Флешмоб знакомств: от ненависти до любви за одну ночь

Я очень редко участвую в Флешмобах. Не потому, что имею что-то против. Просто, времени и так не хватает на все.

Но флешмоб самых необычных знакомств будущих пар, запущенный Татьяной Николаевой, слишком хорошо подходит к истории знакомства Главного героя моей книги "Мечи благородных донов" с его второй наложницей, а позже, женой.

По сюжету, барон  Алонсо, он же, Глеб Ветров, полевой историк, живущий на Земле в 24 веке, отправляется с визитом в одно из поселений темных эльфов. Он еще не знает, что вождь этого поселения строит на его счет обширные планы:

----------------------------------------------------

- Здравствуй, дочь моя! Я вызвал тебя, чтобы огласить (огласить!) свое решение. Ты должна выйти замуж за достойного человека, которого я тебе подыскал.

- Человека? Не за эльфа? Папа, зачем ты обрекаешь свою дочь на такую печальную участь – стать женой одного из этих грубых донов, провести годы в башне замка, пока этот пьяница будет растить себе цирроз печени!

- Дочь, это решено. Это необходимо с политической точки зрения. И, справедливости ради, я не стал бы обрекать тебя на тот ужас, который ты сейчас описала. Твой будущий муж очень необычный человек. Ты сама в этом сможешь убедиться.

...

Девушка поклонилась и вышла из палатки. Тут же спокойное лицо исказила гримаса гнева. «Нет, - прошептала девушка, - это невозможно! Лучше я убью себя … или его»! Она на мгновение замерла. Поединок, она вызовет его на поединок. Но, нет, он не достоин поединка! Она убьет его как подкрадывающегося вора, из засады.

...

Я шел по теплому летнему лесу. Насекомые меня не беспокоили, встречи с дикими зверями я не боялся, а что касается нападения врагов, то я был гостем, т.е. находился под защитой эльфов ... Какая-то тревожная мысль внезапно возникла на пороге чувствительности. Кто-то впереди очень желал мне зла. Хм, это было странно. Хотя, странности – это, временами, мой образ жизни. 

...

Девушка открывает глаза, пытается дернуться. Я подношу к её груди её же собственный меч:

- Вы напали на меня, гостя вашего леса. Напали внезапно из засады, не с целью помериться силами, а убить. И вы проиграли и теперь я должен решить, что мне с вами делать. По закону, я могу казнить вас на месте, а могу взять с вас виру за нападение, обратив в мою рабыню.

Она напугана, но храбрится.

- Вы можете меня убить, но я не покорюсь!

- Что ж, тогда мне придется отрубить вам голову. Ваше юное, полное жизни тело упадет на траву, и лисы и барсуки будут пить свежую кровь, вытекающую из вашей шеи и терзать вашу плоть. А голову, пожалуй, будет невежливо нести её в качестве подарка вашим родителям. Лучше, повешу её здесь, чтобы её не обгрызли лисы.

С этими словами я взял девушку за ее роскошные волосы, приподнял, заставив стать на колени. Её била крупная дрожь. Меч девушки я отбросил в сторону, положил руку на рукоять своего и с звучным щелчком выдвинул его из ножен. Она дернулась всем телом. Затем с резким «шшах», я вытянул меч из ножен наполовину.

- Нет. – её голос был больше похож на сдавленный писк, но смысл был совершенно понятен.

- Что ж, вы сделали свой выбор, причем, совершенно добровольно. Тогда, вам придется пройти довольно неприятную для вас процедуру обращения в рабыню. Не скажу, что все детали этой процедуры относятся к моим любимым развлечениям, но уверяю, я исполню все пункты в точности.

Девица сжала губы и ничего не ответила. Ладно, на первом этапе можно обойтись и без бесед. Я стянул с неё платье и подверг ритуальному эльфийско-японскому искусству связывания прекрасных пленниц «шибари». Эльфы те еще затейники и ритуал предписывал оставить связанную девушку на некоторое время одну «в тягостном раздумье, дабы она убоялась, что брошена в беспомощном состоянии навсегда, а потом обрадовалась возвращению своего господина». Поэтому я усадил ее под ближайшим деревом и привязал к стволу. 

После чего я ушел к ручью, журчанье которого слышалось неподалеку. Не мог же я продолжать священный ритуал с красивой эльфийской девушкой, будучи покрытым дорожной пылью.

...

- Во-первых, тебе достаточно было потерпеть еще день и просто со мной поговорить.

- Во-вторых, если моих объяснений было бы недостаточно, ты могла вызвать меня на поединок в поселке. Такой поединок не вызвал бы никаких нареканий и не имел бы для тебя последствий, если бы тебе удалось меня одолеть.

- В-третьих, если уж ты решила сделать засаду, именно как воительница ты должна была после первой царапины понять, что я – боец не твоего уровня, прекратить бой и сдаться или бежать. Остановись ты после первого или даже второго выпада, твои сородичи не осудили бы, но даже расценили бы естественным, что дева воительница решила проверить, достоин ли её будущий муж.

- Но раз ты сражалась до конца и потерпела поражение, ты стала преступницей и от казни тебя теперь спасает только взятие тебя в качестве виры. Т.е., я не могу освободить тебя при всем желании, это будет моим отказом от виры и тогда для тебя остается только казнь.

- Что же я наделала! – она закрыла лицо связанными руками и, кажется, собралась зарыдать. 

- К счастью для тебя, поскольку речь обо мне, ничего непоправимого не произошло. По всему выходит, что так или этак я должен был забрать тебя с собой. Лориэль будет тебе рада – она давно уже мечтает о ребенке, но не хочет, чтобы заботы о малыше вытеснили её заботу обо мне. Поэтому, она уже давно упрашивает меня взять в наложницы вторую эльфу. Кстати, я думаю, что это родители Лориэль посоветовали твоему отцу отдать тебя замуж за меня.

И тут мне пришла в голову одна мысль. К этому моменту я уже не сомневался, что мои «эльфийские» сны, являются вполне достоверным источником информации, поэтому, решил рискнуть: 

- Кстати, насчет твоей мечты стать великой воительницей. Со мной у нее гораздо больше шансов стать реальностью. Эльфы сейчас не воюют и перспектив большой войны я не вижу. А вот я, как выяснилось, обладаю определенным талантом попадать в ситуации, когда только меч и выручает. Мы с Лири уже сражались вместе и с засадой наемников и прошли короткую, но довольно кровавую войну с другим бароном, тем самым. Лири с небольшим отрядом лично взяла своего обидчика в плен, пока я сражался на мосту с наемниками.

Судя по ее взгляду, угадал верно. Враждебность девушки проходит просто на глазах и сменяется настороженным любопытством.

- А что ты сделал с тем человеком, который держал Лориэль в подземелье?

- На кол посадил, как и пообещал Аурии.

- Так ты их знаешь… родителей Лориэль?

- Да, при первой встрече ее отец пытался меня убить, но теперь они – часть моей семьи. Или я – часть их семьи. 

Я заметил, что ее слегка знобит, то ли от ночной прохлады, то ли от нервов, и набросил ей на плечи легкий плащ. 

- Ладно, я вижу, у тебя сейчас в голове полный сумбур. Посиди пока, обдумай всё, а я отдохну четверть часа. 

Она явно не ожидала такого поворота и только тихонько сказала «спасибо». А я растянулся на траве, положив дорожную сумку под голову и прикрыл глаза. Уснуть не уснул, просто немного расслабился и тоже погрузился в свои мысли.

Через четверть часа я открыл глаза и посмотрел на свою пленницу. Не сбежала ли? Нет, сидит, шмыгает носом, переживает. Поднимает на меня взгляд:

- А ты? … Ты сказал, что Лориэль мне обрадуется. А ты?

- Ты очень красивая девочка и мне нравишься, а если еще и научишься пользоваться головой, то тебе тоже найдется место в моем сердце.

Она тихонько вздохнула. 

- Так что там с продолжением ритуала?

...

А мы, тем временем, обустраивали свой ночлег. Вариантов у нас было немного – нарубить побольше лапника и уложить его ровным слоем. Поверх лапника я расстелил дорожный плащ. Плащ у меня достаточно широкий, чтобы завернуть его сверху, как одеяло. Свой дорожный мешок я положил на постель в качестве подушки. 

- Хотя плащ и широкий, но, чтобы накрыться вдвоем, нам придется лечь очень близко.

- Я теперь ваша рабыня, мне не пристало стесняться вас, господин!

Сказано было с должным смирением, но в ее глазах плясали веселые чертики…

(Глава 41. От судьбы не убежать)