Рецензия на роман «Маг, сдерживающий армии»
Рецензия на книгу Aki «Маг, сдерживающий армии»
«Вы когда-нибудь хотели умереть?»
Aki не просто знакомит нас с героем. Он с ноги проламывает «четвертую стену», погружая читателя в исповедь. Ты невольно становишься участником диалога, в котором незнакомец внезапно рассказывает о сокровенном, тайном и даже постыдном.
Книга начинается с депрессии. И если ты хоть раз пережил это состояние, то мысли главного героя будут знакомы до боли.
«Маг, сдерживающий армии» — это боевая фантастика, в которой каноны жанра были перемолоты цинизмом, перееханы БТР-ом, растоптаны тысячами солдатских сапог и залиты кровью падших. Ты попадешь в киберпанковский сеттинг, за которым скрывается жесткая психологическая драма.
Автор использует стиль сенсорно-психологического реализма, делая тебя соучастником. Ты увидишь мир через окуляр прицела, кожей почувствуешь холод камня и тяжесть экзистенциального кризиса человека, для которого магия — не дар, а проклятие.
А теперь по-порядку.
Сюжет и смыслы:
Герой по прозвищу Первый — военный, оставивший за спиной тысячу трупов. В расцвете сил он оказывается ненужным... нет, не кому-то. Себе. Разбит, опустошен, раздавлен. Для восторженных мальчишек он — легенда с четырехзначным счетом трупов за спиной, но для него самого это не достижение, а свинцовый балласт, тянущий на дно.
Автор исследует пугающий парадокс: убить человека — буднично и просто, а вот остаться после этого человеком…
«Для меня убить человека проще, чем… не знаю… Что вы, сидя в офисе, чувствуете, перебирая документы? Вот то же самое чувствую я, нажимая пальцем на спуск»
В попытке совершить «изящное самоубийство» Первый соглашается на государственный эксперимент. Он ждет смерти, но получает статус сильнейшего существа на планете. Пока другие страны штампуют «магов-одноразок», сходящих с ума через пару недель, «плоть» Первого становится главным ресурсом в глобальной гонке вооружений.
Но именно здесь, в пекле новой войны, сюжет делает крутой поворот. Первый, желавший исчезнуть, внезапно находит смысл в защите своих бойцов. Лед депрессии дает трещину, когда личная трагедия сталкивается с необходимостью спасать чужие жизни. Но на смену ему приходит безумие и вопросы о самоидентичности. Кто я на самом деле?
Но это лишь начало трансформации. Первый превращается в силу, против которой нет средств. На политической арене — новый расклад. Как жить с тем, кто может уничтожить мир? Чего стоят интриги и шпионаж, когда на кону — судьба планеты? И что делать с абсолютно новым видом «человечества»: детей, рожденных от магов, силы которых естественны и они могут управлять ими все равно, как дышать? А главное — кто именно заложит первый кирпичик в фундамент нового мира?
За слоями боевика и психологического триллера здесь скрывается жесткая социальная фантастика. Aki не боится бить наотмашь, поднимая темы цинизма верхушек и превращения людей в «активы» или «восполняемые ресурсы». Вопрос «Ради чего?» звучит в каждой атаке, заставляя тебя искать ответ вместе с героем.
Под конец первой части динамика усиливается, конфликты набирают обороты, автор вводит интригу и обрывает повествование на твердом клиффхэнгере.
Критический взгляд: Если ты любитель стремительного экшена «Маг, сдерживающий армии» может стать испытанием. Обильные внутренние монологи, рефлексия и флешбэки поначалу тормозят сюжет. Иногда кажется, что ты не идешь вперед, а топчешься на месте вместе с героем в его рефлексии.
Особенно это ощущается в первых главах. Ты не просто читаешь — ты пробираешься через депрессивный кисель. Он тяжелый, липкий, его невозможно проглотить залпом. Этот роман нужно «покатать во рту», дать ему остыть и раствориться, прежде чем он начнет действовать.
«Эти люди мне были уже почти что родные. Столько лет вместе. Столько чужих смертей мы уже пережили? Только вот… я в такие моменты был прикован к операционному столу, а они стояли за десятью сантиметрами бронированного стекла. Теперь же мы все вместе были по “ту” сторону. Эта мысль показалась мне до удивительного смешной…»
Кисель любят не все, но те, кто действительно ценят напиток — получат истинное наслаждение.
О героях:
Первый — главный герой истории. Циничный военный, потерявший смысл жизни. Его цель проста и страшна одновременно: либо обрести этот смысл заново, либо, наконец, умереть.
Он не герой в классическом понимании, скорее — антигерой. И именно это вызывает искреннюю симпатию. В нем есть та самая честная комбинация черт и внутренних конфликтов, которая делает персонажа объемным.
Что составляет его характер?
Профессиональный цинизм. Он насквозь видит механизмы пропаганды и чаяния политиков. Он в полной мере осознает свою мощь и ищет способ превратить магическую исключительность в право на собственную волю.
«Они хотят, чтобы я был их оружием? Их символом? Хорошо. Но за это они заплатят. И цена за это пусть будет… своеобразной»
Выгоревший нарциссизм. Первый — человек действия, презирающий «византийские игры» штабных крыс. Для него важны честность и прямота. И здесь кроется его «ахиллесова пята»: когда ради него ложь искусно упаковывают в правду, он чувствует горькое, почти постыдное удовольствие. Он понимает, что им манипулируют, но... не может устоять перед этим суррогатом уважения.
«А потому они прислали мне именно этого старого волка, чтобы он своим простым, грубоватым тоном завоевал мое доверие. И, черт побери, это сработало! Я знал, что мной манипулируют, видел все ниточки, но…»
В итоге мы получаем яркий, незаезженный архетип: человека с силой Бога, но с душой психологически измотанного ветерана.
Первого можно сравнить с Доктором Манхэттеном из «Хранителей» Алана Мура или Геральтом из Ривии из «Ведьмака» Сапковского. Хроническая усталость «инструмента», нежелание играть в словесные дуэли, разочарование в людях и это коронное: «Я просто выполняю свою работу».
Критический взгляд: Главная проблема Первого — его сверхспособности. Когда герой превращается в «Бога», становится сложнее ему сопереживать. Физически его не сломать и это убивает интригу в боевых сценах. Весь конфликт смещается в область внутренних терзаний и политических дрязг.
Для читателя, пришедшего за динамикой (о чем ярко говорит обложка), это может стать сюрпризом. Сложно сочувствовать «бессмертному оружию», которое просто устало убивать, но продолжает это делать.
Но справедливости ради добавлю, что способности достаются герою высокой ценой в виде боли, отхарканных внутренних органов, лопнувших барабанных перепонок и прочего. Автор не скупится на жесть, что приятно радует и добавляет остринки в психологический триллер.
Президент Иван Сергеевич — воплощение государственного цинизма. Властный стратег, для которого и мирные жители, и армия — лишь ресурс. Он мыслит категориями выживания страны, готовый сжечь тысячи, чтобы спасти миллионы. Это идеальный манипулятор: он видит Первого насквозь и виртуозно подбирает ключи к его «выгоревшей» душе.
«Государство — это не свод законов на бумаге. Это система выживания и доминирования группы людей. Законы меняются, когда меняется реальность»
Полковник Климов — «тень» главного героя. Человек с аналитическим складом ума, чья задача — не просто охранять сильнейшего мага планеты, а предсказывать его каждый вдох. Ловить малейшие риски и изменения в поведении живого оружия, которое в любой момент может сорваться с цепи. А еще…не буду спойлерить 
Критический взгляд на окружение:
При всей яркости типажей, персонажам второго плана иногда не хватает «человеческого» объема. Будь то Президент или помощница психолога Саша — нам показывают их профессиональные маски, но не личности. Хорошо бы добавить крохотную деталь, случайное воспоминание или штрих из прошлого для каждого. Это помогло бы увидеть в них не только «функции» системы, но и живых людей, запертых в этой антиутопии вместе с Первым.
Подробно о стиле письма и диалогах.
Как уже упоминалось, стиль Aki — это чистый сенсорно-психологический реализм. Границ между тобой и героем нет: ты буквально проваливаешься в голову Первого, думаешь его мыслями и чувствуешь его физическую боль.
«Холод мгновенно проник под камуфляж, но мне было всё равно. Я вжимал ложе в плечо, искал точку упора локтем, приноравливался. Мир сузился до окуляра прицела»
Автор виртуозно управляет ритмом через пунктуацию. Баланс рваных, острых фраз, «зависающих» многоточий и редких восклицаний создает нужное звучание в каждом моменте. Да, иногда многоточий кажется слишком много... но в этом и суть. Возникает физическое ощущение, что герой задыхается своими мыслями, спотыкается о собственные воспоминания.
«На секунду что-то внутри дрогнуло. Эти люди… Они не виноваты. Они такие же узники, как и я когда-то, но…»
Через эти паузы мы видим не «имбу», а человека, который мучительно пытается нащупать остатки сочувствия в выжженной душе.
Из особенностей.
Первая: Кинематографичность крупных планов.
Aki не описывает всю комнату или поле боя сразу. Он пишет так, словно камера постоянно меняет фокус. Сначала мы видим микродеталь, а потом резкий отъезд камеры на масштаб в 30 километров, а то и вовсе прямо в голову Первого и его мысли.
«От её поверхности во все стороны выбивались снопы ослепительных искр - каждая попадающая пуля и каждый снаряд не просто останавливались, они аннигилировали, превращаясь в микроскопическую вспышку плазмы и кинетической энергии, которые щит поглощал и мгновенно рассеивал»
«Я стоял, глядя в слепящие линзы объективов, в лица незнакомых людей, жаждущих от меня хоть чего-то. Какого-то напутствия. Подвига уже прямо сейчас, в словах»
Автор часто использует такой прием как гиперреализм, создавая эффект полного присутствия.
Вторая: Дегуманизация
Для описания чувств, эмоций, магии и людей автор использует «технократичный язык». Иными словами, технические, холодные термины там, где должны быть эмоции. Создается ощущение, что персонажи, а, в частности, главный герой, воспринимает себя объектом, подлежащим калибровке, а не живым человеком. Приём, который олицетворяет антиутопию, где человек — винтик системы
«Мне хотелось есть. Нет, не так. Моему организму, перестроенному на клеточном уровне, не сильно-то и требовались калории или белок в привычном смысле»
Третья: Холодная цветовая гамма
Стиль Aki — это нуар в магической обертке. Текст лишен «живых красок», но насыщен зеленым миганием дисплеев, ослепительными вспышками магии, грязью поля боя и холодным бетоном лабораторий.
Даже уютный деревянный дом кажется мрачным, пустым и серым.
Критический взгляд (субъективно): Иногда текст кажется неподъемным. Хочется небольшого проблеска легкости и некоторого позитива, для контраста. Но даже бытовые моменты (как поход в магазин за куриной грудкой) омрачаются плотными предложениями, которые затягивают подобно болоту. Пара позитивных вспышек создадут нужный контраст, который еще ярче подчеркнет кризис мира. Потому что, когда плохо абсолютно всё — ты не видишь разницы. А разница, как мы знаем, познается в сравнении.
Рекомендации для редактуры (по-желанию автора) от любителя экшена: Для повышения динамики, мой совет автору — безжалостно вычистить слова-маркеры неуверенности («кажется», «похоже», «думаю») и лишние пояснения в динамических сценах и описаниях окружения. В мире, где правит сверхмощная магия и высокие технологии, текст должен звучать уверенно и жестко.
Пример трансформации:
Было: «Гора не взорвалась. Она испарилась. Вместо неё, на месте горного массива, возникла на долю, на одну несчастную долю секунды, идеальная, ослепительная, голубовато-белая сфера. Маленькое, рукотворное солнце. Сверхновая, рожденная в недрах Земли»
Стало: «Гора испарилась. Там, где только что высился хребет, на долю секунды вспыхнула идеальная голубовато-белая сфера. Рукотворное солнце. Сверхновая, рожденная в недрах земли».
Если же автору принципиально важно противопоставить взрыв испарению, лучше использовать тире. Это отсекает лишние союзы и придает фразе хлёсткость: «Гора не взорвалась — испарилась». Такие микро-правки превратят и без того качественный текст в настоящий «боевой» монолит, характерный жанру боевика и киберпанка.
Вердикт:
«Маг, сдерживающий армии» — Эта книга не для тех, кто ищет легкую сказку про «всебагнутого» мага, который весело раскидывает врагов фаерболами.
Вам точно понравится, если:
- Вы любите жесткий военный реализм и киберпанк без прикрас.
- Вам интересны герои со сложной психологией (антигерои).
- Вы цените социальную фантастику, где политика и интриги важны не меньше, чем сами сражения.
- Вы спокойно относитесь к нецензурной брани в книгах и устойчивы к жестоким подробностям. Автор не скупится на «мясо» и крепкое словцо.
Итог:
«Маг, сдерживающий армии» — это честная история о том, как тяжело оставаться человеком, когда тебя превратили в идеальное оружие… и нужно ли им оставаться? Кисель любят не все. Но те, кто ценит густую психологию и героев с двойным дном, получат от этой книги истинное наслаждение.
Мне зашло.