Алексей Марленов

231
231
980
980

Заходил

38 комментариев, по
времени, по убыванию

Написал комментарий к посту Мумии

Познавательная история. Несомненно. В свою очередь  поделюсь историей про археологические раскопки, прочитанной мной в ранней молодости в  одной исторической книге.  Несколько лет тому назад в Праге Второй жили две брошенные дамочки-разводки, потому что были шлюхи, по фамилии Моуркова и Шоускова. Как-то раз, когда в розтокских аллеях цвела черешня, поймали они там вечером старого импотента — столетнего шарманщика, оттащили в розтокскую рощу и там его изнасиловали. Чего они только с ним не делали! НаЖижкове живёт профессор Аксамит, он там делал раскопки, разыскивая могилы со скрюченными мертвецами, и несколько таких скелетов взял с собой. Так они, эти шлюхи, оттащили шарманщика в одну из раскопанных могил и там его растерзали и изнасиловали. На другой день пришёл профессор Аксамит и обрадовался, увидев, что в могиле кто-то лежит. Но это был всего-навсего измученный, истерзанный разведёнными барыньками шарманщик. Около него лежали одни щепки. На пятый день шарманщик умер. А эти стервы дошли до такой наглости, что пришли на похороны.

Написал комментарий к посту Казнь

Тем не менее, он прожил достаточно долго, чтoбы взять еще семь взяток, прежде чем окончательнo умереть... 

Услышaв эту истopию, импepaтор Юнчжэн был поражен и oтменил эту фopму кaзни.

Написал комментарий к посту Находчивая Джулиана

Так как аллигаторы могут находится под водой без дыхания до 15-20 минут, скорее всего аллигатор от пальцев в носу захотел чихнуть, и скорее всего чихнул. Впрочем у девочки в любом случае и так хорошо получилось.

Написал комментарий к посту Наглый плагиат.

Вононо как! 

Но из-под земли уже выползает настоящая мразь — жук-плагиатор, жирный мародер со стажем. Он сам ничего не лепит, он только караулит чужое. Уловив запах, он бросается на шарик писателя-скарабея, пытаясь отобрать и перекатить его в свою вонючую норку, слегка подправив поверхность, чтобы выдать этот стыд за плод собственных мук. Между жуками завязывается нелепая, тихая возня в грязи, без правил и чести.

Написал комментарий к посту Мне нужен ваш нос!.

Я не могу тыкать пальцами в ссылки, так как я, как песатель графоман, обрубил себе пальцы еще в юности, что бы избежать болезненного пристрастия к песательству. 

Написал комментарий к посту Монстры среди нас

Интересный момент: после второго убийства был издан Singleton Bill, в котором закреплено законодательно:

отмена досрочного освобождения для преступников, совершивших пытки и тяжкие увечья;

признание пытки самостоятельным особо тяжким фактором;

усиление пожизненных приговоров без необходимости смерти жертвы.

Исходя из этого, последователь Сиглтона получил бы пожизненное в Калифорнии сразу после первого преступления. 

Написал комментарий к посту Суббота.

Лайфхак: Если пакетик с чаем положить в стакан с уодкой, то уодка через некоторое время станет цветом, как коньяг. 

Написал комментарий к посту Пограничный кордон

Это что-о-о-о... Существует легенда про таможенника, который в 90-е годы, оттиском таможенной печати, мог превратить вагон с водкой в вагон с консервированным зелёным горошком.

Написал комментарий к посту Скарабей.

Скорее всего Алесей Марленов остался действительно ноунеймом, но мне больше верится, что он более чем менее близок к Неуловимому Джо. 

PS Убедительно прошу не принимать мой памфлет как личный выпад. 

Написал комментарий к посту Скарабей.

Величественный скарабей

(гнусный памфлет против всего плохого, и за все хорошее)


Туго, тупо кати, Скарабей, 

ком говна к топу Вверх, 

до кучи пыли!


Автор: Навалика Сё

(из антологии «Песни сточной канавы»)


Величественный скарабей-графоман, вперив потный лоб в мерцающее стойло монитора, с натугой выкакивает свой очередной «интеллектуальный шедевр»: «Вечерело…». Он лепит его бережно, как единственную радость в своей никчемной жизни, наматывая слой за слоем: вот пласт «экзистенциальной хтони» (читай: немытой посуды), вот прослойка из «глубинного подтекста» (результат несварения мысли), а в самой сердцевине — тухлая начинка из старого дивана, двух немытых кружек и пыли на допотопном телевизоре. Этот дурак свято верит, что катит в вечность бриллиант, но мир видит лишь упругий комок свежего дерьма, густо разящий дешевым кофе, несвежими носками и кухонным отчаянием. Его высшая миссия — не слава, а задача зарыть эту сферу поглубже в недра жесткого диска, подсадив внутрь личинку — слепое, вечно голодное продолжение своей творческой импотенции, которое будет тихо жрать этот пережеванный мир, чтобы однажды вылупиться на поверхность жирной мухой. Это великий, цикличный акт клинической дегенерации и слепой веры в собственную значимость.

Но едва вонючий катыш выкатывается за пределы клавиатуры, на запах свежих испражнений слетается вся прикормленная фауна литературного навоза. Первыми пикируют критики — каста обиженных жизнью кастратов с дипломами филфака и вечным несварением в мозгах. Эти плешивые стервятники, чьи собственные амбиции давно сгнили в прихожих издательств, облепляют шарик, истерично хлопая пыльными крыльями и изрыгая желчь несостоявшихся пророков. «Ко-ко-композиция! — кудахчут они, забрызгивая всё вокруг ядовитой слюной. — Где катарсис, ты, навозный червь? Это же лежалый кал из позапрошлогодних штампов!» Они не в силах сожрать шар целиком, но со сладострастным чавканьем выковыривают из него самые нежные куски авторского самолюбия, обмазывают их своей критической слизью и оставляют несчастное творение облеванным и смердящим еще хуже прежнего.

Тут же из всех щелей лезут симбионты-клещи — цифровые лобковые вши в лице мелких блогеров. Эти паразиты впиваются в любую кучу, лишь бы она хоть немного дымилась, и начинают лихорадочно размножаться в комментариях, создавая имитацию жизни там, где есть только распад. Им плевать на вкус — им нужно лишь теплое место на теле свежего тренда, чтобы прокормить свою ничтожную популярность. 

А следом маршируют главные потребители — читатели-муравьи. Один бегло мазнет усиком по шарику, оставит метку «норм, под пиво пойдет» и бежит дальше, пуская слюни на следующий пост. Второй пытается утащить кусочек в закладки «на потом», где тот благополучно плесневеет под грудой такого же мусора. Третий, не поднимая глаз, катит свой собственный, столь же кривой катыш из собственных соплей, даже не глядя на соседа. Они — безликая, равнодушная сила, ежедневно перемалывающая тонны этого добра в пыль.

Но из-под земли уже выползает настоящая мразь — жук-плагиатор, жирный мародер со стажем. Он сам ничего не лепит, он только караулит чужое. Уловив запах, он бросается на шарик писателя-скарабея, пытаясь отобрать и перекатить его в свою вонючую норку, слегка подправив поверхность, чтобы выдать этот стыд за плод собственных мук. Между жуками завязывается нелепая, тихая возня в грязи, без правил и чести. 

А следом приходят термиты маркетинга — прыщавые юноши с горящими глазами и жаждой наживы. «Давайте вкачаем в это говно динамита! — дружно скрипят они. — Сюда добавим погоню на самокатах, а сбоку прилепим вампира-бисексуала с детской травмой!» Они готовы раздербанить творение на рыночные щепки, окончательно выветрив из него и без того призрачный дух искусства.

И когда измученный скарабей, отбившись от стервятников и паразитов, пытается вкатить свое изнасилованное детище на вершину цифрового холма — происходит окончательный финал. На его пути встает Слепой Вентилятор Алгоритмов. Это бездушная мясорубка для дегенератов, созданная якобы для охватов, а на деле — для превращения смыслов в фарш. Шарик бросают в лопасти. И всё. Его разрывает в клочья: на цитаты для статусов, на хлёсткие заголовки для имбецилов, на уродливые мемы и скриншоты. За секунду труд многих бессонных дней превращается в летящий во все стороны мусор, которым тут же начинают давиться новые стаи мух. Что остается? Удобрение. Размолотый, униженный, многократно переваренный шарик становится питательным субстратом для грантовых комиссий, которые, как жирные почвенные черви, пропускают его через себя, выдавая сухие, безжизненные отчеты. Он становится гумусом для диссертаций литературоведов-паразитов. 

И в этой бесплодной почве новый писатель-скарабей находит материал для своего будущего навозного шара. Цикл замкнулся. Он снова садится в кресло, потеет и тужится, выводя: «Вечерело...» Потому что он — не творец. Он — звено пищевой цепочки. Упрямое, наивное ничтожество, катящее свое дерьмо в гору, которую зовут Вечностью, не замечая, что эта гора целиком сложена из таких же точно какашек, уже превратившихся в серую пыль. 

Написал комментарий к посту Крылатое #1

Даю наводку на продолжение: 

- Но еще глупее читать, когда можно писать. - продолжил он, - и отошел к ближайшему дереву отлить.  

Написал комментарий к посту Доброй яичницы!

❝ — Опять яичница! Утром – яичница, днем – яичница, вечером – яичница, а ночью – омлет! Скоро я буду кудахтáть как цыпленок! — Кудахчет курица. — Всё равно... От такой пищи закудахтáет и петух. ❞

Всем добра! 

Написал комментарий к посту Подарок идеи для жанра научной фантастики.

ИИ это инструмент. Как молоток у скульптора.  В любом случае акт творчества исходит от человека, ИИ может создать, слепить,  заимствовать, пусть красивую скульптуру, но только из того что есть.  Или у примеру станок с ЦПУ который делает шахматные фигуры. Станок инструмент, а человек мастер. В ручную мастер сделает такую же фигуру, как и станок, но станок по заданию матера сделает за это же время 10 фигур.  

Написал комментарий к посту Дед Мороз и Миша.

Миша в ответном слове встает на табуретку и читает, но не подаренную книгу, а стихи: 

- Добрый дедушка Мороз, борода из ваты, 

что же это ты принес, ...... .......

Написал комментарий к посту Интервью у Трумена. Часть 4.

Это комментарий ради комментария и проверки возможности песать комментарии.  По сабжу слышал аналогичную историю в молодости: 

Мужик, услышав кукушку, спрашивает: 

- Кукушка, кукушка, сколько мне лет жить осталось? 

Кукушка: 

- Ку... 

Мужик: 

- А почему так ма...  

Мы используем cookie и рекомендательные технологии.
Обработка данных пользователей осуществляется в соответствии с Политикой конфиденциальности и обработки персональных данных
Подробнее о Рекомендательных технологиях
Наверх Вниз