, она хочет причинить Ясону ту же боль, что испытала сама, и тем самым уничтожает и себя, и его. В «Троянках» у Андромахи убивают сына, лишая будущего не только ее, но и весь народ. Гекуба бессильно наблюдает, как сгорает все, что ей дорого. И лишь сумасшедшая Кассандра единственная видит правду и скорую смерть – свою и ахейцев-победителей.

Поставив на сцене и пропустив через себя трагедии Медеи и поверженных троянок, Гелон и Лампон размыкают круг ненависти и помогают части пленных вернуться в Афины. Это не останавливает все войны на земле, да и герои платят за такое решение личными потерями, но оба знают, что поступили по совести. И не жалеют ни о чем. И это, наверное, больший из возможных вкладов в победу (не В войне, а НАД войной), доступный простому человеку.