Рецензия на роман «Американец»

Развенчание мечты: Суровый реализм «американской мечты» в романе Злотникова и Гринчевского

Роман «Американец», написанный Романом Злотниковым в соавторстве с Игорем Гринчевским, занимает особое место в обширной библиотеке жанра «попаданчества». На фоне бесчисленных историй о том, как наши современники перекраивают прошлое России, этот проект выделяется не только локацией (США конца XIX века), но и своей идейной направленностью. Это не столько гимн «американской мечте», сколько ее детальный и во многом жестокий анатомический разрез.

Сюжетная конструкция: Роман в романе

Авторы используют двухслойную структуру повествования. Основное действие разворачивается в 2013 году, где молодой петербуржец Алексей Воронцов, пережив ссору с девушкой, получает от деда семейную реликвию — мемуары своего легендарного предка, Юрия Воронцова, прозванного Американцем. Алексей погружается в чтение, и перед читателем оживает история Юрия — либерала 1990-х, который внезапно переносится из 2001 года в Нью-Йорк 1895 года.

Эта рамка, выполняет скорее служебную функцию — показать, что усилия предка привели к созданию «прекрасной Российской империи будущего», сюжетно она практически не развивается и служит фоном для восхищения потомка. Эти вставки существуют исключительно и только для того, чтобы рассказать, как правнук восхитился дедом и налил себе чаю.

Разрушение мифа: Америка как она есть

Главная сила романа — в последовательном и беспощадном разрушении иллюзий главного героя об Америке. Юрий Воронцов с юности грезит Штатами, черпая вдохновение в голливудских боевиках и либеральных мифах 90-х. Однако реальность «позолоченного века» встречает его отнюдь не с распростертыми объятиями.

С первых же минут, оказавшись на острове Эллис, герой сталкивается с унизительной бюрократической машиной, где иммигрантов осматривают «как скот», проверяя на наличие паразитов и психических заболеваний. Инспектор задает ему унизительные вопросы: «Вы многоженец? Вы анархист? Вы поддерживаете насильственное свержение американского правительства?». Вместо свободы — фильтр, отсеивающий «неугодных».

Без денег и документов Юрий быстро превращается в бесправного гастарбайтера. Компания «Спаркс & К°» фактически покупает его с аукциона, и он попадает в разряд «дорогой категории „отказников ростом выше шести футов“». Реалии труда на стройке шокируют его: выдача одежды с убитых рабочих, жизнь в бараках, штрафы и бесправие. Этот эпизод — сильнейший удар по романтическому флеру, окружавшему США в сознании героя. Америка предстает не страной равных возможностей, а миром жесткой капиталистической машины, где человеческая жизнь стоит дешевле качественного кабеля.

— Так это что, все вещи с покойников, что ли? — не мог поверить я в очевидное. 

— На стройку попал. И радуйся, что не на очень большую. На тех народ вообще пачками мрет», — объясняет ему кладовщик.

Инженерное прогрессорство и «университеты» выживания

Главный помощник попаданца — хорошее образование. Юрий, будучи химиком-технологом из будущего, пытается применить свои знания. Однако авторы избегают схемы «гений с дивана переворачивает мир». Знания Юрия дают ему преимущество, но путь наверх тернист. Он вынужден доказывать свою полезность, начиная с исправления ошибок в проекте освещения, где он блестяще демонстрирует понимание законов электротехники:

- Сопротивление всех ламп равно примерно двум с половиной омам. … сопротивление проводника составляет около трети суммарного сопротивления ламп, так что пренебречь им никак нельзя!

Его путь — это постоянная борьба за выживание и место под солнцем. В этом ему помогает колоритный наставник, стрелок Генри Хамбл. Их диалоги — настоящая энциклопедия уличной мудрости и психологии боя. Хамбл учит его не столько стрельбе, сколько искусству быть «Братцем-Кроликом» в мире, полном «Лисов» и «Медведей».

- Парень, если ты думаешь, что только я буду заботиться о целости твоей шкуры, забудь эту глупость сразу! Мы тут напарники. … Поэтому, если улица пуста, я буду с тобой, как ты говоришь, „теорией делиться.

Социальный срез и вестерн-нуар

Авторам удалось создать фактурный срез американского общества конца XIX века . Перед читателем проходят ирландские банды, китайские общины с их внутренней иерархией, протестантские проповедники, коррумпированные чиновники и детективы. Особенно колоритен образ старого китайца Фань Вэя, который видит в Юре потенциального союзника на десятилетия вперед и через дружбу со Стеллой и банные ритуалы постепенно вплетает его в свою сеть влияния. Эта линия придает повествованию глубину, показывая, как в «плавильном котле» переплавляются не только судьбы, но и целые культуры.

Литературные недостатки и неоднозначность финала

Несмотря на увлекательный сюжет и проработанный антураж, роман не лишен недостатков, на которые единодушно указывают критики. Главная претензия — его незавершенность. Книга обрывается на полуслове, в тот момент, когда герой, спасаясь от преследования семьи Мэйсонов и наемных убийц, вынужден бежать из страны на Крит.
Кроме того, стиль повествования вязок и местами коряв, текст перегружен техническими и историческими сносками. Некоторые сюжетные линии, например, драка с ирландцами, остаются «за кадром», что создает ощущение неровности повествования. Сцена жестокого избиения отца Юрия в Кишиневе и последующее бездействие милиции служат мощным катализатором его эмигрантских настроений, но эта линия остается лишь предысторией.

Итог

«Американец» — произведение неоднозначное, но безусловно интересное. Это добротный, крепкий производственный роман с элементами вестерна и триллера, действие которого разворачивается в декорациях США конца XIX века . Сильная сторона книги — детальное и лишенное иллюзий изображение иммигрантской жизни, развенчание мифа о «земле обетованной», где главную роль играют не свободы, а деньги, связи и умение постоять за себя. Авторы, демонстрируют прекрасное знание эпохи, химии и инженерного дела .

«Американец» — это лишь пролог к большому путешествию. История Юрия Воронцова в первой книге обрывается в тот самый момент, когда он, чудом выжив в перестрелке и осознав, что правда в этом мире ничего не значит, вынужден бежать из страны своей мечты.

«Я понял, что еще минута, и эти подонки меня повесят. И я не просто умру, а еще и оболганным, без надежды оправдаться».

Эта фраза могла бы стать эпитафией его американской иллюзии, но стала лишь началом нового, еще более опасного этапа его одиссеи.

Итоговая оценка: Твердая «шестерка» по десятибалльной шкале — «читабельно» и «любопытно», с большой надеждой на то, что продолжение (которое, к слову, уже существует) раскроет заложенный в первой части потенциал