Денис Грицевич

Крымский оборотень 2

Денис Груднев официально погиб в крымских пещерах. Теперь он Алекс — призрак, скрывающийся в грязных переулках Брайтон-Бич. Его прошлая жизнь стерта, а выжившие близкие оплакивают мертвого героя, находясь всего в нескольких кварталах от него.

Но контролировать зверя внутри становится все сложнее, когда на улицах Нью-Йорка проливается первая кровь. Мутировавший L-вирус вырвался за пределы человеческого вида, заражая животных и превращая Кони-Айленд в новый чумной инкубатор.

Настоящий создатель вируса жив, а бруклинские банды и уцелевшие чистильщики ЧВК «Эгида» уже идут по следу.

Чтобы защитить семью и остановить распространение чумы, Денису придется принять

свою чудовищную природу и начать новую охоту. На этот раз правила диктует мегаполис, а цена ошибки — окончательная потеря человечности.

Июль 1995-го. Крым плавится от жары, асфальт — от крови, а мозги — от безысходности.

Кириллу Гурину двадцать, и он сорвал джекпот — выиграл в лотерею Green Card. В его мечтах он уже курит сигары с Шварценеггером в Голливуде. В реальности — стоит в хрущевке посреди бандитского Симферополя, где «Гранд Чероки» важнее человеческой жизни, а за косой взгляд можно получить пулю, а не визу.

План прост: собрать клетчатую сумку, добраться до Киева и улететь в «сказку».

Багаж: свитер с оленями (мама заставила), спирт «Рояль» и железобетонная наглость.

«...В лесу справа что-то хрустнуло.

Я замер. Прислушался. Ветер. Наверное, просто ветер качнул ветку. Я сделал еще шаг. Снова хруст. Уже ближе. И громче. Это был не звук ломающейся под ветром ветки. Это был звук чего-то тяжелого, наступающего на сухие листья.

Я остановился и вгляделся в темноту. Ничего. Просто черная стена деревьев.

И тут оно выскочило.

Я не успел его рассмотреть. Это была просто тень, огромная, черная масса, которая сбила меня с ног с силой товарного поезда. Я ударился головой об асфальт, и мир на секунду погас. Когда сознание вернулось, я лежал на спине, а оно нависало надо мной.

Вонь. Удушающая вонь мокрой псины, гниющего мяса и озона, как после грозы. Я видел только силуэт на фоне ночного неба. Огромный. Не человек и не зверь. Два глаза горели тусклым, желтым огнем».