7 322
33 456
7 151
17 019

Заходил

Написал комментарий к посту Жить до ста?

Я хочу жить вечно.

Герой одного из моих романов тоже хотел...

…и когда отыскал я тот монастырь, уже и в чем душа только держалась не пойму, — продолжал рассказ Головкин, — упал у ворот и сколько лежал не помню, только сами монахи меня внутрь и занесли, только и успел я им про Белого Джамсарана прошептать и забылся. А в себя пришел потом, уже лежу в тепле, очаг горит рядом, а молодой монах в оранжевом, меня каким-то чаем травяным поит. Вдруг чувствую, кто-то в комнату ту вошел… монах, как увидал, там согнулся и там, не поднимая лица, задом, задом, только я его и видел. А у меня и сил нет голову повернуть. Слышу сел рядом и говорит, вроде поперву по-тибетски, ан нет, понимаю я все, будто в голове моей русский, наш голос звучит, этак мужчина средних лет говорит.

— Давно я жду тебя… С того дня как почувствовал, что барон умер. Боги ему судьи за все, что сделал и… не сделал. Но он нужного человека нашел, чтобы дар мой обратно вернуть, другой бы не смог.

Я силы свои немощные напряг, еле-еле сдюжил голову повернуть, глянул на говорившего. Мужчина росту среднего, лицом смуглый, и не поймешь, что ли старик, то ли середович, а может и молодой совсем. Но нет, морщины на лице. Да волосы короткие седые все, одет по-тибетски, как все в монастыре в одежду желтую да красную. По лицу вроде как не азиат. Я даже обрадовался, что может наш, русский.

— Нет, я не с северных земель. — отвечает, будто мысли мои прочитал, —Моего народа больше нет. Когда-то давно, мы жили тут. Там, где сейчас пустыня Такла-Макан, а в мои времена текли в окружении труднодоступных горных цепей, полноводные реки. Но не об этом речь. Ты поправишься, я благодарен тебе за то, что ты вернул мне, что я некогда отдал барону. А сейчас спи. 

И я взаправду с той поры выздоровел, прожил в том монастыре, не много не мало, а два с половиной года. Думал, вовсе там остаться, я не могу вам, соколики мои, пересказать всего, слов не хватает тамошнюю благость описать. Видел я священную гору Кайлас, на тибетском языке ее называют Канг Ринпоче. Сказывают, и не гора это природная вовсе, а руками человеческими сделана. Все тамошние люди не сомневаются, что это обитель Бога! На закате игра теней создает на поверхности южной стороны Кайласа изображение знака свастики — солнцеворота. Этот древнейший символ Духовной Силы виден за десятки километров! Точно такая же свастика находится на вершине горы.

Я там с монахами был, мы подошли близко к горе, начали совершать Кору. Это священный обход вокруг всей горы, после которого человек, сказывают, полностью отчищается от плохой кармы, накопленной им за несколько жизней. За 12 часов можно ту гору обойти, а еще говорили, что если совершить Кору 108 раз, то станешь равным Богам. Но верите или нет, я один раз обошел Кайлас часов за двенадцать и четверо монахов со мной и постарели все мы за эти полдня на целые две недели. У всех нас выросла двух недельная борода и ногти, хотя они шли лишь 12 наших часов! А ежели сто восемь раз… И два озера окрест этого Кайласа, одно с живой водой, если испить ее, то уже и смерть не страшна и всегда на этом озере гладь и тишь. А рядом, озеро с мертвой водой, местные говорят — демонами созданное, его воду не то что пить нельзя, касаться запрещено и всегда в любую погоду на этом озере бурление и волны, будто ураган… Много чего я там за эти годы повидал. Тот самый человек, к которому меня барон прислал — все в монастыре его называли просветленным, — ко мне был добр и предлагал вовсе там остаться, но чем дольше, тем сильнее тоска меня глодала по родным местам, хотелось помереть в доме своем.

Дед Архип замолчал и смахнул сухой ладошкой набежавшую вдруг слезу. Слушатели его сидели как зачарованные. Сергей, положив подбородок на руки, а Андреич — привалившись в стене, приоткрыв рот. Кудашев, давно убравший руку от старика, боялся коснуться его вновь, пораженный рассказом, а более всего, страшась отчего то, увидеть глазами старика, через пространство и время этого — просветленного.

— Он сам со мной, разговор тот завел. Позвал с собой, куда-то в горы. Пришли мы уже в сумерки к каким-то пещерам. Знаю, говорит, что задумал ты уйти от нас, хотя и лучше было тебе тут остаться. Но неволить тебя не стану, каждый сам свою судьбу выбирает. Но, обожди меня тут, судьбу твою не мне решать. И ушел в пещеру ту, я было за ним, да чую не пускает меня что-то и чем сильней войти хочу, тем голова болит шибче. Так и сидел на камнях всю ночь до первых рассветных лучей, тогда и энтот просветленный вышел. Иди, говорит, но знай. Тут твой век закончится в определенный день, и нужды знать не будешь ни в чем до той поры, а ежели уйдешь, долог путь твой будет, извилист и не прост. Я и спросил тогда, ты ведаешь все, так скажи, когда смерть я свою встречу? А он и отвечает, ежели останешься в монастыре, то ровно пятнадцать лет тебе осталось и из жизни уйдешь на третий день Вайли, нового года по-ихнему. А если уйду, нешто не так же, спрашиваю? Он молчал долго. Казалось, будто тут человек сидит и в то же время далеко он сознанием где-то. Я такое в Тибете часто видел. Наконец, ответил мне. Ты Архип жить будешь до той поры пока не встретишь подобного мне, который в мире этом не рожден и солнце — священная свастика будет на лице его и скажет об этом дитя в час, когда солнце поднимется в зенит. А до той поры твой путь закончен не будет. Прости…

Я-то, дурак был, удивился, за что простить просит? Вроде, как и думать нечего, мне в ту пору уже пять десятков минуло, и через пятнадцать лет помирать как-то не хотелось, а запали мне в душу его слова что — не помру. Я чудес всяких насмотрелся, так что поверил сразу. А про солнце вместо лика, да не рожденного, туману много было напущено, я и не думал, мне дураку одно голову забило — «до той поры путь твой не закончится». Через неделю ушел я. Остатки денег и каменьев баронских, все мне монахи отдали. И опять меня хранило что-то, добрался я путем не легким до России, в ту пору ставшей уже СССР. Долго сказывать, как и что. В Самару я вернулся, думал, что Глафиру найду. Да в доме ее уже иные люди жили. Сказывали, от тифа многие умерли, да и она тоже. На последние деньги до дома добрался. Меня уж и не чаяли живым давно видеть, как на с того света выходца, смотрели.

И потом только я понял, за что человек тот, святой, прощения просил. Не дар это был, а проклятье сущее. Это молодым и здоровым жить хорошо, а старость болезни приносит и немощи, да такие, что люди смерти ждут, как избавления. Меня же старость эти всем наделила в полной мере, только разум ясным оставила, а смерти не было и не было. Теперь вот знаю, чего ждал!

Старик замолчал. В опустившейся, как покрывало на пол, тишине тикали старые ходики размахивая маятником слишком громко, слышно было как всхлипнул вдруг Лопатин и скрипнул стул под хозяином дома. Все молчали, переваривая услышанное, а сам дед Архип, вдруг почувствовал, как тяжесть прожитых лет перестала нестерпимо давить на согнутую стариковскую спину.

— Сколько же тебе лет, дедушка? — негромко спросил Кудашев.

— Да, почитай, по весне будет 125 годков… — ответил Головкин и, поднявшись с кушетки, распрямил сгорбленную давно спину, отставил в сторону клюку, — Что за дело то у тебя, Сергей, ко мне, старому?

Написал комментарий к посту Моральное бремя попаданца

Вот представим - вы попали в какое-то там прошлое или параллельный мир, а там моральные устои другие, можно, например, купить себе рабов, заставить их работать тяжело и много, принято иногда бить кнутом, использовать для сексуального удовлетворения, причем никто и слова не скажет, что они слишком малолетние - дело хозяйское, хоть вусмерть затрахай, хоть крокодилу скорми, ну, подумаешь, легкая эксцентричность. В принципе, у тех же толкователей Корана нет единого мнения, со скольки лет можно брать девочек в жены и наложницы, что уж говорить об условном племени мумба-юмба или империи Лускан?

Вы подходите к обыденности условно ХII века до н.э. с точки зрения человека ХХI века, но это неправильно.



Помнится, тут на АТ попинывали какого-то МТА (не помню), шаловливыми ручонками космонавта-попуданца щупавшего жопки 13-ти летних не то кроманьонок, не то неандерталок, не слушая его оправданий о том, что они выглядят взросло. 

Ну тут всё ясно. Человек переносит на страницы написанной книги свои педофильские хотелки. И ладно, пусть, лишь бы в реальной жизни держал свои потные и влажные мыслишки при себе.

 
При этом большинство попаданцев совершенно спокойно убивают, грабят, воруют, осуществляют мошенничества и махинации, начинают войны. На этом фоне одно-два изнасилования?

Оглянитесь! Почитайте новости. Это происходит ежедневно и в реальной жизни. Тут и придумывать особо не нужно ничего.

От себя добавлю, что в рабовладельческом обществе, если бы судьба повернулась так, что стал бы хозяином, то относился бы к рабам бережно. Имущество всё же.
По крайней мере, такими - мои рабы точно бы не были

Ну а вопрос если рабыню не куплю я, то её купит какой то местный... И вряд ли сделает вольноотпущенницей. А я её подумаю над этим.

Написал комментарий к посту Как я писал про Германию, никогда там не бывая

Я не успел ещё как следует разведать рестораны вокруг, кроме тех двух, рыбного и итальянского, но тут моя прекрасная соседка готова стать моим кулинарным гидом.

- Сегодня идём в «Grand Cœur» я ещё в обед заказала нам столик. Это недалеко… улица дю Тампль, 41

Я вытащил из шкафа тёмно-синий пиджак, который надевал всего пару раз с момента переезда, и задумался: гражданская жизнь требовала гражданской одежды, а мои привычки всё ещё были армейскими. Юри подошла сзади, поправила мне воротник рубашки и шепнула на ухо:

— Ты в этом пиджаке даже опаснее, чем в форме. Не надейся, я тебя всё равно совращу сегодня. Снова.

Я усмехнулся.

— Ты меня совращаешь даже когда просто смотришь в мою сторону.

Она рассмеялась, взяла меня за руку и потянула к выходу.


На улице уже стемнело. Ноябрьский Париж встретил нас холодным, я даже передёрнул плечами под лёгкой курткой, прозрачным воздухом без дождя — редкая удача для этого времени года. Улица дю Тампль, куда мы направлялись, находилась всего в нескольких минутах ходьбы, и мы решили не брать машину. Тем более что в Маре найти место для парковки вечером — задача, требующая терпения, которого у меня после сегодняшних пробок почти не осталось.

Квартал Маре в этот поздний час жил своей особенной, приглушённой жизнью. Узкие мостовые блестели под ногами, отражая тёплый свет витрин. Из кафе доносился звон бокалов и приглушённый говор — парижане и туристы смешались в единый поток, текущий между старыми особняками и модными бутиками. Где-то вдалеке играл припозднившийся уличный музыкант на саксофоне, и его мелодия, печальная и красивая, вплеталась в шум города, делая его почти кинематографичным.

— Какой вечер… — Юри прижалась ко мне плечом, и я чувствовал через её лёгкую шубку тепло её тела, — Знаешь, иногда я забываю, как красиво здесь. Просто идти. Никуда не спешить. С тобой.

...Мы свернули на улицу дю Тампль. Старые дома с высокими окнами и коваными балконами тянулись вверх, подсвеченные снизу жёлтыми фонарями. Ресторан «Grand Cœur», как и говорила Юри, прятался в глубине мощёного двора, скрытого от уличного шума. Уже издалека было видно, как за стёклами копошились официанты в белых фартуках.

...Она вздрогнула и стукнула меня кулачком в грудь.

— Ты невыносим!

— Но ты за это меня и любишь!

Она не ответила, только довольно улыбнулась и потянула меня ко входу в ресторан. Под аркой, ведущей во внутренний двор, было тише. Ветер почти не проникал сюда, и даже воздух казался теплее. В глубине двора виднелась большая застеклённая терраса, где за столиками сидели люди. Звуки джаза доносились из открытых дверей.

— «Grand Cœur», — прочитал я вывеску. —  «Великое сердце».

— Или «Большое сердце», — поправила Юри. — Подходит нам, как думаешь?

Я взял её руку и поцеловал кончики пальцев.

— Думаю, да.

Она улыбнулась и мы вошли внутрь, где нас уже ждал тёплый свет, запах свежего хлеба и тихий звон посуды. И где мы собирались наконец-то поужинать. Признаться, у меня тоже пока неторопливо шли к ресторану, дико разыгрался аппетит.

Встретивший нас официант проводил к столику у стеклянной стены террасы, откуда было видно мощёный двор и редких прохожих, пересекавших его под золотистым светом фонарей. Внутри было уютно, тепло и пахло так, что желудок у меня сжался от голода сильнее, чем при виде вражеского пулемёта в плохом укрытии. 

Юри с облегчением скинула шубку и тут же взяла меню с видом человека, который действительно готов съесть не только маленького слоника, но и, пожалуй, его дрессировщика. Она быстро пробежала взглядом первые страницы и выдохнула с видом женщины, дошедшей до цивилизации после недельного похода:

— Если мне сейчас не принесут еду в ближайшие десять минут, я начну есть скатерть.

— У тебя, по-моему, аппетит растёт в геометрической прогрессии, — заметил я, раскладывая салфетку на коленях. — Прямо пропорционально количеству клиентов в день.

Официант вернувшийся почти бесшумно, держал бутылку вина с тем уважением, с каким во Франции иной раз держат семейную реликвию. Он чуть наклонил этикетку, показывая её сначала Юри, как инициатору вечера, затем мне.

— Côtes du Rhône Villages, красное, — с лёгким акцентом произнёс он, дождавшись нашего одобрения.

Ловким движением откупорил бутылку, дал мне попробовать первый глоток и лишь после моего кивка разлил вино по бокалам. Напиток оказался густого рубинового цвета, с тёплым ароматом спелой вишни, чёрной смородины, пряностей и едва уловимой перечной ноткой. На вкус — мягкое, бархатистое, но с характером: сначала фруктовое и округлое, потом чуть терпкое, с долгим суховатым послевкусием. Юри сделала маленький глоток, прикрыла глаза и довольно улыбнулась:

— Вот теперь это действительно ужин, Макс.

Девушка заказала себе карпаччо из сен-жака с цитрусами и маслом кориандра, а потом, не моргнув глазом, оссо буко из телятины с полентой Grand Roux, овощной брюнуазой и пармезаном. Я посмотрел на неё с уважением.

— А ведь ты не шутила про слоника.

— Я сегодня честно его заслужила, — отозвалась она с достоинством.

Себе я взял салат с фермерской уткой, грибами и молодым шпинатом, а на горячее — рыбу дня с сальсифаем, икрой форели и соусом на белом вине. К этому, в дополнении к первой бутылке вина, мы ещё заказали сухого белого — лёгкого, холодного, с фруктовой кислинкой, которая сразу освежила голову после длинного дня.

— Вот это уже похоже на жизнь, — сказала Юри, когда нам принесли хлеб — тёплый, с хрустящей коркой и взбитое сливочное масло.

Она тут же отломила кусок, обожглась, выругалась шёпотом по-французски и, рассмеявшись, сунула хлеб в рот.

— Осторожнее, — усмехнулся я. — Я не хочу, чтобы ты погибла в ресторане от слишком страстной любви к углеводам.

— Это была бы красивая смерть, — совершенно серьёзно заявила она.

Закуски исчезли почти неприлично быстро. Юри, обычно довольно изящная в движениях, ела сегодня с таким искренним удовольствием, что смотреть на неё было отдельным удовольствием. Она жмурилась после каждого особенно удачного кусочка, тихо постанывала от счастья и один раз даже закрыла глаза, пробуя соус.

— Нет, ну это преступление, — пробормотала она. — Людей нельзя так кормить. После такого уже невозможно есть что-то из пластикового контейнера разогретого в микроволновой печи.

— Это ты сейчас плюнула в лицо всей индустрии разогреваемой пасты.

— И сделала это с наслаждением.

Когда принесли горячее, мы оба на несколько секунд замолчали — не из вежливости, а потому что перед нами стояло именно то, ради чего люди и ходят в хорошие рестораны. От телятины Юри шёл густой, насыщенный аромат томлёного мяса и сливочной поленты. Моя рыба была нежной, почти тающей, а белый винный соус пах так, что я мысленно простил Парижу и пробки, и парковки, и половину его высокомерных официантов и даже одного косоглазого ученика местной иешивы.

Написал комментарий к посту Как я писал про Германию, никогда там не бывая

Точно так же пишу сейчас о Париже. Интернет и нейросеть - в помощь. Например нужно создать сцену где герои идут в ресторан недалеко от дома. Ищу в поисковике на ресурсе для туристов информацию по запросу: "лучшие рестораны в районе Маре". Потом открываю карту, ищу пару-тройку ближайших, выбираю в тот который они бы пошли. Читаю реальные (надеюсь что реальные) отзывы посетителей, смотрю форо интерьеров, изучаю меню. Потом собираю всё это в единый текст и редактирую с помощью нейросети.

Написал комментарий к посту Серебряные трубы, кутежи и отвага

Пост хороший, но уточню, что в начале вы зря упомянули маршала Ланна.

Возможно, имелась в виду крылатая фраза Антуана Шарля Луи де Ласалля, французского кавалерийского генерала периода революционных и наполеоновских войн: «Гусар, который не убит в 30 лет, не гусар, а дрянь!». 

Сам граф был изрядный храбрец! И погиб в бою, правда в 34 года.

Написал комментарий к посту 1917

Тема "альтернативный 1917 год" по "говну на вентиляторе" твердо занимает второе место после альтернативной Второй Мировой". Так что сын ваш прав. Ждут вас нападки со стороны ортодоксальных необольшевиков и почти полное равнодушие основной массы.

Да, найдутся и сторонники вашего взгляда на историю. Но их будет не много. А вот отите ли вы ради "малых избранных" постоянно отбиваться от нападок "красных" вопрос уже чисто индивидуальный.

Написал комментарий к посту Одиссей сбежал от негритянки

Посмотрите сериал "Пилигрим" https://www.kinopoisk.ru/series/5249693/ 
Я не любитель отечественного кино, особенно боевиков (наверное сказывается многолетняя служба в МВД) но этот мне зашёл. По крайней мере среди положительных героев нет азиатов, кавказцев, педерастов. Детективная линия порой наивна, как и образ спецслужб, но в пределах не вызывающих отторжения. 

Написал комментарий к посту Женщины, открывшие Русь Европе

Хороший пост. Правдивый и интересный. За одним исключением. Как таковые, все действующие лица со стороны родичей киевских князей, не были ещё русскими. Как этнос русские сложились из киевлян, тверичей, новгородцев, рязанцев, суздальцев только к ХVI веку. А на княжеских престолах Руси в ХI веке и вовсе были скандинавы, нежели славяне. Что в принципе ничего плохого. И те и другие - близкородственных, нордическая ветвь расы.

Написал комментарий к посту Забытая развилка

У админов АТ коротковаты руки добраться до Филипп Дика с его "Человеком из Высокого замка", а мой "Проект Хроно" они из свободного доступа на АТ удалили.

Написал комментарий к посту Забытая развилка

Предположим летом - осенью 1941 Сталин умирает от болезни, несчастного случая, в результате покушения. Что дальше? Это тема серьезного исследования для сильного автора. Возьмется ли кто?

У меня это в планах.

Маловероятно. Слишком серьезная и сложная тема для современных писателей

Согласен. И по нашим временам опасная. Я уже столкнулся с обвинениями админа АТ в реабилитации нацизма за создание мира в котором СССР проиграл Вторую Мировую.

Написал комментарий к посту Офисные хомячки-писатели на АТ

Согласен с автором поста. Зарабатывания бабла в виде написания очередного 61 тома... на "разрешенных" темах. Выгодно. Уютно. Безопасно.

И ведь их книги покупают. Их книги читают. Это как купить пакет чипсов и похрустеть... Никакой пользы для здоровья, и даже вредно, но любителей чипсов - полно.

Наверх Вниз