Рецензия на роман «Башни Анисана»

"Ничего ты не знаешь, Джон Сноу"(с)
Чтение этого романа дается непросто. Он, как мир, описанный в нем, все время словно ускользает от читателя, куда-то в глубокие волны, плавать по которым могут лишь избранные. Остальным же - только вздохнуть и сказать: мы ничего не знаем и не узнаем. И тем не менее, прежним никто из прочитавших уже не останется. Он влияет - как высшие асайи на простых строителей и жнецов, подменяя простые читательские мысли типа: "хм, что бы мне такое почитать, чтобы развлечься, на пару вечерков?" на пространные рассуждение и интуитивные прозрения о психологии, морали и законах совершенно нечеловеческой цивилизации.
Персонаж на обложке обманывает своей схожестью с человеком. Асайи на материальном уровне устроены куда проще: пыль да пура (наверное, анатомию у них очень легко сдавать), на духовном, наоборот, куда сложнее, но лучше об этом не рассуждать, а то попадешь в глубинные волны и... потом вспомнишь только то, что опять ничего не знаешь. Асайи - представители высокоразвитой цивилизации, способной строить сферы Дайсона вокруг звезд, влиять на материю планет и много еще чего. А еще они возводят прекрасные башни, просто вылепляя их руками (сопромат там, наверное, тоже просто сдать и после можно даже не жениться). Тем более, что и деление по полу у них не такое, как в России и даже не такое, как на "прогнившем Западе" (а какое, я поняла только, прочитав комментарии автора под романом, но в самом романе как раз вот этой объяснялки не хватило).
Первые главы тоже обманывают - схожестью мира асайев с нашим человеческим. У асайев есть свой общественный тренспорт и свои семьи. Правда, их же подземные жители слишком тяжелы для такого транспорта, так что под ними даже пол прогибается, а воздушные сами летают, на энергокрыльях. А в семьях есть отцы, но нет матерей, потому что мать у асайев одна - Звезда.
Вы уже чувствуете, как вас начинает покачивать, как, тихо шифером шурша, крыша едет не спеша? Это глубинные волны.
А если без шуток, мир великолепно продуман. Кажущееся сходство с человеческим разбивается, открывается совсем иной лик. Жанр тоже плавает. То фантастика космическая, то какая-то... интуитская, то утопия, то антиутопия... а, нет, все же утопия. Действительно сложная система, совершенно нечеловеческая цивилизация с до конца нечеловеческой психологией, нравами, понятиями. Громадная и великолепная работа автора - и тут я преклоняюсь. Искренне, преклоняюсь. Всем, кто в фантастике ищет необычные инопланетные цивилизации, глубоко продуманные, по-хорошему странные, яркие - читать этот роман обязательно.
Главный герой Гиб Аянфаль или Янфи. Юный асай из касты строителей. Ищет свое место в мире, со рвением подростка, пишущего записку на двери в свою комнату: "не входить!" пытается уединиться, спрятаться от вездесущего Голоса Ганагура - древнего советчика, направителя асайев, а для любителей антиутопий - Большого Брата. Самоуверенность, как любому юноше, ему тоже не чужда, и прячется от Голоса он, чтобы помечтать о том, как станет самым главным. А еще он вдохновенный архитектор, неплохой управляющий, любящий брат и сын, хороший друг. И, конечно, - любознательный главный герой, с которым читатель открывает новый для себя мир. Да вот незадача - этого любопытного все время вежливо и аккуратно, возвращают назад, объясняя, что есть вещи выше его понимания, и не объясняя больше ничего.
Первая глава задает нехилую такую интригу. Гиб Аянфаль видит в транспорте то, что не должен был видеть, и ему стирают память. Читатель возмущенно вопит (он-то прочитал! И помнит!) И желает герою скорейшего восстановления справедливости. На самом деле классный задел, я таких еще не встречала. Интригующий. Утопия или антиутопия? Стер герою память враг или друг? Что же там дальше?
А дальше асайи начинаю пропадать. Почему-то в основном те, кого так или иначе знал Гиб Аянфаль. Но это не детективная интрига, как можно подумать. Проблема глубже, и до конца в этой книге так и не раскроется. Но, наверное, хватит о сюжете, а то уйду в область спойлеров.
Персонажи интересные, харАктерные. В первую очередь привлекают внимание ироничный и энергичный консул Сэле, мятущийся и мятежный Хиби, заботливая сестра - Гиеджи и невозмутимый, с замашками судьи Ае - дополнительно и интересно раскрывающийся в финале. Многие персонажи имеют тайны, к некоторым в тексте сделаны клевые подводки (Гиеджи), другие просто рассказывают свои истории, и они неспешными волнами вливаются в общее русло, дополняя и переосмысляя складывающуюся перед Аянфалем картину.
Фоном проплывает вереница разнообразных "каст" асаев - строители и глубинные жители, нэны, черные стражи, техники волн. Они будоражат и так взбудораженное воображение и иногда вызывают неконтролируемое желание нарисовать их всех.
Да, мир визуально очень богатый, красочный. Сочные образы, яркие цвета, поражающие воображение пейзажи и... звезды, много звезд, белая башня, танец асайев, одеяние стражей и пылевые рога глубинных.... Так, меня понесло.
Стиль. Я бы сказала, развивающийся. Асайи тяготеют к высокопарным словам и околонаучному сленгу, из чего складываются довольно причудливые сочетания фраз. Тут роману требуется вычитка и очень грамотный, искушенный в стилях редактор. Он сделает из алмаза бриллиант на 100 карат, тк задел есть. "Высокий" стиль языка - как лучшее блюдо ресторана, и его можно смаковать часами, но для этого текст нужно проредить. Потому что только настроишься, вовлечешься, увлечешься, понесешься, как все стопорится о неудачный выверт вроде: "неуемный нрав" и "шествуя по лицам".
Да, "в праве" - раздельно, когда надо вместе, - системная ошибка в романе, поэтому сочла нужным указать. "В низу" - то же самое, но местами, тк Низ там, кроме прочего, локация.
Динамика. Тут она парадоксальная. Постоянные сложные обороты фраз (там, где можно просто сказать "герой удивился" или "герой поклонился" - длинные конструкции в несколько предложений) глушат динамику происходящих событий. Длинные пересказы-объяснения разных сторон жизни асайев посреди глав и разговоров о важном - также. Красивых динамичных событий, вроде танца асайев, броска Аянфаля за консулом Гейст в глубинные волны (моё любимое), суда, и прочего - полно. И в них намного лучше, красочнее раскрывается этот необычный мир и его народ, чем в подводках "будто из учебника". Так, физиологию и необычное строение асайев я намного лучше поняла, прочитав момент с глубинным в трансфере или описание одежды стражей. А последний крик консула Сэле, уже в столбе света: "выбирай!" - намного лучше раскрыл мне ситуацию с Салангуром и дал прозреть будущее асайев, чем рассказанная до того легенда о Салангуре. Мировоззрение и мироустройство психология, мысли и чувства героев великолепно даются в динамике, когда событие происходит. Подводки же излишне утяжеляют и без того огромный и размытый текст.
Про размер романа. Я на самом деле люблю особо крупную форму, и 30 алок - это не предел, не ай-яй-яй куда столько. Это нормально для многоплановой сложной, красивой, умной вещи. Но. 29 а. л. это все же много для всего одного фокалиста и не растянутого на эпоху, а укладывающегося в год действия. Притом раздутый объем романа складывается как раз из-за длинный фраз там, где достаточно одной краткой, но точной реплики, и вставок - пересказов истории и мироустройства асайев.
Финал... удивил, но я буду над ним еще много думать. Он одназначно запал в душу. Сюжет весь роман плавал, и вместе с ним плавал герой. Антагонист не выделился, роман не остался утопией, но и не превратился в антиутопию. Зато пришло осознание, что мир асайев при всей инаковости, такой же, как наш - не воплощённый свет, но и не воплощённая тьма. И это сделало его реальнее.
Детективная линия не закончена. Вернее, загадка с исчезновением асайев разрешилась совсем не детективным способом. А там, где герой пытался узнать больше, его щёлкнули по носу и сказали: рано ещё.
Линия с Хибой, на которую в середине романа отвлекается внимание, также закончилась странно. Или не закончилась вообще, и в новых томах будет продолжение.
Главный герой весь роман или плыл по течению, слушая веления Голоса, или действовал под влиянием эмоций. Попытки что-то понять иногда заканчивались "одичалой", которая сурово говорила: "ничего ты не знаешь, Гиб Аянфаль. Впрочем, мы тоже. Никто не знает". А в лучшем случае заканчивались пространными объяснениями, которые, однако, тут же вызывали новые вопросы. А на них уже: ничего ты не знаешь, Гиб Аянфаль... и т д. Но, с другой стороны, это ли не прекрасное отображение процесса познания вообще, когда чем больше узнаешь, тем больше осознаешь, что ничего не знаешь?
Однако, свой путь испытаний герой при этом как-то незаметно проходит. И испытание высшей властью, в линии консула Селе, и испытание свободой и ответственностью - в линии с Хиби. Он понимает, что для него важнее всего на свете и примиряется с тем, что, на самом деле, никто не в силах изменить, принимает, что мир, в котором он живёт, не черный, и не белый. И в самом финале, при кажущемся проигрыше, Гиб Аянфаль переходит на новый уровень и, наверняка, в какую-то новую жизнь. Финальная сцена очень красивая и пробирающая.
Да! И иллюстрации! Они прекрасны! Восхищение и художнику!
Спасибо за книгу и съехавшую крышу)))