Отдел Казань. Аннушка

Папа и мама девочки продали все, что можно, а в долг им давно никто не давал. Они иногда трезвели, если совсем не находили на что выпить. Если денег не было долго, то родители Аннушки даже пытались завязать и обещали забрать девочку домой, но обязательно срывались. Так продолжалось несколько лет, а потом мама Аннушки умерла.

Женщина и до этого попадала в больницу с отравлением от выпитой гадости, но в этот раз ее не откачали. Может, привезли поздно, а, скорее всего, лечить уже было нечего, все органы разрушены алкоголем.

Отец девочки в честь такого события выпросил у соседей бутылку настоящей водки и заперся в квартире. Он не вышел даже попрощаться с женой, а хоронили алкоголичку те же самые соседи, что и пригрели девочку.

На похороны пришел только участковый, не скрывающий вздохов облегчения и уверенный, что теперь и папаше девочки недолго осталось пьянствовать. Людмила Васильевна подвела Аннушку к гробу матери, установленному на две табуретки в зале соседской квартиры.

Девочка понимала, что старуха в гробу, от которой первый раз пахнет не спиртным, а хлоркой, ее мать, но ей хотелось побыстрее вернуться к своим куклам. У нее теперь были настоящие куклы, из «Детского мира», и даже набор игрушечной посуды, но Аннушка все равно мастерила монстриков из разного хлама.

Девочке исполнилось двенадцать лет, но в школу она не ходила. Органы опеки, кажется, забыли про Аннушку, как забыл и весь остальной мир, но это не огорчало ни ее новых родителей, ни ее саму. Девочка целыми днями напевала что-то грустное, тихонько играя с куклами и котиком. В свою квартиру Аннушка больше не заходила. Что ей там делать?

Отец девочки редко появлялся дома, шляясь по окрестным свалкам и помойкам. Соседи удивлялись, что в загаженной, почти брошенной квартире, не отключают свет, но предпочитали не ввязаться в это от греха подальше. Может коммунальщики тоже забыли об этой обсосанной норе, но спрашивать у них опасно. Вдруг вспомнят про нехорошую квартиру и выставят неподъемные счета.

Через несколько лет где-то в загаженных кустах нашли труп отца девочки. Соседям об этом сообщил радостный участковый и предложил не забирать тело из морга, чтобы алкаша прикопали за счет государства, но Борис Иванович и Людмила Васильевна были против. Все-таки человек, а не собака бездомная, да и девочка должна проститься. Соседи, которых Аннушка давно называла мама и папа, привезли к себе и по-людски похоронили биологического отца девочки.

После похорон, неродные, но настоящие папа и мама девочки почти месяц прибирались в квартире напротив, больше похожей на помойку, чем на жилище. Вроде вещей там почти не было, все, что можно было - пропили, но Борис Иванович каждый вечер выносил на мусорку несколько мешков воняющего хлама. Наконец, лежбище алкашей отмыли, вытравили насекомых, заменили дверь и сантехнику, переклеили обои. В квартире стало можно жить, и мама с папой сказали Аннушке, что им нужно серьезно поговорить.

Борис Иванович и Людмила Васильевна усадили девушку за стол, налили чая, положили в тарелку ее любимых печений и замолчали, подбирая слова. Наконец, новая мама девочки собралась с духом и немного смущенно сказала, что они с папой очень любят Аннушку и всегда будут рядом, но они уже тоже немолодые люди. Время еще, конечно, есть, но Аннушке пора учиться быть одной, готовить еду и убираться. Не сразу, не за один день, но нужно начинать жить в своей квартире, потому что если там не появляться, то жилье вообще могут отнять.