Рецензия на повесть «Золото Чёрного леса»

Мяу для того, кто приносит мяу другим.  

Есть спойлеры. Отринь надежду всяк, мой текст читавший.

Любопытство кошку сгубило. Наверное, даже не одну. И среди авторов, и среди читателей ат целый прайд котов и кошек, так уж повелось. Мир захватили не лабораторные мыши Пинки и Брейн, а котики. А мышей, наверное, съели. Лоток им пухом.

Итак, любопытство сгубило не только кошку, но и меня, и я прочел «Золото Черного леса». 

Тут звук фанфар и вручение медали «За отвагу от граммар-наци», потому что опечаток пруд пруди. Но об этом позднее.

После чтения «Золота» мне сразу же вспомнилось «Холодное сердце» В. Гауфа. Бедный юноша, сердце вне законного владельца, невеста-жена, которая перестает узнавать в обновленном герое прежнего возлюбленного. В «Золото» все «стрёмнее», я б сказал, более жестко, конец иной, конечно. Да и хтонь куда хтонестее, чем Стеклянный человечек. Но автор честно предупреждает про «жесть». Подчеркну, говоря о схожести некоторых моментов, я не имею в виду заимствования и оммаж, а лишь пишу, что «музыкой навеяло». 

Ну так совсем-совсем новых сюжетов уже и не осталось. Все растащили еще до нас. В целом повествование мне зашло, сюжет вполне продуман. Пошел в лес хороший мальчик, а вышел… «Не ходите, дети, в Африку гулять», - еще Корней Иванович предупреждал.

Отмечу, что понравились танец на костях и «грыбочки». Но вот финал с возвращением хтони на круги своя, увы, не порадовал. Зло есть, было и будет есть – это слишком ожидаемо. 

Главный герой хорошо прорисован. Евдокиму вообще герои хорошо удаются, по моему мнению. А вот героиня показалась слишком «с лапками», пассивной. По типу «плачет киска в коридоре, у нее большое горе…» А толку-то от этого. Поговорила с мужем, еще хуже стало. А ведь сейчас везде призывают: не молчи! Все проблемы, что молча что-то там себе надумали. Уж сколько сюжетов вокруг подобного молчания в книгах да сериалах накрутили. Но в «Золоте» разговор героине не помог. Эх, не знала она русского матерного, скалку или сковороду как оружие законной супруги в руке не держала…  Жаль бедняжку.

Правда, повеселило, когда в главе 11 Агнете все надоело, и она, видимо, ушла в агенты. 

И Агента разглядела. 

Буря эмоций захлестнула ее с головой. Агента чувствовала себя преданной, хотя и понимала, что Моди был в своём праве.

А затем в целях конспирации в 12 главе сменила имя на Аннету. 

Стоило Аннете раскрыть рот, раньше, чем в голове окончательно сформировался вопрос, Моди замкнул его какой то тряпкой.

В общем, «какая разница, товарищ?!»

Про наложниц мавкну лишь, что, по мне, это «тяжкое наследие царского режима боярки». Неформат–неформатом, но коль ценник поставлен, как же без гарема...

Постельные сцены весьма жесткие, зато без витиеватых подробностей и ярко подчеркивают, что Моди стал бессердечной тварью в самом что ни на есть прямом смысле слова. 

Автор особо акцентирует внимание на физическом отсутствии сердца, дважды вонзая кинжал/нож в грудь героя.

1. 

А потом хевдинг сблизился с Моди, и Агнета готова была поклясться, что видела, как он вонзил кинжал в грудь её возлюбленного. Туда, где должно быть сердце.

2. 

Она вдруг резко встала и дернулась в сторону Моди, зажав обеими связанными руками нож, лезвие которого по отблеску металла разглядела Агнета. Удар пришёлся в сердце.

Туда, где оно должно было быть.

Да уж, сердце так расположено, что не так много вариантов, чем его проткнуть. Но все же по мне одного раза при таком небольшом объеме повести вполне бы хватило, чтоб понять «новую модификацию» героя.

Кстати, само произведение хоть и жесткое, даже временами жестокое, бессердечным не назовешь. Слово «сердце» в разных формах употребляется 29 раз. 

История с Рагнаром – ну, должен же кто-то остановить землю зло. «Вот приедет барин — барин нас рассудит». Даже Агнета оживилась. Жаль, правда, потом с наследством ей все равно не повезло. Одна труха осталась. Да и «забытая деревня» – малая родина Моди – была стерта с лица земли еще до «барина» Рагнара. Тут мне показалось несколько «тягомотным» рассуждение/впечатление Рагнара про деревню, «работу для ярла, а не для него», учет и доказательства. Чуть подредактировать бы. 

Еще скажу, что из настроения конунгов, скальдов и прочего меня выбивали фразы «монстры», «экономику рушит», «а с учётом того, что…». Но! Это личное восприятие, не претендующее на лавры «Луча света в темном царстве» или «Мильона терзаний».

По опечаткам придираться можно долго и со вкусом. Но у меня тоже лапки и лень. Отмечу «ться/тся» –  вечное проклятие homo scriptorus. Часть запятых и дефисов была сожрана троллями. Падежи иногда играют в чехарду. Но мне это читать не сильно мешало, я сам тот еще Розенталь. 

Итого: чтение вышло занятное, хотя сразу признаюсь, шло не на трезвую голову. Но точно не рекомендую «Золото» фиалкам и снежинкам. И граммар-наци. А остальные – дерзайте, дамы и господа!