Рецензия на повесть «Цепь»
Эта повесть — безжалостное исследование того, как месть и ненависть, словно разъедающая кислота, истребляют в людях человеческое, а затем и самих людей.
Название произведения поражает своей дотошной точностью. Каждое действие, подобно звену в цепи, прочно связано с предыдущим.
Обстоятельства, послужившие толчком к развитию сюжета, до боли прозаичны, при всей своей современности. И с этого ничтожного, казалось бы, камушка, всё неумолимо катится, словно лавина в заснеженных горах. И ни-че-го уже не исправить…
Положительных героев в повести нет, хотя в них присутствуют несомненно светлые черты. Более того, они вызывают безусловное сочувствие, ведь им довелось пережить самое страшное. А кому-то и вовсе не довелось. И безоговорочно веришь им, но часто недоумеваешь: почему, зачем они поступают так? В водоворот событий, словно в бездонную воронку, затягивает самых близких героям людей. Страдают не только главные действующие лица, но и их возлюбленные, которые гибнут. И ещё возникла мысль: друзья, безусловно, призваны помогать и поддерживать. Но, по-моему, именно друзья должны и останавливать от столь ужасающих поступков. Как минимум — пытаться. Однако…
Ритм повествования неровный: плавное, почти умиротворенное описание жизни вне оков ненависти сменяется стремительным, «рубленым» изображением бытия, поглощенного этой же ненавистью. Язык и стиль просты, но зачастую образны. Автор избегает длинных, запутанных, многострочных периодов. Через простые радости — семейный праздник, подарок сыновьям, общее фото — он мастерски передает всю значимость и трепетность семейных и дружеских уз. Это — безусловные ценности! Описанный ливень не случаен: он смывает всё, что произошло, и ни один из участников событий не останется преж-ним. Жизнь каждого из них кардинально изменилась. А для кого-то она оборвалась, превратив кого-то в живых мертвецов.
Прием нарушенной хронологии, примененный автором, невероятно усиливает эмоциональный накал и поток мыслей читателя. Это сильно, пронзительно, бьет прямо в цель.