Написал(-a) комментарий к произведению Наши уже не придут
Нужно точно понимать, что монархия была свергнута по итогам февраля 1917, а не октября. Дальше смотрим, на состав Временного правительства и его мероприятия, идущие в разрез с требованиями толпы. Делаем выводы, кто замутил февральский события. Скажите, что не сходится? Смотрим законопроекты, предложенные царем в конце 1916 г, напрямую связанные с предпринимателями, для которых война - мать родная. И после этого возникает вопрос - почему в учебниках акцент делается на октябрь, а не февраль? Потому что тогда вы увидеть дофига параллелей с современностью, а такие мысли крупному бизнесу не понравятся. Я не фанат Николая 2, но инициативы, которые он хотел сделать реальностью, были более чем здравыми и крайне не выгодными крупному бизнесу, который не хотел огрести за то, что пока одни гибели, другие на их смерти наживались. Более того реализация этих решений могла бы сбить недовольство населения, мол, не только простым людям тяжело, но и проклятый спекулянты огребают, хоть какая то справедливость. Но этого не произошло - у буржуазии были ресурсы, которой стало резко не по пути с царем. Но самое главное, что строй сгнил, и за него некому было бороться. Кто в белом движении ставил целью вернуть власть Романовым, что сами как тараканы разбежались (кто успел)? Даже РПЦ, что сейчас жопу рвёт в верноподданических настроения, в первую очередь побежала восстанавливать должность патриарха и заявила о своём праве собственности на церковную движимость и недвижимость (хотя стараниями Петра 1 и Екатерины 2 церковь превратилась в разновидность государственных служащих и была лишена права собственности). Ведь тут такая возможность вновь возвысится. Но большевики обломали им праздник. Народ ностальгирует по СССР, а не РИ. Ну кроме тех, кто неожиданно открыл себе дворянское корни, стыдливо умалчивая о пролетарско-крестьянском прошлом.
Я обожаю читать коменты к книгам Реда не меньше, чем само творчество автора.
Написал(-a) комментарий к произведению Крупа бывает разная
Большое спасибо автору за прекрасный цикл, персонажей. Давно так не переживала за персонажей, как в "Они не люди". Для меня показателем мастерства автора является хороший литературный язык и прорисовка каждого персонажа: они не сливаются в одно лица, даже второстепенные персы самодостаточны, оригинальны. Мне очень нравится тема, что красной нитью через все три книги: хочешь менять систему, стань частью неё, а не стой в стороне, ведь пока ты отказываешься от ответственности, это место займёт кто-то другой, чьи планы могут не совпасть с твоими. Мне нравится идея трансформации, эволюции государства/общества/личности, а не ломать до основания и строить на обломках фундамента. Ну и конечно мотивы каждого персонажа в отдельности тоже интересны, так как прописаны очень чётко. Ещё в большой плюс: магия здесь не фон, не рояль в кустах, если сюжет провисает, а неотъемлемая часть мира, что позволяет логично обосновать альтернативность этой вселенной. Я не люблю, когда магия просто ширма, обоснование для выбора жанра. Поэтому для меня данная характеристика книги крайне важна. В плюс женские персонажи: никакого тупого гарема, тупых аниме-баб, никакого поворота сюжета под влиянием нижней головы. Женские персонажи прекрасны и самодостаточны, целостные личности. Они напоминают мне женщин из фильмов про гардемаринов - восхищают не только внешностью, но умом и силой воли. Я такое вижу только в книгах Пехова (если брать современных авторов). И, конечно, дивы. Я их всех обожаю. Очень переживала за Кузю. Чуть не расплакалась, когда Гермес вытащил его из Пустоши. У вас, дорогой автор, вообще очень переживательные книги - ни один персонаж не оставляет равнодушным. Сначала моим любимцем был Владимир, но когда Анонимус ответил насчет того, почему хозяин ушёл на завтрак, оставив его распотрошенным, я сидела, как пыльным мешком прибитая. Это было так сильно, так ярко раскрывало личность и Анонимуса, и Аркадия Филипповича, что нет слов, одни эмоции. Потом я сделала два рейтинга: государственные и частные дивы (а то мои любимцы передерутся, стоя на одном пьедестале). Среди государственных дивов, ясное дело, мой ван лав - Владимир, но среди фамильяров - Анонимус. Белая болонка взорвала мне мозг - давно с таким удовольствием не смеялась. То, что автор детально прописывает всех персонажей и заставляет переживать за них, проявилось в том, что купив третью книгу, сразу полезла в эпилог не только, чтобы узнать про главных персонажей и что там с Кузей, но и живы ли Коржик и его напарник, что с Виктором. Мончинский восхитил - люблю, когда демонстрируется личностный рост, но у этого колдуна получилось не раз и не два порадовать меня. Мне было искренне жаль, что ему пришлось разорвать привязку Владимира. Но Сергей сильный, упрямый и не сдаётся, может, когда-нибудь Владимир снова станет его дивом.
Моё отдельное восхищение - Василь. Он мне напомнил Майнкрафт Холмса. Тоже ярко выраженный сиблинг, вроде кажется бледнее рядом с Гермесом, но достаточно сильный, чтобы подставить плечо брату, пусть тот тоже, как Шерлок, считает, что ему это не очень нужно. Меня восхищает, что Василь не махнул рукой на такого сложного родича, а молча поддерживает и помогает. Его ноша как сиблинга поражает. Я бы так не смогла. Не с моим характером. Поэтому я столь сильно уважаю Василя.
С удовольствием читаю сборник "Крупа бывает разная". Ну как не читать, когда здесь столько Владимира) И снова переживаю: понимаю, что Владимир и в ХХ веке жив и здоров, но всё равно на сердце не спокойно. Мне очень нравится логика этого дива: она сложная, порой мозговыносящая, но в моменты, когда мне удаётся предвосхитить решения Владимира, меня распирает от восхищения им. Мне понравилось, что Афанасий не продемонстрирован колдуном, абсолютно полностью отличающимся от коллег своего времени, этаким Гермесом 2-3 книги. Сохраняется мышление колдуна 18 столетия, пусть и с некоторыми отличиями от собратьев, но без перегиба. Вообще сборник позволяет увидеть шире сферу деятельности/применения дивов, что наполняет эту реальность деталями и красками.
Итог - ещё раз спасибо автору за его творчество. С нетерпением буду ждать новых рассказов.