Рецензия на роман «Дикое поле»

Написано для литературного баттла Рене vs Nomad

Итак, дамы и господа, сегодня ваш Рене окинет своим критическим взором роман Дмитрия Каркошкина «Дикое поле». Предупреждаю, сегодня я в отчаянном настроении!

Жанр

Автор выбрал сразу три жанра — историческую прозу, исторические приключения и попаданцев во времени.  Именно здесь кроется фатальный промах. Автор забыл мудрые слова Александра нашего Сергеича: «В одну телегу впрячь неможно коня и трепетную лань». В результате упустил шанс создать добротный исторический роман о кубанских казаках. 

Сюжет

Но давайте для начала исследуем сюжет. Он, прямо скажем, не блещет оригинальностью  — офисный служащий Дмитрий, 38 лет от роду, увлекается отечественной историей и кладоискательством. Однажды он находит кольцо с изображением «руны рода», примеряет его и вскоре просыпается уже в теле молодого кубанского казака Демида, живущего в XVIII веке. Дальше всё по законам жанра: попаданец привыкает к новой реальности, переживает набеги, стычки с ногайцами и большую любовь. Плюс ещё магия замешана (уже четвёртый жанр).

Исторический фон

Кажется, всё весьма недурно! Автор серьёзно подошёл к делу — проработал исторический фон, описал казачьи обычаи, включил в текст народные песни. Основные события соответствуют исторической правде, в романе даже появляются реальные личности, включая Екатерину Вторую и А. В. Суворова. 

Что же тогда вам не по душе, мессир Рене? О, всего лишь целый Эверест ошибок в деталях! 

Дам парочку живописных примеров:

•  кубанский казак покупает для супруги шампанское и конфеты. Вы серьёзно, мессир Каркошкин? Шампанское даже у высшей российской элиты появилось лишь в начале XIX века. Конфеты чуть раньше, и тоже только у аристократов; 
• в романе действует японский якудза — то отбывает каторгу, то живёт с казаками. В те времена в России побывало лишь несколько японцев, потерпевших кораблекрушения. К ним относились, как к экзотическим цветам, а не засылали на каторгу. Видимо, у автора своя хронология, удобная такая, без дат.

В отдельный блок я вынесу ошибки, касающиеся мусульман. Их тут много — и ногайцы, и турки. Разумно предположить, что автор хорошенько изучил их быт. Не тут-то было! 

• ногайские женщины ходят с открытыми лицами — а они всегда при чужих носили чадру; 
• купец-мусульманин пьёт спиртное, но при этом совершает намаз — после выпивки молитва не принимается Всевышним 40 дней подряд. Или у купца договорённость с небесной канцелярией?
• ногайский мурза рассуждает: «Пусть дочь никто не возьмёт замуж, она останется со мной!» — незамужняя дочь у мусульман считается позором для отца. Мурза решил сломать систему?

Подобного шлака много очень много, критично много. 

Стиль

Здесь снова обидный промах! Автор претендует на классический стиль, и это получается довольно неплохо. Временами прямо слышатся гоголевские интонации. 

Судите сами: «С раннего детства, находясь в бандитской среде, да ещё с кочевым уклоном, он очень быстро повзрослел и невероятно закалился характером. Поэтому, когда в ещё юном возрасте Егорка всё-таки угодил в долгосрочную каторгу, его это совсем не смутило. Другой жизни он и не знал, просто из одной криминальной среды плавно перешёл в другую, а здоровья он от батюшки унаследовал столько, что испытания подобного рода ему были совсем не страшны, по крайней мере, по молодости лет ему так казалось».

Красиво, не спорю. Но это изящество густо нашпиговано канцеляризмами и современным сленгом. Вот вам образчик: 

«…никак нельзя было обойти вниманием ещё один очень важный аспект, а именно половой вопрос». 

Этот «половой вопрос» — к чему в атмосфере XVIII века? А нельзя было использовать что-то аутентичное, например «радости телесные» или «услады молодецкие»? Почему автор намеренно испортил свой стиль? 

Всё из-за попаданца, который совсем НЕ НУЖЕН!

Ну, и не могу промолчать о тавтологиях. Полюбуйтесь: «Вообще, этот год выдался урожайным на новые семьи, счастливые и не очень. Демид, например, был счастлив очень — любимая жена, с которой ему было хорошо не только наяву, но и во сне, загадочный дед Калган, который был самой интересной личностью из всех, кого наш герой встречал в жизни…» 

Трижды слово «был» в одном предложении? За такое, по-хорошему, надо сажать... на курсы литературного мастерства.

Образы 

Персонажи автору удались — они живые, интересные, колоритные. Мне понравились и забавный Патеха, и хитрый полууголовник Валет, и красавица Малика, дочь ногайского мурзы.

А вот главный герой Демид — нет. Он психологически неубедителен и неприятен. Совершает дикие поступки, которые я простил бы реальному казаку, но современнику — никогда. Представьте красочный момент — на глазах у Демида убивают лучшего друга. И наш герой, победив врагов загадочным способом (спойлерить не буду), связывает девушку, инициировавшую убийство, и насилует её. 

Это каким пещерным интеллектом запасом мужских гормонов надо обладать, чтобы предаваться страсти рядом с отрубленной головой друга? И такое вытворяет наш современник, господа! Он прекрасно знает, что жил в XXI веке, дурацкие шуточки оттуда помнит. А то, что женщин нельзя насиловать — резко забывает. 

А всё почему? Да-да, попаданец был НЕ НУЖЕН!

                                                       Вот такая фантасмагория получается

Идея книги

Здесь, господа, я просто пас.Вообще не понял, кто на ком стоял. Будь то исторический роман, я бы сказал — автор ставил задачей показать историю Кубани в XVIII веке и преуспел в этом. Но присутствие нелепого попаданца напрочь разрушает красочный казачий мир. 

Настораживают идеологические лакуны, наполненные дурно пахнущими субстанциями:

• ксенофобские шутки;
• антисемитские высказывания;
• негативные национальные стереотипы.

 И от кого? Нет, не от невежественных казаков, которым простительно. От образованного сына XXI века! Автор транслирует идею о национальной терпимости казаков. Но почему же тогда все татары и турки показаны только хитрыми, подлыми и непроходимо тупыми? 

Лишь Малика хороша, ах хороша! Но и из неё автор сделал некую чертовку. Не полюбила она, негодная, человека, который обесчестил её, ограбил, а потом… апофигей — подарил дружку-бандиту! Мерзавка Малика, ничего не скажешь. Видимо, по логике автора, надо было безумно влюбиться в насильника.

Резюме

Книга неплохая по задумке и даже интересная. Но только как черновик, который ещё предстоит довести до ума. Даю автору советы без запроса: 

• выкинуть отвратного попаданца;
• отдать роман хорошему редактору для литературной обработки;
• вычистить анахронизмы и тавтологии;
• разобраться с логикой повествования.

 И получится вам конфетка с шампанским!

Кому рекомендую: любителям истории — тем, кто готов сквозь тернии ошибок пробираться к истине. Фанатам попаданцев не зайдёт. Классический слог погубит их раньше, чем дочитают до середины.

Votre ami,

 René Leblanc