Рецензия на повесть «Молчание»

Часть 1. Краткий перевод романа на мужской язык,

для мужчин, желающих сходить в незаурядный женский роман.

Некая София начала с того, что ее личная жизнь всмятку и на обочине.

Она пришла с фигней в голове, занимается ради благого дела фигней, огребает закономерную фигню в ответ, и остается в состоянии  “А меня-то за что??”. При том что остается при руках, ногах, и вполне способна с утра встать и начать жить дальше.

Это суть женской прозы. Чтобы понять, в каком месте тут плакать, надо иметь запасную женскую голову, с переходником, чтоб навинчивать ее вместо своей.

Но мы постараемся тем, что есть.

Итак, есть некая женщина, которую приглашают к инвалиду, неподвижному и ушедшему в себя. Нанимает ее жена, которая пытается таким образом и рук не испачкать, и не дать повода себя упрекнуть.

Женщина в разобранном эмоциональном состоянии, и с горя ударяется в добрые дела с элементами святой. Она ставит своей целью излечение мужчины. Она делает для этого все мыслимое и немыслимое - раскрывает ему всю душу, кормит сырниками, повышает градус накала до такой степени, что мужик реально выздоравливает.

После чего, к колоссальному изумлению Софии, он возвращается к прошлой жене, а ее, спасшую его, оставляет на обочине жизни.

И в этой тишине, которая звенит сразу всеми лопнувшими струнами, героиня и остается горе горевать. Благо горе и море вполне рифмуются визуально и эстетически. С морем вообще рифмуется все, что хочешь - хоть старый “Бьюик”, хоть грабли, хоть разбитое сердце, хоть бешеный секс под луной. На то оно и море, вечная колыбель всего живого.

Так эту историю увидит случайный ночной прохожий-мужчина.

Что в ней увидит женщина, я могу только строить гипотезы, более или менее близкие к реальности.

Итак, есть женщина с разбитым сердцем. Вместо того, чтобы стать ведьмой, и начать прицельное бомбометание по всем подлецам с бреющего полета на метле - она остается доброй и нежной. И вкладывает всю свою душу и все свои умения в спасение мужчины в коляске.

Они всеми богами просто предназначены друг другу - не самый бедный, и теперь уже вполне выздоравливающий мужчина, и она, которая его  спасла. Если б не одно но - если б он не оказался не лучшим из мужчин, творя под конец совершенную дичь - уходя к его давешней жене, которая палец  о палец, что называется, не ударила ради того, чтобы его спасти.

А героиня сидит у моря, и море смотрит на нее, словно понимая.

Анти-оСтупление (так!) . Автор в домике. Рецензент тоже

Перед дальнейшим разговором я хочу четко обозначить один момент.

Все коллизии и вся фигня, которая происходит с героинями и творима героинями - это не претензии к автору. Автор тут выше всего, как папа римский. Я Аллой Мар восхищаюсь и просто обожаю ее, и поверьте, есть за что. Ставить ей в вину увлекающуюся и немного трагичную натуру героинь, собирающих на свои головы все шишки - словно упрекать Толстого в том, что Наташа Ростова изменила Андрею Болконскому, а Пушкина - что Татьяна вышла замуж, и не за Онегина.

Автор-то чем виновата? Что фотографически точно, и на высоком уровне художественности и эмоциональности описала поведение героини? Нам таких авторов надо больше, хороших и разных, глядишь и женщины научатся не только орошать страницы книг и экраны телефонов негорькой и недорогой валютой слез, но и посмотрятся иной раз в ее тексты, как в зеркало.

И сразу подчеркну - стиль у Аллы Мар почти эталонен. Опытный мудрый трактор борозды не портит, у него нет таких опций, даже если поискать. Однажды сделаю отдельный разбор, как звучит стилистика у нее. Пока скажу так: вот есть у меня дома старая советская люстра. Вид - так себе. Три плафона из хрусталя -  как большие, низкие и широкие вазы для конфет и прочих бубликов. Света от нее тоже редко увидишь (слышал от стариков легенду, что плафоны надо для этого мыть).
Но! Стоит каждый из плафонов ласково тронуть болтиком среднего размера - раздается такое чистое “динннььь”, причем три разных тона от трех плафонов… Хоть в сказку вставляй - озвучивать, как раздевалась фея. Нет, честно, это один из самых чистых и мелодичных звуков, которые я слышал. Я уж их и записывал, я и делал из них заставку для работ своей видео-аудио-студии, эти “динь” могут в любую магию!

Так вот, именно такие волшебные “динннньььь” я слышу в каждом предложении у Аллы Мар.

Часть 2. Что она делала и зачем

Покупала Соня мужа,

а он взял да и свалил.

И кому там стало хуже -

Нам понять не хватит сил!

Еще нам нужно ввести новый психолого-литературоведческий термин, обозначающий получение граблями по лбу - “ограбление”.  Без него нам сложно будет понять дальнейшее.

Отчего же случается “ограбление” Софии в финале?

Обратил внимание вот на что. Уже на старте София в ошметках и боли. То есть этот “хрусть” личной жизни - для нее, в общем, привычное занятие. Мы понятия не имеем, что было в прошлый раз, но повесть, шаг за шагом показывая нам новую затею Софии, делает круг, и героиня возвращается в ту самую точку, где она рифмуется с морем - точку "М", если так можно сказать, вторую по важности “точку” женского организма. Технологический цикл замыкается новым “хрусть”, и героиня вновь мученица, страдалица и жертва “колесования невезением”.

То, что делает София, при всей благородности как своих устремлений, так и плодов труда (она, на минуточку, приложила все силы, чтобы вернуть человеку здоровье!) - по сути, это покупка. Во-первых, она приходит со своей болью, чтоб обтереть ее об другого. Во-вторых, она выкладывает всю себя, по самые сырники - но за это он будет её.

Есть в психологии понятие - созависимость. Это когда два, образно выражаясь, одноногих решили обняться, чтоб одной парой ног на двоих суметь куда-то передвигаться. А в старой зороастрийской книге описана притча двух костылей, которым, если они захотят путешествовать, обязательно нужен некто одноногий. Ведь сами по себе костыли не ходят! И когда молодая и ужасно трагишная женщина приходит к одинокому больному мужчине, я отчетливо слышу радостный стук тех самых костылей, которым уже снится скорое путешествие.

Главный прокол Софии и ее ВХП (весьма хитрого плана) - несоблюдение техники безопасности.

Если бы София была врачом, ее бы там обязательно научили о необходимости создания и соблюдения “стеклянной стены” между врачом и пациентом. Там у них целый раздел есть, деонтология, об этике отношений врача и больного. И это не про “хорошо и плохо”, это про “не влезай, оттяпает руку”. Это - та самая писаная кровью техника безопасности, не зная даже азов которой, и сунулась молодая дурё.. эээ… София, в авантюру со спасением себе мужика.

В частности, человек, оставивший позади унизительнейшее состояние больного, старается избавиться от свидетелей своей немощности, от тех, кто будет ему вечно напоминать, как оно было. И это не хорошо и не плохо, это закон психологии. А значит, если ты выкладываешься по-полной в надежде на что-то дальнейшее - жди “ограбления” в нашем смысле. Оно произойдет автоматически.

А были ли заложены надежды?

Мне приходит в голову один простой критерий честности. Если б стояла цель “его здоровье”, то когда он встал, была бы радость: цель достигнута. Но коли кругом вселенское “пичалько”, то значит что? Цель была иной, так?

Она его лечила СЕБЕ. А он встал к ДРУГОЙ. Вот он и “тресь” по лбу. Автоматика, господа!

А с морем… с морем рифмуются даже синие грабли.