Рецензия на роман «Самурай Полкау Громовата. Хокку о родине»

...или как полковник Громов перестал спасать мир и начал… сеять разумное, доброе, вечное.

Дорогие читатели! Если вы всегда мечтали о книге, где русский полковник попадает в тело самурая с именем, которое язык сломает даже у японского бога смерти, а потом вместо спасения мира начинает методично улучшать демографическую ситуацию в отдельно взятом регионе Японии XVII века, поздравляю, вы нашли свой святой грааль.

О чём это вообще?

Полковник Громов, человек, привыкший спасать миры в своём времени, получает задание: отправиться в Японию эпохи Эдо, вселиться в тело молодого самурая Полкау Громоваты (да, это имя существует, и нет, я не шучу) и спасти клан Окаба от уничтожения. Звучит как стандартный попаданческий боевик, правда?

А вот и нет.

Потому что наш герой, вместо того чтобы сосредоточиться на войне, тактике и спасении клана, обнаруживает, что сёгун пожаловал ему право первой ночи  . И вот тут начинается настоящая эпопея.

Сюжет: от войны к… демографии

Первые главы внушают надежду: засады, ловушки, битвы в лощинах, изобретение огнестрельного оружия. Громов демонстрирует чудеса тактического мышления, разбивает превосходящие силы противника и вообще ведёт себя как положено полковнику спецназа.

Но потом…

Потом Люми, видимо, решила, что хватит с нас войны. И переключилась на главную тему произведения - служение Отечеству в горизонтальном положении.

С этого момента книга превращается в увлекательный путеводитель по японским деревням, где каждая глава - новая невеста (или две, или три), новая ночь и новые хокку на заборе. (предлагаю публиковать и хокку о Громовате отдельным сборником) Громов, как честный солдат, не может отказаться от «милости сёгуна» и методично, с присущей ему дисциплиной, исполняет свой долг.

Тридцать семь детей? Легко. Сорок? Дайте срок.  

Главный герой: полковник, любовник, поэт (внушительный список, правда?)

Громов - это отдельный вид удовольствия. Человек, который:
1.Спасает клан, попутно изобретая порох
2.Учит самураев строить «черепаху»
3.Отказывается от титула даймё, потому что «быть мебелью» не хочет
4. И при этом честно признаётся, что «служение Отечеству бывает разным» (странно да, что куча невест хочет этого самурая?)

Его внутренние монологи  это поэма. «Служение Отечеству всё больше походит на наложничество». «Я теперь как племенной бык, которого записали в историю». «Тридцать семь? А вчера было двадцать семь».

Он не просто попаданец. Он - философ. Он - стратег.

Хокку на заборе: народное творчество в действии
Отдельный поклон Люми за хокку. Это гениально.

Народ, наблюдая за подвигами Громоваты, не остаётся в стороне:

«Рисовое поле
Вспахано чужим быком.
Муж в углу плачет».

Или:

«Луна взошла,
А невеста всё стонет.
Срам и позор».

А Громов, вместо того чтобы обидеться, отвечает:

«Чужой бык ушёл.
А поле дало всходы.
Муж, радуйся тоже».

Это ли не высший пилотаж самоиронии?

Финал: уходи красиво

Когда приходит время уходить, Громов прощается со всеми: с даймё, с Юки, с тридцатью семью детьми (плюс те, кто ещё не родился). Он возвращается в Москву, где аналитики сообщают ему, что род Громовата дал Японии трёх даймё, девять генералов и одного поэта, писавшего исключительно о сакуре.

И Громов, сидя в своём кабинете, пишет финальное хокку:

«Тридцать детей —
Ветер разнёс семена
По всей земле.
Гром без катаны
Всё так же грому подобен,
Но только тише».

Красиво. Грустно. И смешно.

Итог: читать или не читать?

Если вы ищете серьёзный исторический роман о самураях - проходите мимо. Если вы хотите эпическую битву за спасение мира - тоже не сюда.

Но если вы готовы к книге, где:

1.Русский полковник становится японским «производителем нации»
2. Хокку на заборах становятся народной летописью
3. Право первой ночи превращается в испытание на прочность
4. А главный герой философски замечает, что «сеять можно и без оружия»

тогда добро пожаловать. Здесь вам точно не будет скучно.

Оценка: 5 из 5 рисовых полей, вспаханных чужим быком.  

P.S. Люми, если ты читаешь это - напишите продолжение. Нам нужно знать, сколько ещё детей успел оставить Громов, прежде чем окончательно ушёл. И что случилось с Юки. И с Акико. И с близнецами.

Особенно с близнецами.