Мне хотелось разобраться, почему, умея создавать всё более совершенные системы, мы по-прежнему с трудом договариваемся друг с другом. Так появился «Предел вмешательства» — три истории о совести, свободе и соблазне сделать человека лучше без его согласия. Я писал их, задавая себе тот же вопрос, с которым сталкиваются герои: где бы я сам остановился, получив такую возможность?