Рецензия на повесть «Егорий Храбрый и Климка-дурачок»

Про веру в чудо

Ролевые игры приучили меня четко разделять сказку и реальность. На игре я могу быть кем угодно, хоть эльфом, хоть ведьмой. В реале я – это всего лишь я. Человек с конкретными паспортными данными и профессией. В реальности нельзя надеяться на чудо. Нельзя надеяться на неожиданную помощь. Даже на ожиданную и желанную нельзя. «Наши не придут. Все наши – это мы» (с). 

Я долго хихикала, читая в свое время «Анклавы» Вадима Панова. Кстати, кто не читал, - очень рекомендую. А то что-то слишком популярен стал в России Маск…

«Анклавы» - антиутопия, основанная на развитии идеи «власти корпораций». Есть крупные корпорации, по сути, заменившие государства. Для своих наиболее ценных работников они создают идеальные условия жизни. Безопасность, экология, городская среда, образование, медицина, культурный досуг – все идеально и почти бесплатно, хотя и оплата труда на уровне. Вокруг корпораций кольцом – первый уровень обслуги, всякие мелкие предприятия общепита, сервиса, бытового обслуживания и так далее. Тоже все более чем пристойно. Есть зоны массового производства – добывающая промышленность, не элитное производство продуктов питания – тут и персонал менее ценный, и зарплаты поменьше, и криминала побольше. Есть второй круг, который поставляет обитателям анклавов-корпораций то, за что сами корпорации считают браться не этичным – всякие там наркотики, проституция и так далее. И есть «дикие» - огромные территории, на которых теоретически сохраняются государства, фактически же это – такое огромное Сомали с конкурирующими бандами. Причем из-за того, что доходы владельцев корпораций зависят от существующего платежеспособного спроса, и объем производства, и зоны благополучия постепенно уменьшаются… И – да – о Космосе уже никто и не думает, он не нужен, цивилизация постепенно съеживается, уступая шаг за шагом «диким». 

Вадим Панов – великолепный прогност. Он идеально показал тупик «корпоративной» ветки развития земной цивилизации. Но современный читатель хочет хэппи-энда. Поэтому Панов «прилепил» к грустной картине задыхающегося в корпоративной жадности человечества выход через чудо. Через некие телепорты в иные миры, которые дают возможность вырваться из безнадежности. И в конце романной серии – массовый исход в новые миры. 

Я хихикала. Панов сумел и жаждущему хэппи-энда читателю потрафить, и сказать открытым текстом: «Ребята, мы дружными рядами идем в жопу, еще чуть-чуть, и нас спасет только чудо, а чудес не бывает».

Панов не верит в чудо. Не верит и в «кавалерию из-за холмов». Ни во что не верит, кроме как в человеческий разум – если он, конечно, еще остался.

Но все-таки…

Есть авторы, которые впускают себе в душу чудо. Я дико завидовала Владиславу Русанову, когда читала его серию «Маг-хранитель». Это – сказка, в которой добро всегда побеждает зло. Но сказка в антураже Донецкой Народной Республики. Которая все-таки дождалась – сначала «северный ветер», потом – признания и вхождения в Россию. Причем я понимаю, насколько все эти годы было трудно Владиславу, ведь он был депутатом Верховного Совета Республики, а это значит, что к нему шли и шли люди со своими бедами и горестями, а он чаще всего ничего не мог сделать. Потому что в реальности – не колдун и не маг… И все-таки сохранил веру в чудо настолько, чтобы искренне об этом писать. 

И вот еще одна книга про чудо – «Егорий Храбрый и Климка-дурачок» Ольги Денисовой. Для описания антуража достаточно аннотации:

«1892 год, год страшного голода в России. В махонькой деревеньке Завражье в собственном доме убита вся семья Прокопьевых - и глотки не перерезаны, а будто вспороты волчьим клыком. Не иначе Егорий - волчий пастырь поднялся из могилы и натравил на Прокопьевых своих волков.

А в соседнем селе захребетником в поповском доме живет восьмилетний Климка. И за то, что мамка его ни говорить, ни слышать не может, дал Бог Климке волшебный дар - не только с людьми разговаривать...»

Очень точное, без всяких «булкохрустных» соплей описание жизни крестьян в Нечерноземье в эпоху, когда уже началось расслоение крестьянства на кулаков и бедняков. Очень четкий расклад по социальным ролям. Великолепное создание атмосферы безнадежности. Прекрасный стиль, не уступающий стилю классических русских романов. Четкая детективная линия с выверенными «обманками», загадками и поворотами. 

Плюс – мистическая линия: разговоры Климки с животными. Ощущение близости чуда. 

И, самое главное, смысловой «перевертыш» в конце. Привычно считающееся злом «запредельное» оказывается добром, а главным злом оказывается человек. 

Ну, и чудо хэппи-энда. В реальном мире Климка вряд ли пережил бы голод начал 90-х 19 века. Даже если бы его не убили. 

Климку спасает чудо. То чудо, которое привычно считалось злом. 

Но самое главное в романе – то, что мы знаем, что будет дальше. Чудес не бывает. Никакого Егория Храброго с его волками не существует. Но через 30 лет страна будет уже совершенно другой, и Климка, если все-таки сумел бы выжить, будет совершенно другим человеком. 

Все знают строки:

«Если к правде святой

Мир дороги найти не умеет –

Честь безумцу, который навеет

Человечеству сон золотой!»

Но мало кто помнит, что заканчивается стихотворение Беранже не ими, а вот этим четверостишием:

«Если б завтра земли нашей путь

Осветить наше солнце забыло –

Завтра ж целый бы мир осветила

Мысль безумца какого-нибудь!»

Может быть, стоит иногда хоть чуть-чуть, но верить в чудо?



 

+88
182

0 комментариев, по

3 237 750 331
Наверх Вниз