Angelina Lorien

Замысел выглядел так: на границе Света и Тьмы, на свету еще женщина, за гранью уже черная пантера, с готовностью сделать шаг вперед.

Кстати, кошки всегда были моими любимицами) Я ценила их за их свободу и независимость - ценнейшие качества. Да я и сама кошка - во всех отношениях. И по гороскопу и внутри - я из тех, кто дает пощечину не задумываясь. У меня в юности была кличка - черная пантера, да и на мне от нее остался след. Просто моя Зайка - сама безумно независимая - мне под стать. Ну, и уж извините еще раз за оффтоп.

Спасибо! Не совсем так) Вернее - совсем не так... Non, regrette rien...  Я счастлива. Я прожила настоящую жизнь, в которой было (и есть) Настоящее. Мои враги - сделали меня сильнее. Трудности - только дают пищу для роста. Я всю жизнь прожила как воин. Но сейчас я поднялась на новую ступень - благодаря тому, что смогла наконец исполнить данное обещание - не по букве, а по духу.  Я снова начала жить - по настоящему. Самые ценные книги в моей жизни - те, что чему то меня научили, дали взглянуть на себя со стороны или преодолеть свой страх. В общем, я все сделала сама и это был долгий путь, но Ваш цикл попался мне тоже очень вовремя.

Решила написать... Не в тему, конечно) - как бы за спам не наехали:) Но мне уж давно все равно. Да и вряд ли подходящий пост скоро найду) Цикл прочно вошел в мою жизнь... Я раньше российской литературой, честно говоря брезговала (все ж таки филфак универа), но последние пару лет это изменилось. Когда начала читать - появилось стойкое ощущение, что это написано обо мне. Слишком стойкое. Потому что слишком много совпадений - я оказалась в новом для меня мире, где все пришлось начинать с нуля. Даже с языком все хуже, чем у героини. Мир этот по отношению ко мне часто враждебен и прилично враждебен. И у меня есть свои ведьма и колдунья, которые хотят моей смерти - не в фантазии, а в самой что ни на есть реальности. И своего бы они уже добились, если бы я не была хороша... Тут и начинаются различия - я более чем втрое старше героини и то, чему она учится - я уже умею. Хотя начинать с нуля жизнь здесь, особенно в моем возрасте - мне намного сложнее. Моя Шена умерла более десяти лет назад - и я, как говорил Станиславский (наоборот) - Верю... Чтобы писать о таких вещах, нужно быть способным их чувствовать. А дано это немногим. Я выжила, потому что дала слово жить дальше и нарушить его не могла. Так что сегодня у  Großherzogin des Nordens большие планы. И своя ловари у меня есть - я перенеслась в новый мир не одна. Ходила тут в фехтовальный клуб - в России перед отъездом тоже ходила на историческое фехтование и несмотря на почти 40 летний перерыв была со шпагой в руках лучшей. Но здесь в клубе безбожно проигрываю молодёжи. Они, правда, почти втрое меня моложе, а кто-то из них тренируется на уровне сборной страны. А вот и моя ловари... Она, кстати, мне жизнь спасла. Так что -  спасибо. За очень много узнаваемого. И настоящего. И вообще... интересно.

Там должно быть женское лицо... Парадокс Штайна. Не важно в каком образе - Матери, Земли... Мы знаем, что стоит за ним. Вот, отсюда: "Капли крови мертвой подруги Искры обратятся бурным потоком и породят войну, какой Ойкумена прежде не знала". И я знаю по своему опыту, что это работает. Иногда по-другому. Но работает.

"Летом 1943 года 31-летняя французская преподавательница истории в одиночку вошла в лионскую штаб-квартиру гестапо, села напротив одного из самых жестоких нацистских палачей в оккупированной Европе — и убедила его позволить ей выйти замуж за своего приговорённого к смерти мужа.

Ей не нужна была свадьба.

Ей нужен был доступ.

Её звали Люси Обрак. Она была на пятом месяце беременности. У неё было только одно оружие — хладнокровие, и она оттачивала его годами.

К 1943 году Лион стал самым контролируемым и самым опасным городом оккупированной Франции. И не случайно — неофициальной столицей французского Сопротивления. Руководил подавлением этого подполья 30-летний офицер СС Клаус Барби, чьи методы допросов в отеле «Терминюс» уже принесли ему прозвище в подполье: «Лионский мясник».

Люси Обрак и её муж Раймон жили двойной жизнью уже три года.

Люси родилась под именем Люси Бернар. В 1938 году она получила агрегацию по истории — чрезвычайно престижную квалификацию, почти недостижимую для женщин того времени — и преподавала в лицее в Лионе. Раймон Самюэль был студентом-инженером из еврейской семьи. Они поженились в декабре 1939 года, через три месяца после начала войны.

Почти сразу после падения Франции в 1940 году они вступили в одну из ключевых подпольных организаций юга страны — «Libération-Sud». Они взяли псевдоним «Обрак», в том числе чтобы скрыть еврейское происхождение Раймона.

К 1943 году у них уже был маленький сын, Жан-Пьер. Люси снова была беременна.

21 июня 1943 года Раймон был арестован во время рейда гестапо в доме врача Фредерика Дюгуйона в пригороде Лиона Кальюир.

Это был не обычный арест.

За тем же столом находился Жан Мулен — человек, назначенный Шарлем де Голлем для объединения всего французского Сопротивления. Самая важная фигура подпольной войны во Франции.

Клаус Барби лично пытал его.

Мулен умер от полученных травм 8 июля 1943 года и стал одним из величайших мучеников Франции.

Раймон Обрак, арестованный вместе с ним, был отправлен в тюрьму Монлюк и приговорён к смерти.

Люси понимала арифметику происходящего.

Гестапо будет пытать Раймона, пока он может говорить, а затем убьёт его.

Она не собиралась ждать.

Она пошла к Клаусу Барби.

Она вошла в отель «Терминюс» одна. Представилась невестой заключённого по имени «Клод Эрмелен» — одним из псевдонимов Раймона — и сказала, что беременна от него. Она выглядела респектабельной. Отчаянной. Она просила лишь об одном: разрешить ей выйти замуж за отца её ребёнка до казни, чтобы дать ребёнку законное имя и сохранить честь.

Это была история, идеально рассчитанная на бюрократическое мышление человека напротив неё.

Барби согласился.

Он не знал, что пока она говорила, Люси изучала всё остальное: план здания, количество охраны, расписание перевозок заключённых, маршруты конвоев до Монлюка.

Свадьба состоялась в тюрьме.

21 октября 1943 года Раймона и ещё около пятнадцати заключённых погрузили в грузовик для этапирования обратно в Монлюк.

Они туда не доехали.

Небольшая группа Сопротивления, организованная Люси, устроила засаду на одной из улиц Лиона. Машины перекрыли путь грузовику с обеих сторон. Бойцы открыли огонь по охране. Несколько немцев были убиты в первые секунды. Двери грузовика были вскрыты. Заключённых вытащили и рассадили по машинам подполья, после чего их спрятали в сети убежищ, создававшейся в Лионе три года.

Люси была на шестом месяце беременности.

Эта операция стала одной из самых дерзких акций французского Сопротивления за всю войну" Кто посмеет мне сказать, что она - не воин? И сколько мужчин смогло бы сделать ьл, что сделала она. И таких примеров - из второй мировой я знаю десятки.

Потому что они в большинстве (я не говорю - все) переполнены чувством ложного превосходства, как правило, ни на чём не основанного и у них отсутствует реальная самооценка. Физическое преимущество, которое они имеют, они рассматривают как Абсолют - не задумываясь о том, что это всего лишь одна из компонент. А женщина стартует из невыгодной позиции и всё, что ей нужно компенсировать, она компенсирует своей собственной силой. Поэтому то на поверку она оказывается гораздо более закалённой - и прежде всего в самой главной компоненте: морально-волевой. Я видела мужчин, которые ломаются и утрачивают контроль над собой там, где женщина лишь стискивает зубы.

Вот поэтому.

Отличные иллюстрации. А лучшие воины, которых я знала - женщины. Потому что, прежде чем стать ими - им приходится преодолевать себя - что большинству мужчин недоступно.

У меня отец был начальник топографической партии - полгода в поле. И ничему меня не учил. Но к 20 я сама работала с нивелиром и делала топографическую съемку.

Ах. Мечты сбываются.