Рецензия на роман «Тайга решит: Перевал, которого не было»
На самом деле, давно начал читать данный роман, просто сейчас самое время, и вот я добрался до лакомого кусочка. В романе от автора Edelweiss мне было тревожно читать даже самые уютные сцены. На кухне пахнет борщом, в общежитии обсуждают письма, кто-то достаёт снаряжение, кто-то надеется разобраться с чувствами. Обычная молодая жизнь, полная планов. Но знакомые фамилии участников группы Дятлова заставляют иначе слышать каждое обещание вернуться. Особенно задел разговор Игоря с матерью о последнем походе. Вроде ничего страшного ещё не происходит, а внутри уже холодеет.
Понравилось, что ребятам дают время стать близкими читателю. Игорь увлечён техникой, упрям и совершенно теряется там, где нужно заговорить о личном. Его письмо Зине получилось трогательнее иного признания. Юра Кривонищенко запомнился готовностью спорить с начальством ради рабочих, хотя последствия прекрасно понятны. Саша со своей язвительностью иногда кажется слишком уверенным в удачности каждой реплики, но его любопытство и привязанность к друзьям располагают. Характеры разные, и интересно наблюдать, как люди сходятся вокруг общего дела.
Теплее всего для меня оказались эпизоды с Колей. За его интересом к камням и горняцким историям чувствуется память об отце, с которым осталось слишком много недоговорённого. От этого даже старые журналы и маленькая шкатулка приобретают значение. А разговор с Людой о фонаре и спичках подкупает простой заботой. Такие мелочи многое говорят об отношениях. Зина тоже понятна в своей обиде: головой можно сколько угодно выбирать общее дело, а сердцу от этого не становится легче.
Быт здесь подробный и ощутимый. Чай в тесных комнатах, конфеты для подруг, шумная общага, холод стройки складываются в обжитое пространство. Диалоги часто оживляют его лучше описаний: люди подкалывают друг друга, сердятся, неловко прячут нежность. И тем неприятнее возвращаться в кабинеты, где чужими жизнями распоряжаются с деловитым спокойствием. Политическая интрига довольно рано обозначает угрозу, поэтому я больше переживал за героев, чем пытался угадать, откуда придёт беда.
С появлением Вики меняется и голос истории. Он становится резче, современнее, с самоиронией и колкими замечаниями. Её увлечённость чужой трагедией местами уже пугает: работа, отношения и собственная безопасность постепенно теряют значение. Сочувствуешь ей, но далеко не каждое решение хочется поддержать. При этом разговор с соседским котом неожиданно добавляет тепла. Хороший момент, позволяющий увидеть за одержимостью поисками живого человека.
Не всё читалось одинаково легко... Иногда чувство уже понятно по сцене, а текст ещё несколько раз объясняет его другими словами. Из-за этого подготовка и внутренние размышления местами затягиваются. Мне хотелось бы чуть больше доверия к тому, что читатель уже почувствовал.
Зато тайга затягивает всерьёз. Это мой любимый момент. Сырость, паутина, лесная тишина и следы давнего человеческого присутствия действуют без громких слов. Особенно цепляет мысль, что найденная правда может оставить тебя с той же болью.