Рецензия на сборник рассказов «Критический Реализм»

Это будет рецензия на рассказ "Трудное поручение", малый. Он из всего сборника самый жизненный, неоднозначный и бьёт в ширнармассы буквально шрапнелью, потому что каждый нормальный мужик хоть раз в жизни, да и оказывался в подобной ситуёвине  

Рассказ про чибиса, который идёт за тампонами для своей бабы. И знаешь что? Это годно, малый, очень годно. Я видел в жизни дерьмо и поинтересней, но этот парень умеет рассказывать. Знаешь, как синий сосед, который вроде несёт какую-то шляпу, но нутром ты чуешь, что это и есть прям соль земли.

Начинается как тупой скетч. Чибис стесняется слов "гондон" и "тампон", вспоминает как кореш тралировал его, покупая гондоны. Я орал как выпь. Потому что сам так делал – стоял в очереди с мятой купюрой в потной ладошке и чувствовал себя последним ублюдком, который боится тётки за стеклом. И ты такой уже думаешь: ну ёпта, ещё одна история про стеснительного клоуна. А потом – опаньки! – он приходит домой, а там диван в крови, девка в крови. Бедная мать и обосранные дети, но в конце нас конечно же ждёт хэппиенд, всё нормально.

Автор не выё приукрашивает быт. Пишет как дышит: "конченый", "кал и графический", "сожрёт с гомном". Я люблю такое. Без этой литературной дрочки, без слюнявых метафор. Язык живой. Местами корявый, но это обусловлено стилем, малый, уж поверь.

Ergo: 

Рассказ – как удар под дых. Ты смеёшься, потом ссышь за чибиса и его бабу, потом выдыхаешь с облегчением. Он о том, что мы все по сути ссыкливые уёб не герои, пока не случается что-то по-настоящему страшное. И тогда ты берёшь свою женщину на руки и бежишь, даже если не умеешь бегать. Автор не притворяется святым. Он говорит: "Да, я был мудаком, но я исправился". И финал с портретом семьи – это не сахар, а скорее пиво после драки: горьковато, но приятно, потому что ты ещё жив.

Если хочешь прочесть что-то честное, без ложной романтики – валяй. Это лучше, чем девяносто процентов вылизанных историй про идеальную любовь. Здесь любовь воняет кровью и потом, и она, сука, настоящая.

А теперь поставь мне этот сраный палец вверх. Я заслужил.