Рецензия на повесть «Молчание реки»
Герои повести полицейские Роман Лютов и Огнен Булатов, как я поняла, появляются у автора не в первый раз, так как это вторая часть более обширного произведения, объединённого циклом «Пограничье», что, видимо, обозначает одновременно и прифронтовую зону, и пограничье между мирами.
Почему полицейский Огнен Булатов умеет общаться с нечистой силой как опытный волхв времен до крещения Руси, неизвестно, но, полагаю, ответ мы найдем в первой части. Здесь же перед нами уже сложившиеся герои, нравственно абсолютно вменяемые, при этом довольно странные. Ну а как иначе назвать полицейских, которые, абсолютно не пугаясь, спокойно встречаются с любыми навьими чарами, от упырей до водяных? Собственно, именно эта обыденность и создает главный эффект повествования: сверхъестественное здесь выступает как ещё одна экзистенциальность, типа дождя или бездорожья. И ты не очень-то удивляешься, что Лютов и Булатов воспринимают нечисть не как потустороннюю угрозу, а как еще одну статью расходов или пункт протокола. Их спокойствие - профессиональная привычка, сродни умению чистить оружие.
В этом мире граница между живым и мертвым так же условна, как граница между областями. Поэтому диалог с водяным для Булатова - это не мистический транс, а скорее утомительный допрос свидетеля, который путается в показаниях. Автор намеренно лишает нечисть ореола тайны, сводя ее к функции: то ли справочной, то ли бюро находок, то ли угрозы для санитарной службы.
Автор не прибегает в повествовании к гоголевскому колориту, сцены общения с нечистью выполнены в абсолютно бытовом контексте, они мягко перемежаются со сценами кражи поросенка и обнаружением трупа, и, встроенные в этот сугубо бытовой, приземленный контекст, местная нечисть тоже выглядит просто и обыденно. Да и может ли навь реально сравниться с потерявшими человеческий облик иноземными наемниками или бандитами, наладившим производство на рабском труде?
Показательно, что и убийство для героев – просто рабочая задача. Труп обнаруживают между ужином и отстрелом бродячих собак, и это соседство тоже снимает с события всякую экзистенциальную тяжесть, словно герои живут в мире, где смерть — просто еще одна деталь ландшафта, которую нужно зафиксировать и описать сухим канцелярским языком.
Любовная линия почти не прописана: пребывание в командировке создает сугубо рабочий фон повествования. Война тоже почти не показала, точнее СВО просто намечено фоном ближе к краю кадра. Да, война все равно чувствуется, но только тем, что вместо водяных там диверсионные группы, а вместо упырей — беспилотники. Война не ломает героев, она просто предоставляет им новые декорации для старой, привычной работы. Они остаются теми же: собранными, ироничными, порядочными и чуть усталыми людьми, для которых вампир — это всего лишь небольшое нарушение порядка, которое нужно или устранить или строго ограничить рамками закона.
Читать трилогию рекомендую всё же с первой книги. 