Запустил четвёртый том цикла "Рунистка из глубин"

Опубликовал первую главу книги "Рунистка из глубин. Том 4". Тучи сгущаются над Мирандой.

...Около девяти утра в дверь апартаментов аккуратно стучат. Я мгновенно захлопываю блокнот, прячу его в ящик стола и только после этого подхожу к двери. На пороге стоит молодая горничная в строгой серой форме поместья. В руках у неё серебряный поднос, на котором исходит паром небольшая фарфоровая чашка с утренним тонизирующим отваром и стоит вазочка с местными печеньями.

— Доброе утро, госпожа Миранда, — вежливо произносит девушка, опустив глаза. — Госпожа Астрид просила передать, что немного задержится у отца, и просила вас позавтракать в комнате. Позвольте я пройду и оставлю приборы на столе?

— Да, конечно, проходите, — я отступаю в сторону, давая ей дорогу.

Девушка аккуратно проходит к столу. Она двигается плавно, но я замечаю, как её руки едва заметно напряжены, когда она переставляет тяжёлую чашку на каменную столешницу. Горничная слегка суетится, поправляя салфетку, и в этот момент её локоть цепляет стоящий на краю стола тяжёлый металлический прибор для заточки карандашей, который я забыла убрать.

Прибор с глухим стуком летит на пол, увлекая за собой фарфоровое блюдце. Крупные осколки с сухим хрустом разлетаются в стороны.

— Ох, простите ради Великого Дракона, госпожа! Я такая неуклюжая! — испуганно ахает горничная, мгновенно опускаясь на колени и принимаясь судорожно собирать осколки прямо голыми руками.

— Оставьте, я помогу, — я машинально наклоняюсь рядом, протягивая руку к самому крупному обломку фарфора, лежащему возле ножки стола.

Всё происходит слишком быстро. Острый, как бритва, сколотый край фарфора проезжает по ладони. Я чувствую резкий, короткий укол боли.

— Ай… — я резко отдёргиваю руку.

На подушечке ладони мгновенно проступает густая алая капля крови.

Горничная испуганно бледнеет, вскидывает на меня глаза и тут же выхватывает из кармана фартука белоснежную тканевую салфетку.

— Боги, я порезала вас! Простите меня, госпожа Миранда! Давайте я вытру, сейчас принесу мазь…

Она действует на удивление быстро и цепко. Прежде чем я успеваю сообразить и отнять руку, девушка плотно прижимает салфетку к моему порезу, впитывая выступившую кровь. Несколько секунд она удерживает ткань на моей ладони, с силой прижимая её, а затем аккуратно убирает. Порез совсем мелкий, кровь уже почти остановилась.

Горничная судорожно комкает пропитанную красным пятном салфетку в кулаке, быстро прячет её обратно в карман и рассыпается в извинениях, пятясь к выходу с остатками разбитого блюдца на подносе.

Дверь за ней закрывается. Я стою посреди комнаты, тупо глядя на крошечную полоску пореза на ладони. На мелкую оплошность служанки я не обращаю особого внимания. Ну разбила блюдце, с кем не бывает — в конце концов, даже вышколенный клановый персонал иногда совершает глупые ошибки. Порез совсем крошечный, кровь уже остановилась, так что думать об этом не имеет смысла. Куда больше меня тревожит вчерашняя встреча со Свеном Торенсеном на смотровой галерее...

Работаю над второй главой "Рунистки".