Рецензия на роман «Докторша. Тяжелый случай»
Блестящая идея. И при этом внедрение очень тонкое и аккуратное. Реалистичное, вплоть до мелочей типа свечек и невероятных цен на тогдашние лимоны.
Не то что у иных авторов, у которых герой сразу же начинает, как медведь в ломбарде, крушить вокруг и около весь устоявшийся порядок.
Здесь же неторопливо, и при этом очень интересно. Как героиня расправится с балом, вероятно начнет примеряться к медицине, которая тогда просто чудовищна и практически антинаучна.
И вот в произведении Натальи Шнейдер наткнулся на фразу "Deus curat". И сразу вспомнил Чехова.
Маленький, крохотный рассказ А. Чехова "В аптеке".
1880 год, сонное захолустье, мир и тишина. Даже до русско-японской войны еще целых 25 лет. И вот вздумалось одному мещанину заболеть. Простудой или лихорадкой, не совсем ясно. Четко описано лишь одно - у него температура.
И он приходит с рецептом в аптеку, шикарную аптеку. Гениальный писатель тщательно описывает бархат и огромную витрину, золочение и лепные украшения. Аптека не из последних, эту мысль автор доносит очень четко.
И ведь я всегда считал этот рассказ примером чудовищного равнодушия, при котором пациент может просто умереть, если ему не хватает 6 копеек, и при этом отъявленный мерзавец провизор отказывается поверить больному человеку в долг, открыть ничтожный кредит.
Далее великолепно описано, как находящийся в крайне плохом состоянии, сильно температурящий больной еле добирается до дома. И как он без сил падает на кровать, и у него разжимается рука, и на пол валятся эти проклятые шесть копеек медью или серебром.
И он, оставшийся без медицинской помощи, впадает в забытье.
Финал открытый - то ли он умер, то ли, наоборот, организм справился с недугом, и больной начал выздоравливать без этого проклятого лекарства.
Но!
Догадался посмотреть, а что же прописал врач этому несчастному больному. А это была каломель.
Каломель! То есть, хлорид ртути. Чертова отрава.
И закралась такая мысль, что, может Чехов вовсе не бичевал человеческие пороки, а так тонко намекнул, что по вине подонка-провизора больному представился случай не добить себя окончательно этой ртутью, а выздороветь своими силами?
Божественный промысел в чистом виде.
Кстати, если героине Н. Шнайдер удастся внедрить хотя бы антидизентерийный морковный суп, она уже будет достойна конного памятника.
В золоте.