Праздник
Автор: Анна КокареваОй вэй, смотрю корриду в честь Дня Рождения Антонио Миуры, владельца нынешнего ганадерии "Миура" (да-да, самые злые быки в Испании)). Так испанцы Хвостатую Коку не постеснялись на песке арены выложить. Которая Иштар Двурогая, Великая Владычица Земли и Неба. Она же Мария Макарена. В честь неё и коррида-то существует, просто это неочевидно так уж сразу бывает.
Песочек выложен с трепетом, с нежностью, с религиозным усердием, как тибетская мандала. Потому что это город Кадис, считающийся чуть ли не колыбелью пешей корриды — и в нём она была запрещена, в 1976 году арену снесли. А недавно граждане добились восстановления, и с пирогами, плясками и счастливыми рыданиями вот уже пятую корриду празднуют. С симфоническим сопровождением. Ещё и ансамбли меняются в течение корриды, то один, то другой, рвут честь друг у друга)). Полагаю, Иштар смотрит благосклонно, такая любовь...
Зацените жилетку:
И тапочки, и чулки, и пёрышко!
Это португальский вариант трахе де лусес, а упакован в него Давид Гальвано (не путать с Давидом Галаном). 
Он, кстати, креатура Антонио Ферреры, вот на этом кадре немолодой маэстро (нет, по арене он сигает как молоденький, просто у него образ такой, побитый молью) радуется, что вырос ученик, стал ужасный и прекрасный):
Но креатура-не креатура, а против быка выходишь сам, один, и большое никого между вами. Не то чтоб смухлевать нельзя было, но далека коррида от той же литературы, где фуфла не в пример больше. Хороший писатель как-то задумчиво сказал: "Жалею, что текст не может убивать, как бык", — ну да, это разом бы улучшило качество книг)
И всё всегда по-настоящему. Видела, как молодой тореро стараниями ушлого своего импресарио попал на совершенно не полагающуюся по чину арену Лас Вентас в Мадриде. Радовался, бой ему посвятил. Тот стоял и видно было, что и лестно ему, и большая для него профессиональная удача, что пропихнул подопечного в такое место, но и страшно — ведь сделал, что мог, и больше ничего не может, только стоять и смотреть, как питомец сейчас карьеру загубит, опозорившись, или будет убит, сил не рассчитав и зарвавшись. Удача-то удача, но сомнительная.
Питомец из кожи вывернулся, но не опозорился, всё сделал не без огрехов, но как надо. Публике понравился. Божи, как он рыдал в конце — жизнь удалась.
А ведь сила восприятия с годами не уходит. Потому что всё по-настоящему. Недавно матёрый матадор Эль Фанди на арене плакал. Бой ему особенно удался, и публика "Тореро! Тореро!" скандировала. Это редко случается, надо чёрт-те что сделать, чтобы так впечатлились. Ну и Эль Фанди тоже прочувствовал, что жизнь удалась. Стоит, согнувшись, за барьер держится и рыдает. Постоит, разогнуться попытается, и опять. Все уважительно ждут, когда сможет.
То есть нельзя позвонить влиятельному другу и попросить сделать тебя ультима торо. Им можно только родиться — а потом стать, самому.
Быков Миура (на свой-то День Рождения!) выбрал самых справных и замотивированных до невозможности, специально небось приберегал. Выскакивают на арену с гневным рёвом. Реально чудовища, смотреть страшно. Бежит такой, и семьсот килограммов ощущаются пушиной, которую тащит ветер. Невесомо. Кажется, он еле песка касается крохотными относительно тела копытцами, самыми кончиками. И эти же крохотные копытца могут растопыриваться в ЛАПУ, которой он как копанёт, так полведра песка в зрителей летит. Дамы в первом ряду безуспешно закрываются веерками, лица потрясённо-счастливые. А как эта пушина рогами даст, так баррера трясётся, а бык ещё и доски отковыривать начнёт с грохотом. Барреру низкую сделали (видно, граждане втайне и сами надеются от быка побегать), но никто не бежит, восхищённые овации устраивают. Милуют через одного, и заманить чудище обратно в торильню отдельный аттракцион. Бык Тиснаолья ворота снёс и чуть альгвазила (внучка короля, на минутку) не забодал, из-под рогов вытащили.
Так много событий за два часа. Я таких злющих быков ещё не видывала, и матадоры, по ходу, тоже, судя по тому, как серьёзно молились перед фаэной.
По рядам носят шампанское (обычно пьют тихие напитки вроде хересного виски или рома), народ чокается. Судьи, отцы города, в розовых шёлковых галстуках. Празднуют.
Пы. Сы: приехал дон Ромеро снимать очередной сужет про торо браво в ганадерию, и бык его чуть не поддел там. Дон Ромеро смотрит осуждающе, "Торо агрессиво!" — говорит
Сердитый бык, ага) Всё правильно сказал))))
Но, вкрадчиво: радоваться надо.
Вообще этот журналист умный: ни разу не видела, чтоб он к торо браво близко подошёл. Навидался, всю-то жизнь снимая и корриды комментируя, хорошо понимает возможности быка, а насчёт своих не заблуждается.
Думаю, это он от неожиданности не обрадовался)
-------
Пы. Пы. Сы: у нас снег выпал. Винтер ист да)