Рецензия на повесть «Шутка»
Я очень люблю повести. Люблю читать их, люблю их писать. Формат рассказа для меня всё же мал и скоротечен. Крепкая же повесть она как хороший полнометражный фильм. Не успеваешь устать и насыщенную историю узнаешь. Сегодня хочу поделиться с вами очень примечательной находкой — повестью "Шутка".
Не знай я, что повесть написана нашим современником, мог бы её принять за произведение кого-то из классиков. Во-первых, события, описываемые в произведении, происходят через некоторое время после Отечественной войны 1812 года и заграничных походов. Во-вторых, язык повести великолепно стилизован под русскую прозу XIX века. В первую очередь узнаётся ритмика, свойственная для Толстого и Тургенева. Егор систематически использует инверсию (сказуемое перед подлежащим: «спешился Правдин с коня», «обошел Степан офицера»). А также начинает значительную часть предложений деепричастными оборотами («Схватившись за сердце, граф медленно попятился назад»), что создаёт эффект неторопливого, текучего повествования, свойственного дворянской прозе позапрошлого столетия. Получилось весьма необычно и интересно.
Такая стилизация под старину выдержана достаточно последовательно на протяжении всего текста. Прям редкий случай, когда автору удаётся не сбиться на современный синтаксис уже через несколько страниц, как это часто случается при подобных попытках. А, значит, повесть была хорошо отредактирована и вычитана.
Если уж совсем душнить, в тексте всё же встречается несколько фраз, выбивающихся из эпохи.
Мне не комфортно так жить!
Комфорт в значении психологического ощущения удобства вошло в широкий русский обиход довольно поздно. Дворянская барышня начала XIX века сказала бы что-то вроде «мне тяжело/невыносимо так жить» или «я устала от этого».
Не сумев сдержать эмоции
Слово эмоция как обиходный термин для описания внутреннего состояния пришло их психологии лишь в конце того века. В прозе той эпохи скорее было бы «не сумев сдержать себя» или «не совладав с собой».
«Такой уж у него режим» (про Жака, который спит с трёх до пяти).
Режим в значении распорядка дня укоренилось в нашей речи уже в советскую эпоху. Раньше сказали бы просто «такая уж у него привычка» или «обычай».
«Будут у тебя большие проблемы» и вариации («новые проблемы», «со всеми проблемами разберёмся»).
Слово проблема звучит по-современному. Для эпохи органичнее были бы «затруднения», «неприятности», «хлопоты», «беды», «невзгоды».
Но, право, такие огрехи совершенно несущественны и ничуть, ни на толику не делают повесть хуже или слабее. Это больше в помощь автора, если вдруг он захочет сделать свою повесть ещё более аутентичной.
Что до самой истории, сюжет интересен и нетривиален. Здесь нет метаний страдающего от безделья и скуки дворянства. Здесь вы (к счастью или к сожалению) найдёте героев, желающих утопиться самим, утопить собачку или прыгнуть под поезд, когда кто-то косо посмотрел. История не содержит любителей повздыхать, поохать, посмотреть в небо Аустерлица на четыреста страниц, пока вырубают вишневый сад со старушками процентщицами. Есть интересные живые персонажи: молодой полковник на белом коне Павел Правдин, герой Парижской битвы, французский поэт Жак Ляпорт, связующее этих двух мужчин в любовный треугольник звено в виде графской дочери Катерины. Девушки с живым, критическим мышлением. Это вам не простушка крестьянская, которую можно уговорить прогуляться до сеновала красивыми словами. Тут всё куда интереснее. Конечно, не обошлось и без дуэли. Дух времени требует и я этого, честно ждал. В общем, читателя ждёт целая череда событий и причинно-следственная связь, ведущая к финалу.
Не будь которой, не было бы и истории. Легкая, добрая и запоминающаяся повесть, оставляющая приятные впечатления после прочтения.
Очень рекомендую не проходить мимо "Шутки". Повесть мне очень понравилась. Егора хочется хвалить. Видно, что автор старался, кропотливо и с огоньком писал эту историю. Ощущается серьёзный подход и отличная вычитка текста. И даже нейродетектор яндекса говорит, что на все сто процентов повесть писал человек. А в наше время уже это немало.